— Как погибла? Она не должна ведь… — я ахнула, предполагая, что она говорит о Тэш.

— Во всех книжках написано, что она погибла и о твоём таинственном исчезновении из дома. Говорят, ты покончила с собой из-за смерти сестры и её мужа.

— Вот бред-то! Я бы в жизни такого не сделала!.. Я не знаю о чем ты, но, надеюсь, они оба живы…

Откуда-то издалека донёсся до нас вой трубы, и я даже вздрогнула, оглядываясь. Света внезапно поднялась с места и взяла меня за руку.

— Пойдём!..

— Куда? Что это было?

— Это значит, что сейчас половина одиннадцатого, а в двенадцать на костре сожгут ведьму…

— Надо им помешать.

— Нельзя мешать истории. Мы здесь всего лишь гости и менять что-либо не можем и не должны.

— Но её же сожгут заживо!

— Поэтому я и хожу туда. Они все не доживают до момента, когда костёр подбирается к их ногам… — она продемонстрировала мне не большой блестящий кинжал.

— Какой кошмар… — прошептала я и мы быстро пошли в ту сторону, откуда донёсся трубный вой. — Слушай, а как ты здесь вообще оказалась?

— Понятия не имею. Я обладаю только природными силами, а перемещаться в прошлое… нет, этого я не умею!.. — она на ходу заплетала косу, скручивая ее на голове.

— А что это было такое? Там, на пруду…

— Ничего необычного. Это означало, что природа меня приняла и мне теперь подвластны все мои силы. Уже прошло почти полтора года с тех пор, как я стала ведьмой. — охотно пояснила она, быстро следуя вперёд. — Правда, мои силы здесь не действуют… Странно, что вообще инициация случилась здесь в отсутствие моей магии.

Тэш

Раздался пронзительный вой трубы, заставивший проснуться. Сердце, словно предчувствуя беду, бешено заколотилось в груди. Я встала и посмотрела в зарешёченное окно. Там, сквозь железные прутья пробивались яркие лучики солнышка. Рядом с камерой раздались голоса и тут же зазвенели ключи.

— Ведьма, на выход!.. — засиял как лампочка охранник, отпирая замок.

— Как? Уже? Ещё же рано совсем…

— Для тебя — в самый раз. — он скрутил мои руки и тут же связал их за спиной.

— Эй! Полегче! Больно же!.. — я изловчилась и пнула его ногой.

— Не брыкайся… К костру тебя всё равно не я буду сопровождать… — охранник вывел меня из камеры и повёл к выходу.

— А кто?..

— Тебе это уже не поможет!.. — заржал он.

— Заткнись, урод!.. — прошипела я.

Охранник открыл дверь и тут же на улице радостно взвыла толпа. Он передал меня в руки двух вооруженных мечами мужчин, которые, не медля ни минуты, поволокли меня к месту погибели… Людям словно бы всё это доставляло невероятную радость — развлечение в некотором роде. Толпа ликовала и громко выкрикивала: "Сжечь ведьму!.. Убить колдунью!".

Я поднялась по шатким деревянным ступенькам и меня привязали к толстому деревянному столбу. Затем ко мне поднялся седой мужчина в чёрном балахоне и с крестом в руках. Священник, наверное… Может, они решили простить мне мои грехи и сейчас отпустят?.. Я ради этого во всём признаюсь!..

Мужчина положил правую руку мне на лоб, а левой прижал к моей груди крест:

— Изыйди, Сатана! Изыйди!..

— А вы меня отпустите, если он "изыйдет"? — поинтересовалась я.

— Молчи, ведьма!.. — вновь забормотал своё священник.

— Тогда пошёл на … отсюда, козёл! — рявкнула я, тщетно рванувшись в его сторону.

В нашем времени я ни за что не позволила бы себе даже думать плохо о священнослужителях, но этот человек вызвал во мне отталкивающие чувства и ничего более. Единственная мысль сейчас билась в голове: как суметь избежать казни и уйти от сюда живой, а отнюдь не изгнание беса. Конечно же, мне сейчас не до священника, который был в полной уверенности, что я одержима дьяволом и несу угрозу обществу.

— Что?.. — вытаращил глаза священнослужитель и взвыл ещё более возбуждённо. — Это слова дьявола!..

— Пошёл на … отсюда, чмо пузатое!.. Неужели не ясно! Дай хоть умереть-то спокойно, если не отпускаешь!.. Ну, чего застыл? Брысь отсюда, а то порчу на тебя нашлю и дьяволу пожалуюсь!.. — я сделала «страшные» глаза и уставилась на священника. Да пошли они все! Боже, это какой-то кошмарный сон! Пусть я проснусь!

Священник удирал от меня как от настоящего демона, выкрикивая что-то нечленораздельное и постоянно крестясь. Я залилась хохотом, чего, наверное, в моем плачевном положении не стоило делать. Из толпы немедленно донёсся женский возглас: "Сжечь ведьму! Она поклоняется сатане!". В руках человека, который привёл меня на сожжение, появился факел и он тут же применил его в деле.