Я решил по привычке сесть за свободный столик, подальше от барной стойки. Но, по пути, ко мне навстречу поднялся из – за столика Майк и пригласил за свой столик. Я согласился. За столиком Майка сидела женщина. Я знал её наглядно – она была из горничных, но лично знаком я с ней не был.

– Мари, это Жорж – представил меня Майк. – Жорж, это Мари.

Женщина приветливо улыбнулась и кивнула в ответ. Мари была симпатичной женщиной. Сколько ей было? Лет сорок, плюс – минус два года, скорее – плюс. Короткая стрижка, ухоженные рыжеватые волосы, большие карие насмешливые глаза, красивые губы, с немного приподнятыми уголками – это женщина привыкла улыбаться, аккуратный, хоть и немного длинный носик органично дополнял образ этой женщины – лисички. Длинная шея с гладкой кожей, открытые небольшие, но сильные плечи на которых трогательно лежали бретельки небесно – голубого платья нежного шелка, аппетитно подчёркивающие смело открытую крепкую грудь с вызывающе напряжёнными сосками. Лифчика, естественно на женщине не было. Смело, смело, Мари! Но, признаю, очень эффектно!

Майкл обратил внимание на эффект, который произвела на меня Мари и улыбнулся:

– Сегодня вечер откровений, Жорж! Точка перехода, если точнее. Сегодня будут сброшены маски и вспыхнут новые взаимные симпатии. Это время выбора. Время создания новой архитектуры взаимоотношений в нашей маленькой колонии.

– Как всё сложно, Майк! – рассмеялась Мари, обнажив в красивой улыбке ровные белоснежные блестящие зубки.

– Для Тебя сложно, Мари? – искренне удивился Майк. – Кстати, Жорж – обратился он ко мне – Открою маленькую тайну: Мари – филолог, специалист по творчеству испанских поэтов средневековья, доктор искусствоведения. И за её красивыми плечами – Сорбонна.

– Ого! – настало время удивиться мне. Меня удивило не то, что эта обаятельная француженка – выпускница Сорбонны, а то, как резко изменилась жизнь этой красивой и однозначно умной женщины, что такого произошло в её судьбе, что она оказалась на этом островке, затерянном в океане и работает горничной в отеле. Видно, случилось, что-то очень серьёзное. И верно: где-то в глубине этих светло – карих глаз я увидел глубоко спрятанную грусть. Единственно, когда Мари смотрела на Майка, её глаза начинали блестеть и улыбаться.

На Майке была одета белоснежная рубашка с короткими рукавами, идеально отглаженная и идеально сидящая на широких плечах этого маленького мужчины. В левом ухе Майка блеснула бриллиантом массивная серьга. Я невольно вздрогнул.

Майк перехватил мой взгляд и широко улыбнулся:

– Серьга смутила, Жорж?

– Да нет. Просто необычно – пожал я плечами в ответ.

– В левом ухе серьга, в левом. Не в правом. С ориентацией у меня всё нормально. Серьгу в ухе носил мой отец, и мой дед, и прадед. Они все были моряками. А я нарушил традицию, видишь – ростом не вышел. Но я влюблён в море, влюблён безнадёжно и искренне. И в море сейчас я провожу всё свободное время. Так что серьга моя – это знак моей принадлежности к морю и родовому клану моряков.

– Как романтично, Майк! – хлопнула своими большими ресницами Мари. – Мне нужно было одеть свои серьги, чтобы быть в унисон твоему имиджу.

– Думаю, Мари, не я твоё украшение, а ты моё – совершенно серьёзно ответил Майк. – Это же очевидно.

– Спасибо, дорогой – смиренно ответила Мари, игриво сверкнув при этом глазами.

«Вот это штучка!» – ещё раз удивился я про себя. Было очевидно, что Майк и Мари хорошо знают друг друга и более чем близки межу собой. И мне нравились эти люди. Они были свободны в своей силе и в своих чувствах.

– Мари! – поинтересовался Майк. – Ты сейчас смотришь на меня, как на своего преподавателя, я не ошибаюсь? Молоденькая и простодушная студенточка Сорбонны смотрит широко раскрытыми глазами на своего старого препода – профессора, смотрит с обожанием и восторгом.

– Интересные у тебя ассоциации, Майк – лукаво улыбнулась в ответ женщина. – Это сюжетные ассоциации и они мне нравятся, они заводят.

– Старый профессор и очарованная им студентка – задумчиво протянул Майк. – Действительно заводная ассоциация. Но! Согласись, Мари, наша с тобой возрастная вилка допускает её, делает её очень правдоподобной. Мы с тобой ещё не играли в такую игру.

– Ой! Как интересно и обещающе! – снова улыбнулась женщина. А тебя не смущает, что Жорж невольно участвует в нашем с тобой обсуждении сюжета?

И Мари лукаво блеснула мне глазами.

– Я? Боюсь? Ты смеёшься, Мари! Я давно уже ничего, и никого не боюсь. И это моё реальное жизненное достижение. А Жорж меня понимает прекрасно, ведь мы с ним сделаны из одного теста – мы врачи.

– Твоя цеховая гордость и профессиональное высокомерие мне нравятся – рассмеялась Мари. – Ты купаешься в них, как ребёнок в тёплой ванночке…

– Ребята! – осторожно вмешался я в разговор. – Я, пожалуй, пойду. Спасибо большое за беседу и отличное начало ужина!

– Как скажешь, Жорж – улыбнулся в ответ Майк. – Тем более, что уже появилось начальство, значит, скоро будет небольшая официальная часть, а за ней последует и сам ужин. И я тебя благодарю, друг мой, за приятную беседу. Кстати, обрати внимание на эту женщину с ребёнком, которая только что подошла на ужин. Мне кажется, она не привыкла быть в ресторане одна и сейчас несколько растеряна с выбором свободного столика, веренее с выбором мужчины, который составил бы ей компанию на этот вечер. А выбора то и нет – ваши парни заняты перестрелкой взглядами с вашими девчонками, и дамы постарше их не интересуют. Мне кажется, что она несколько раз скользнула взглядом по тебе, Жорж – она ищет поддержку, твою поддержку.

Конец ознакомительного фрагмента.