— Ой, только не занимайся самобичеванием. — моя сестра поморщилась и откусила кусок пирожного. — Вот! Меня на нервах на сладкое тянет! Жуть! А ты… дура будешь, если бросишь Кита.

— Но я… мне надо разобраться в себе…

— Пока ты будешь разбираться, поезд уйдет. Я едва не потеряла Криса, потому что дура была. Не верила, что любит! А Никита тебя любит. И не на словах. Да что я говорю! Включи ты голову, выгони своих тараканов!

— Я… всё расскажу Никите. Попрошу взять паузу…

— Паузу? — моя сестрица вдруг расхохоталась, а затем уставилась на меня пронзающим взглядом. — Фильмов насмотрелась? Либо любишь, либо нет. Катя, это твоя жизнь, но не пусти ее под откос. Слушай свое сердце.

Я моргнула, стараясь прогнать подступившие слезы и пыталась осмыслить что делать. Да, может, Тэш права, но…чувства в смятении. Нет, я определённо должна услышать свое сердце. Нельзя одинаково любить двух мужчин. И я не смогу не сказать Никите о том, что….было ночью. Хотя, поцелуй — не секс, но…ведь он был!

— Кстати, у меня новости! Твоя мама, кажется, ждёт ребёнка! — возбуждённо воскликнула Тэш.

— Прекрасно… — пробормотала я, совершенно её не слушая.

— Кармен, вернись на бренную землю! Если тебя не устраивает положение вещей сейчас — останься там, где было хорошо.

Я вздрогнула, услышав треньканье моего телефона.

Бросив взгляд на дисплей, я встала и ушла в гостиную. Звонил Никита. Он как будто почувствовал, что все мои мысли заняты сейчас им. Сердце забилось в груди словно раненая птица, услышав его голос.

— Доброе утро, моя родная. Как спалось? — радостный голос Никиты заставил меня вздрогнуть.

— Кит… я… — я не могла подобрать нужных слов и замолчала.

— Катюша, что случилось? — напряженный взволнованный голос заставил меня выдавить из себя признание.

— Алек вернулся… — в трубке повисла гнетущая тишина. Пауза затянулась и я подумала, что он бросил трубку. — Кит?..

— А… — он прочистил горло и будничным тоном ответил. — Да, я здесь. Говори, не тяни. Мы взрослые люди и в состоянии друг друга выслушать.

— Я… всё так сложно… Мне кажется, мы должны взять паузу…

— Паузу? — Кит усмехнулся и я прямо представила как он опирается рукой о стену, хмуря брови. — Катюша, как я уже сказал тебе, мы взрослые люди. Отношения двух людей либо ведут к логическому началу их совместного пути — ЗАГСу, либо в этих отношениях ставится точка. Я уже говорил тебе, что никогда не обижу, и никогда ни к чему не буду принуждать…

— Значит, мы ставим точку?.. — голос мой дрожал, по щекам текли слезы.

— Катюша, ты только что вышла и закрыла за собой дверь. Значит, так выбрало твое сердечко… — он говорил так, словно ему всё равно, а мне было больно. — Хммм… жизнь сложная и иногда нам приходится выбирать. Пора взрослеть.

— А ты позвонишь мне, когда вернёшься?

— Зачем? Ты молодец, что не стала тянуть с разговором до моего возвращения. Так лучше.

— Но… я хочу увидеть тебя.

— Мы соседи, в конце концов, так что случайно столкнуться не малый шанс.

— Ты ненавидишь меня?

— Нет. Скорее себя. За то, что не хватило сил расстаться раньше. Будь счастлива. Мне пора. — и в трубке раздались гудки.

Я должна была радоваться, что всё произошло вот так, без скандала, но не получалось. В груди как будто зияла огромная дыра. Я сама все решила, но отчего так больно?..

Я была разбита и повержена собственными чувствами. Обратного пути больше нет. Он просто…отпустил меня. Я не нужна ему.

Со злостью отшвырнув трубку на диван, я сползла на пол и, закрыв лицо ладонями, разразилась рыданиями.

Руки сестры обвили меня как спасение. Я прижалась к ней, дрожа всем телом от всепоглощающей боли, заполнявшей всю меня. Я сама всё разрушила и может так будет правильно, но тогда почему так больно?

— Никита звонил?

Я кивнула, всхлипывая.

— Расстались?

— Никакой паузы… он просто поставил точку…

— Он взрослый мужчина… я же предупреждала… Ты поэтому ревешь?

— Всё не важно… — прошептала я, не желая делиться ни с кем тем, что чувствую. Это было слишком личное. И впервые я не хотела делиться ни с ней, ни даже с Крисом.

Тэш погладила меня по голове, как маленькую:

— Поплачь… Легче станет…

Когда я успокоилась, моя сестрица заставила меня пойти умыться на кухне и привести себя в порядок. В конце концов да, жизнь не закончилась. И моя боль — только моя. И Алек не должен ничего знать. Моя обязанность сейчас нацепить улыбку на лицо.