Очередное приветствие и я закатила от раздражения глаза. Опять непроизносимое название, которое я не успела толком записать, и конечно, звонок адресован не кому-то, а именно техническому директору. Нажав кнопку удержания, попыталась воспроизвести абривиатуру, и чуть не плача, нажала на кнопку личного номера техдира.

— Слушаю, — резкий рык в трубке, от неожиданности заставил напрочь позабыть только что восстановленные буквы.

— Евгений, — проглотив ком, пропищала, сжимая телефон до побелевших пальце. Уже понимая, что меня ждет очередная порция грубости. — Звонит Аревьев из «ТехЛаб…» «Тех Лаб Ис…», — язык заплетается, и я никак не могла воспроизвести уродское название фирмы.

— Ты что совсем с памятью не дружишь, так на листочке записывай. А может, тебе вообще мозги в комплекте с телом не достались? — попыталась не разреветься, но почувствовала, как глаза застилают слезы обиды и злости. Кто он такой, чтобы постоянно унижать меня? — Ты там чего молчишь? Слова забыла. «ТехИстЛаб Строй». Черт с тобой! Переводи.

Молча, кинула трубку, не в силах стравиться со слезами. Я сидела, уткнувшись в стол, вытирая катившиеся слезы, но никак не могла успокоиться. Как хорошо, что расположение офиса такое, что в холле я совершенно одна, никто не видит моих позорных слез.

Кое-как успокоившись, схватила сумку и пальто, выскочила на воздух, не попрощавшись ни с кем из сотрудников. Прохладный весенний ветер остудил горящие щеки. Что мне делать? Что делать? Я даже не смогу подойти к техдиру и узнать, что он ко мне прицепился. Почему такое хамское отношение? Поговорить с Ольгой или Павлом? Но смысла от этого не будет. Кто такая новая секретарша и целый технический директор.

Я почувствовала первый раз в жизни, что означает ненависть. Гадкое, липкое, разрушающее тебя черное чувство. Мне не было так плохо никогда… Я не могу сказать, что ни с кем не ругалась. Конечно, в жизни бывает всякое. У меня не было такого даже к бывшему парню, который предал меня. Да, было обидно, противно, но не такого сжигающего чувства. Прямо сейчас меня сносило лавиной злости к почти незнакомому мужчине. Несправедливые нападки с его стороны, выбивали почву из-под ног. Нужно было решить, что мне делать. Остаться и терпеть или просто не обращать внимания, или все же уволиться и снова искать работу. Но какой процент того, что в другой фирме не будет такого же Евгения с манией величия и чувства вседозволенности. Здесь меня устраивало абсолютно все, пока не появился он. Хороший коллектив, отличная зарплата. Где я еще найду такое? Нужно просто не показывать ему то, как меня задевают его грубые слова. Нужно выстроить крепкую стену брони, которая защитит моей внутренний мир от дизайнерской обуви техдира.

Так я уговаривала себя третий месяц. Я ненавидела каждое утро с понедельника по пятницу. Но почему-то терпела. Нет, неправильно. Я ненавидела техдира, который ошивался в офисе значительно чаще, чем мне того бы хотелось. В остальное время я обожала быть на работе. Любила коллектив, в котором было комфортно. Любила свои бумажки, в огромном количестве сваливающиеся мне на стол, свои таблицы и графики, письма и приказы, договора и табели монтажников. Мой день был расписан по минутам. Но мне нравилось это. Только лицо главного злодея вызывало дикую смесь раздражения, горечи, а иногда и слез, но мысленно возведенная стена помогала отбивать практически все его нападки, но и он не отступал. Хотя иногда казался нормальным человеком, но это бывало настолько редко, что просто стиралось из памяти.

Родителям я ничего не говорила, не желая расстраивать. Ленка, конечно, была в курсе, настаивала уволиться. Но ей не понять, когда хочется самостоятельности, когда можешь позволить себе что-то на честно заработанные деньги. Я никогда не завидовала ей. Быть дочерью состоятельных родителей тоже накладывает определенные обязательства. В этом мы с ней были абсолютно разные.

Через неделю начиналась зачетная неделя, к которой я была мысленно готова. Хотелось расслабиться и провести вечер пятницы в приятной компании подруги. Уже с утра я мечтала посидеть в кафе с бокалом вина, насладиться вкусной едой. Рассматривала себя в зеркале, я была чудо как хороша. Пятница — свободный день от офисного дресс-кода. Я с улыбкой любовалась на нежно-персиковое платье, легкой волной прикрывающее стройные ноги, белые кеды. Еще раз поправила волосы, каскадом локонов спускающиеся на плечи. Легкий макияж, заставляющий мое лицо светиться. Мой внешний вид придавал внутреннюю уверенность, которую я давно не чувствовала.

Мой образ произвел фурор в офисе, с самого утра получала лишь комплементы.

Маринка пыталась докопаться до правды.

— Ну, признайся, на свидание собралась? — заговорщески шептала она, стоя в дверях кухни с чашечкой кофе в руках.

— Марин, где я и свидание? — рассмеялась я, раскладывая письма в нужные папки.

— Врешь ты все! Признавайся, кто этот счастливчик? Я его точно не знаю?

— ООО, это самый красивый, обаятельный и привлекательный человек на свете, — смеясь, поддержала коллегу, описывая свою Ленку. Но ведь правда, она такая и есть. Но улыбка сползла с моего лица, когда на пороге кабинета директоров появился недовольный техдир.

— Обсуждение своей личной жизни оставьте на обед, Юлия, и займитесь непосредственно своей работой, а не болтовней. Через пять минут жду распечатанное техническое задание для Рябого, — сказал Евгений и с грохотом снова захлопнул дверь в свой кабинет.

У Марины улыбка сползла с лица.

— Блин, а я все никак не могла поверить, думала, ты преувеличиваешь, — прошептала девушка. Ведь раньше мне, в основном, доставалась порция его сарказма только наедине, кроме того раза, когда Дима был рядом. Настроение плавно, но верно катилось вниз. Если Евгений закусил уделу, то весь день будет отравлен его придирками.

Я грустно пожала плечами, складывая в папку заранее распечатанные документы, хотя бы здесь, я была уверена, что придраться не к чему.

Проходя мимо, Марина погладила меня по плечу и вернулась в свой кабинет. Я же с тяжелым сердцем приблизилась к кабинету директоров.

Постучав для приличия, вошла в светлый кабинет.

— Можно? — ровно спросила я, делая шаг в сторону стола Карелина.

— Юль, отлично выглядишь, — проговорил генеральный, показывая большой палец вверх.

— Спасибо, Павел, — улыбнулась, засмущавшись. И в который раз, меняясь в лице, когда столкнулась с жгучим взглядом техдира. Его глаза не обещали ничего хорошего, он, молча, протянул руку к документам.