Денис присел рядом и, склонив голову к плечу товарища, признался:

— Есть одна идея. Я даже подполковнику докладывал не стал, поскольку посчитал, что отставник тупо пытался меня развести. Ты заметил, что Ломов сам не особо поверил в рассказ Марии?

— Ну, ещё бы! Я, вообще, половину не понял.

— Так вот. Он собирался вернуться на место, где очнулись эти попаданцы и хорошенько там всё обследовать. Секёшь? Там мы его и подкараулим.

— Секу! А не опоздаем?

— Нет. Наверняка у отставника имеется место, где можно не только отсидеться, не рискуя быть обнаруженным милицией, но и подлечить Тимофея. Какой-то надёжный схрон или бункер. Он бывший военный и вполне мог забацать какое-нибудь укрытие на случай ядерной войны или вторжения НАТО. Они же помешаны на этом.

— Сто пудово есть! — расцвёл Гизмо.

— Вот! Но, прежде чем отправиться на разведку, ему нужно туда. Наверняка, бункер не в самих Михалях, а где-то поблизости. В Кривом Логу или у речки. Затем, как-то замести следы, отвлечь погоню или пустить по ложному направлению. Это военные умеют делать. Фишка в том, что на всё потребуется масса времени и сегодня ему никак не успеть отправиться на сосновую опушку. А вот завтра утром, в крайнем случае днём, он обязательно туда смотается. Но мы уже будем там в засаде.

— Я говорил, что ты великий стратег? Нет? И не скажу. Так себе вариант. Хочешь проследить за ним? Надеешься, что Ломов выведет к этому бункеру?

— Нет, конечно. Такое вряд ли получится. Он тёртый калач, а мы в слежке нихрена не смыслим. Он нас быстро вычислит.

— Вот и я об этом!

— Мы устроим засаду, захватим живым и выбьем всю информацию о бункере.

— Ебаквакнулся? — с сочувствием спросил панкер, предполагая побочное воздействие болеутоляющих лекарств, — Как мы с ним справимся? Вспомни, как он пистолет у тебя отобрал? А кулаки его помнишь? Он нас в отбивную превратит и на ветвях, заместо шишек развесит.

— Я всё продумал, — уверенно прошептал Черов, — То, что он считает нас лохами, сыграет нам на пользу. Никаких «стоять на месте» и предупредительных выстрелов. Сразу стреляем по ногам, вяжем и допрашиваем.

— Стрелять из-за угла? А ты сможешь?

— А ты на охоту, что ли, никогда не ходил? Там, что кабаны с огнестром бегают? А ты такой, гардемарин в лосинах, перчатку им бросаешь и на дуэль вызываешь? Нет! В кустах сидишь и ждёшь, когда он, если повезёт, на твой номер выскочит. И валишь его без разговоров.

— Так, то кабан, — всё ещё сомневаясь, проговорил Гизмо, — А тут человек!

— Ещё скажи, что грибников никогда не пугал, — хмыкнул Денис, вспомнив старую историю, — Они вооружены были. С ножами!

— Так я же в них не шмалял! В воздух! Так, шуганул для острастки, чтобы в сектор обстрела не лезли и всё.

— А здесь придётся на поражение стрелять! Иначе, весь наш базар — это трёп в кабаке после литра выпитого.

Мельников внезапно поник и задумчиво поскрёб подбородок, неестественно торчащий над краем фиксатора.

— Стрёмно, братан, — наконец, прошептал он, ища сочувствия в глазах будущего родственника.

— А ты как хотел? На слабо меня брал? Думал, что я сдуюсь, а ты всем будешь рассказывать, что я сдрейфил? Нет, Мельник, всё по-взрослому. Ломов тоже не с пустыми руками придёт. Он бывший инструктор в армейской учебке. Стреляет, наверняка, лучше любого охотника. Недаром «вездеход» под кожу вшит. Стрелять будем оба. Я в правую ногу, ты в левую. Если не попадём с первого раза, то он нас легко положит на месте. Обосраться не успеем. Так что, отдыхай пока и думай. Я, по любому под утро уйду. Ты, как хочешь.

Высказав своё непреклонное решение, Денис поднялся, забрал с полки «глушилку» и отключил прибор. Не хватало ещё, чтобы служба безопасности больницы, заинтересовалась внезапной потерей сигнала и пришла с проверкой.

Примерно за час, до того, как полностью стемнеет, Мельников внезапно вскочил и, баюкая на камеру раненую руку, бочком приблизился к Черову.

— Нужно выдвигаться сейчас, — прошептал он.

— С какого хера?

Гизмо ещё больше склонился к уху Дениса и высказал своё видение ситуации:

— Штафстоянка, конечно, уже закрыта, но пока светло охрана позволит забрать вещички. Когда стемнеет, вряд ли.

— Они и сейчас нас пошлют, — усомнился в задумке товарища Денис, — Там гражданские сидят, а они, после окончания рабочего дня, становятся упёртыми как бараны. Надо было до шести решаться.

— Фигня! — заверил панк, — Пока светло, они на расслабоне. Скажешь номер жетона, они по базе пробьют и пустят.

Денис задумался. У него имелся в седельной сумке «Чеглок», который мама заставила взять на всякий случай, но из этой пампушки стрелять придётся почти в упор. Позволит ли бывший вояка подобраться к себе так близко? Другое дело нарезной карабин Мельникова. Если у него ещё и оптика имеется, то такой шанс упускать нельзя.