— Что-нибудь еще?

Кладу руку на дверную ручку.

— Она так выросла… она скучает по тебе.

— Пока, Хелен.

Завершаю разговор и убираю телефон в карман. Отказываюсь играть в ее игры. Больше не буду. Никогда.

Выхожу из раздевалки и иду по коридору, а мои мысли бегут по замкнутому кругу. Эта женщина добавила еще одну щепотку разочарования в мой гнев, сделав меня немотивированным. Родственники должны быть твоими самыми большими сторонниками, но мои выбивают воздух из моих легких. Мой отец делает вид, что заботится о моем будущем как хоккеиста, но на самом деле? Он уже планирует мое участие в своем бизнесе, потому что не верит в меня. К сожалению, меня это даже не удивляет.

Открыв дверь, я выхожу из здания и глубоко вдыхаю. Все будет хорошо. Это просто неудачное совпадение. Ничего больше. Мне просто нужно пойти домой и…

Я замираю, когда понимаю, на что смотрю.

Моя кровь закипает, кожа становится горячей, а вена на шее пульсирует с такой силой, что это оглушает. Она здесь. Ава здесь, и не ради меня. Она здесь с Бенсоном. Они идут к его машине. Он несет два стаканчика из местной кофейни, а у нее в руках, похоже, коробка пончиков. Они едут к нему домой, не так ли?

Идя к парковке, я не отрываю взгляда от своей машины.

Она больше не существует. Она такая же, как и все остальные. Ничего особенного.

Открываю дверь машины, запрыгиваю внутрь, бросаю сумку на заднее сиденье и завожу двигатель.

Все мое тело напряжено, а руки дрожат. Я ругаюсь, крепко сжимаю руль и отрываюсь от дороги.

Когда я проезжаю мимо машины Бенсона, мои глаза на мгновение встречаются с ее глазами.

Ее губы раздвигаются, и она хмурится.

Я выгляжу сумасшедшим, но мне все равно.

Она никто, и я ни за что на свете не позволю себе снова думать о ней.

27.

Где твоя комната?

— Не знаю, кто разозлил Томпсона, но он ведет себя как чертов психопат уже вторую игру подряд. — Громко хихикает Калеб, парень Грейс, не сводя глаз со льда. Я сижу с ним и Грейс, так как Лейла ушла сидеть с родителями на несколько рядов ниже нас. — Но это неважно. Мы побеждаем, и это самое главное.

— Да, я никогда не видела его таким напряженным и жестоким. — Добавляет Грейс, не отрываясь от игры. — Он уже дважды ввязался в драку. Обычно он держится в стороне, если только речь не идет о всей команде.

Мне любопытно. Если я скажу им, что это я его разозлила, какова будет их реакция?

Я, конечно, не думаю, что мир вращается вокруг меня, но в данном случае уверена, что причина во мне. Я не видела его несколько дней после кино, но во вторник вечером его взгляд сказал мне все. Он ненавидит меня. Снова.

В пятницу я решила признаться себе в нескольких вещах. Во-первых, даже если его отказ в кино причинил мне боль, я скучала по его сообщениям.

Наш обмен сообщениями был главным событием моего дня, даже если тогда я этого не понимала. Во-вторых? Никто и никогда не целовал меня так, как он. Поэтому я проглотила свою гордость и отправила ему короткое сообщение. Просто чтобы проверить, как обстоят дела. Я пожелала ему удачи на играх на этой неделе и спросила, как он поживает. Что я получила в ответ? Ничего. Он даже не прочитал его. Прекрасно.

Я позволила своему взгляду следить за каждым его движением на льду. Хоккей был частью моей жизни, когда я росла с Дрейком. Мы с Лейлой не раз играли с ним, слишком веселились и получали от него ругань.

Поэтому я знаю, что такое талант, когда вижу его, а Колтон Томпсон — отличный игрок. Он двигается без усилий, и это постоянно. Я никогда не видела, чтобы он стоял на льду. И даже не стоит говорить о том, насколько он умен, когда дело доходит до игры. Он чувствует ее, как будто она — часть его самого. Когда он на льду, он живой, и это так притягательно, что мне трудно не смотреть на него.

Я касаюсь колена Грейс, и она поворачивает голову.

— Да?

— Я подожду тебя снаружи.

— Осталось всего десять минут, почему бы тебе не остаться? — Спрашивает Калеб, получая от меня укоризненный взгляд.

— Потому что я не хочу. — Отвечаю я и тут же прикрываю это улыбкой. — Увидимся на парковке.

— Конечно.

Грейс кивает и сосредотачивается на катке. Глаза Калеба на мгновение задерживаются на мне, а потом он тоже отворачивается.

Я медленно встаю и иду к выходу. Команда «Пантеры Грейт-Лейк» обыгрывает команду штата Массачусетс, и люди в восторге. Им не нравится, что я встаю у них на пути, но мне все равно. Мне нужен свежий воздух и перспектива. Мысли о том, что позже я окажусь на вечеринке с Колтоном, уже пугают меня. По многим причинам.

Только дойдя до лестницы, я слышу шум. Когда оглядываюсь через плечо, мой взгляд падает на Томпсона. Он и Дрейк на полной скорости несутся к сетке Массачусетса, оба сосредоточенные и стойкие.

Дрейк передает шайбу своему товарищу по команде, и в следующее мгновение Колтон забивает еще один гол.

Шесть — два.

Я вожусь со своей серьгой, глядя на нашего центрового. Испытываю столько эмоций. Уже забытых. В какой-то степени запретных. И, что самое главное, неуместных из-за того, что я хочу, чтобы он сделал со мной. От того, что я хочу сделать с ним.