По спине поползли ледяные мурашки.

Едва не погибла?

Расследование?

Так вот что скрывала Ника!

Пыхтя от негодования и не понимая, почему же мой обморок расценили как «едва не погибла», я стала просматривать все новости, так или иначе связанные с произошедшим недоразумением, но ничего, кроме общих фраз, не находила. Пока не наткнулась на статью от некой Лии Максимовой, в которой та в пух и прах разносила не только ресторан, по мнению блогера, полностью утративший свой статус, но и самого владельца, называя Эмиля взбалмошным руководителем. А его поварские таланты так вовсе растоптала в пыль.

– Ничего себе, – пробормотала я, пролистывая последние записи Лии Максимовой на ее личной странице. Кем бы ни была эта девушка, но она умело владела словом. Так, что ей хотелось верить, и многие, судя по комментариям, ей верили. Но в то же время после пятой записи я уже хотела помыться. Столько грязи мне впервые приходилось читать одновременно.

Отложив телефон, провела ладонями по плечам.

И почему Ника скрыла от меня столь важную информацию? Ведь рано или поздно я все равно бы узнала. Тем более раз начато разбирательство.

Вновь схватила телефон, собираясь набрать Нику, но вовремя себя одернула. Она ничего не расскажет, а если и надавлю на нее, то, скорее всего, только время зря потеряю. Отчего-то мне казалось, что Ника сделает все, лишь бы шторм, поднявшийся из-за моей собственной оплошности, не накрыл меня. Ника возьмет весь удар на себя.

Поэтому вторым решением стало позвонить Эмме. Она не будет лгать. Не в ее природе.

– Привет, Ань? Что-то случилось? – в голосе Эммы зазвучали взволнованные нотки.

– Привет, – проговорила я, услышав вопрос подруги. – Прости, что так поздно, но мне нужно кое-что узнать. И нет, ничего не случилось. Я в больнице, никуда не сбежала, – торопливо добавила, нервно усмехаясь.

– Обнадеживает, – ответила Эмма, выдыхая. На заднем фоне послышался детский смех.

Мое сердце сжалось. Все-таки я помешала Эмме наслаждаться безмятежной семейной жизнью. Белая зависть сжала сердце ледяной хваткой. Я отогнала прочь дурные мысли и, вернув себе самообладание, задала терзавший меня вопрос:

– Ты в курсе, что пишут про мой обморок?

В ответ последовала тишина. Эмма, конечно же, в курсе.

– Про какое еще расследование идет речь?

– Ты говорила с Никой?

– Нет, – фыркнула я и едва не заскрежетала от досады зубами. – Ты же знаешь Нику. Она ничего мне не расскажет, пока сама не разберется со всеми проблемами.

– Здесь ты права, – согласилась Эмма, и звуки на заднем фоне утихли. Видимо, Эмма вышла из комнаты, где сейчас играл ее приемный сын. – Ника просила тебе не говорить. Сама обещала все рассказать.

– И что она просила не говорить? – продолжала напирать я, прокручивая в голове скупые строчки из новостной ленты и, в противоположность к ним, яркие, полные злости, издевательства и грязи строчки из личных записей некой Лии Максимовой.

– В Мельнице уже были небольшие инциденты, – все же ответила Эмма спустя короткую заминку, – в этом году. Ничего опасного, так, мелочи, но то, что растиражировали СМИ, не поддается никаким объяснениям. Ника считает, впрочем, как и все, что на Эмиля объявили охоту конкуренты. Уж больно долго Мельница многим глаза мозолила. А то, что случилось с тобой, только обострило ситуацию.

Я шумно проглотала слюну. Надо же, как не вовремя я посетила ресторан.

– Получается, что теперь из-за меня у них проблемы?

– Даже не думай так говорить! – вспылила Эмма. – Не из-за тебя. Это Эмиль нажил себе врагов, а ты под горячую руку попала. Вот и всё. Они сами разберутся. А мы со своей стороны донесем информацию до нужных людей, что всё, что с тобой случилось – не вина ресторана.

Я задумалась над словами Эммы. Может, действительно зря себя накручиваю. Пусть сами разбираются, кто там в чем виноват, а мне остается лишь пробыть в больнице еще один день, выписаться утром и можно паковать чемоданы, чтобы убраться от назревающего скандала куда-нибудь подальше.

– Меньше всего на свете я хотела бы быть втянута в чьи-то разборки, – процедила сквозь зубы. – Я, конечно же, благодарна Нике за участие, но мне нужно самой разобраться с тем, что происходит. Ты поможешь мне, Эмм?

Подруга ответила не сразу.

– Чем?

– Можешь найти для меня личный номер Эмиля Кутуева? Я хочу сама с ним поговорить.

– Попробую, – отозвалась Эмма, и уже через десять минут у меня был номер владельца ресторана. Оставалось лишь набрать его и сказать, что я не собираюсь выдвигать никаких обвинений. И плевать, что у него там происходит с конкурентами. Я была готова на все, лишь бы мое имя никак не фигурировало в очередных новостных лентах. Пусть я останусь там просто как «девушка, которая едва не погибла».