Когда стража прибыла, нелюди уже всю лавку перевернули, искали что–то. Но стража позвала еще и армейских и общими усилиями, они всех прикончили. Правда есть слушок, что там был кто-то еще, – голос её стал тише. – Из тех, про кого, лучше не вспоминать, так вот он ушел несмотря на кучу стражников и солдат. Вот такие дела. А ты – сестренке купить…

– Королева, слушай, откуда ты все это знаешь? Что-то мне не верится, больно чудные вещи ты рассказываешь.

Соболь решил схитрить, на самом деле он поверил сразу. Пергамент за обшлагом, казалось, начал становиться горячим.

– Ты мне не веришь? – девушка встала со стула и подошла к решетке. – Не смотри, что я в тюрьме, у меня везде есть уши и глаза. И весточку передать даже сюда, большого труда не составит. Хотя, что я перед тобой распинаюсь, не хочешь не верь.

Она повернулась и собралась уходить.

– Подожди, – взмолился Соболь. – Я верю. Просто я в тюрьме в первый раз и не знал про такое. Что можно сидеть здесь и знать, что на воле происходит.

Королева остановилась и опять засмеялась.

– Теперь знай, мальчик. Жизнь она не такая, какой ты её в своей деревне видел. Отец с матерью, наверное, крестьяне – ферму держите?

Не понятно почему, Соболь, вдруг, сказал правду:

– Нет больше у меня никого. Убили всех – и родителей, и братьев, и сестер.

Девушка внимательно посмотрела на него.

– Вот теперь верю. А что врал про сестру–то?

Соболь махнул рукой и отвернулся. «Чего это я? Зачем все выложил?»

– Ты в следующий раз думай сначала, если начал сочинять, то и стой на своем, а то судейский с палачом, тебя быстро на этом поймают. И все.

Она красноречиво крутнула рукой вокруг горла и вздернула вверх. «Виселица», – понял юноша. В голосе девушки он расслышал новые нотки – похоже, она пожалела его.

– Даже если ты связан с этим делом, я не думаю, что ты на стороне демонов?

– Конечно, нет!

– Так, говори правду, я может сумею тебе помочь.

– Ты?! Ты сама здесь…

– Не обращай внимания, это временно.

Сказать всю правду Соболь так и не решился. Тайна пергамента была не его тайной – значит, никто о ней и не узнает. Он вкратце, не раскрывая всей истории семьи, рассказал о смерти родных и о том, что ушел из своих краев. Он понимал, что теперь, когда он так прокололся с рассказом про сестру, глупо настаивать на том, что он просто так искал злополучную лавку. Поэтому, он просто опустил из рассказа все связанное с этим – начиная от встречи с Корадом и до сегодняшнего дня.

«Королева», наверное, поняла, что он что-то скрывает, но настаивать не стала.

– Ладно, ты давай отдохни. До ночи. А я пока, что-нибудь придумаю для тебя. У тебя деньги есть?

Деньги у него были, Славуд снабдил на дорогу, и оставалось еще немного золотого песка из дома, все было в ремне–кошеле, но его отобрали при обыске.

– Теперь нет.

– Понятно, – усмехнулась девушка. – Стража?

Он кивнул.

– Но, ничего. Сейчас принесут обед, я договорюсь с охраной, за небольшую мзду они принесут новый матрас, а эти выкинут. Потом рассчитаемся.

– Спасибо, конечно, королева, но, когда я выберусь отсюда, я пока не знаю.

– Не переживай. Если, что – я сама тебя найду.

Получилось все так, как сказала «королева» – сначала появился тот же толстошеий охранник, что встречал Соболя. Он о чем-то вполголоса переговорил с девушкой, потом появились старик и мальчик, они молча вытащили все тюфяки. Мальчик даже подмел камеру, а старик, кряхтя, принес новый матрас. Потом они же принесли обед – миску рыбной похлебки и большую лепешку. Радан был очень голоден – он рассчитывал поесть на рынке, но вместо этого оказался в камере. Поэтому и похлебка, и суп исчезли в один момент. Он вздохнул – мяса бы или хотя бы повторили порцию. Однако, не дал себе размечтаться на эту тему, вместо этого завалился на матрас, философски решив – когда спишь есть не хочешь.

Соседку же кормили «по-королевски». После того, как ушли старик и мальчик, опять появился охранник и с ним двое. Судя по запахам, это были посыльные из какой-то харчевни. Они долго гремели посудой и стеклом, пока, наконец, ушли. Радан не выдержал, он тихо поднялся и на цыпочках подкрался к двери, ему хотелось посмотреть, чем там потчуют королеву камеры.

Слух у соседки оказался острый.

– Почему не спишь? Я же сказала, тебе надо поспать.

– Да не спится, что-то, – буркнул пристыженный Соболь и быстро вернулся на место. «Что она меня все время спать гонит? Не хочет, чтобы я видел и слышал что-нибудь?» Ответа на эти вопросы в любом случае не было, поэтому он закрыл глаза, и, к своему удивлению, через некоторое время заснул.

Проснулся он от скрипа коридорной двери. В камере было совсем темно, но через мгновение в коридоре появился прыгающий неверный свет и в камере тоже проступили стены. «Сколько же это я проспал? Похоже, ночь на дворе. И никому я не нужен. Даже не допросили». Он прислушался, в тюрьме происходило что-то необычное. Сначала раздался грохот, потом возбужденные злые голоса. Соболь даже расслышал звон клинков. Он вскочил и подбежал к решетке.

– Отойди, – в дверях напротив стояла «королева», Радан разглядел белое лицо. – Здесь опасно, могут не разобраться и зацепить чем-нибудь.