— Карл, — приятный женский голос констатировал: теперь он не один.

— Вайолет? Где я? Что происходит? — срывающимся голосом спросил Карл.

— Карл, мы находимся на орбите планеты «би» в системе Глизе 422.

— Какого черта? Что происходит? Ты шутишь?

— Успокойся, Карл, — промурлыкала Вайолет. — Я здесь, чтобы тебе помочь.

— О, да, черт побери, помощь мне очень нужна! — согласился Карл. — Так что происходит?

— Амнезия и дезориентация — нормальные остаточные эффекты гиперсна, — отчеканил призрачный голос. — Память вернется к тебе.

— Как я здесь оказался?

— Ты подписал контракт с корпорацией «Интерплэнетари Металс», — объяснила Вайолет. — Тебя и твоих коллег одели в бодишаттлы, погрузили в анабиоз. Вы совершили межзвездный рейс в транспортировочном контейнере на зафрахтованном у «Эдж Космолайнс» корабле.

— Зачем?

— Вы должны были провести монтаж астрономического маяка на одной из лун планеты «би».

— Ну и где все? — пробормотал Карл. — Где корабль?

— Мне неизвестно, — ответила Вайолет. — Судя по имеющейся у меня телеметрии, вскоре после прибытия к планете «би» корабль прекратил существование.

— В смысле? — не понял Карл. — Взорвался? Улетел?

— К сожалению, не могу дать точный ответ, — огорчилась Вайолет. — Из общих соображений могу заключить, что смена режима работы реакторной установки привела к нештатной ситуации. Вероятно, члены экипажа и монтажники были катапультированы из транспортировочного контейнера. Все топливо твоей маневровой системы было потрачено на коррекцию орбиты после выброса. Теоретически, корабль еще может быть в системе, но никаких радиосигналов антенны твоего бодишаттла не зафиксировали.

— А остальные? У них ведь тоже есть радиостанции? — забеспокоился Карл.

— Извини, Карл, — в голосе Вайолет звучало искреннее огорчение. — Я не уловила ни одного сигнала с тех пор.

— А ты… — запоздало заинтересовался Карл.

— Твой помощник — Виртуальный интеллект для орбитальных, наземных и внеземных работ [1] . Разработка корпорации «Спаркс Биосьютс», — с неуместной гордостью отчеканила Вайолет. Хорошо, что какой-нибудь корпоративный лозунг в конце не стала декламировать, с горечью подумал Карл.

— Ладно. Виртуальный интеллект… Так сколько я уже здесь болтаюсь? — спросил Карл.

— Чуть более пятидесяти лет, — спокойно ответила помощница.

— Сколько?! — ответ Вайолет никак не желал укладываться в его сознание.

— Бодишаттлы производства нашей корпорации отличаются большим запасом прочности и длительным временем автономной работы… Не то, что корабли «Эдж Космолайнс», — не упустила возможности похвастаться Вайолет.

— Да… Нет… Подожди, да как так-то?!

— По инструкции, в отсутствие радиосвязи, топлива и зримых ориентиров, вывод из анабиоза не осуществляется, — объяснила помощница. — Ты оставался в холодной коме, пока мощности реактора хватало для поддержания работы системы охлаждения. К сожалению, мы находимся в зоне обитаемости звезды Глизе 422, и часть нашей орбиты проходит под жаркими солнечными лучами.

— А что сейчас с энергией? — в памяти Карла будто бы, действительно, начали всплывать какие-то воспоминания.

— Ресурс энергетической установки исчерпан, — констатировала Вайолет. — Когда отключилась система охлаждения, я вывела тебя из анабиоза и погрузила в гиперсон, как и предписывает инструкция.

— Гиперсон? Это же… как его… «золотой укол»! Разве это не запрещено? — начал вспоминать Карл.

— Совершенно верно, технология гиперсна под запретом в большинстве юрисдикций, — подтвердила Вайолет. — Но для дальних рейсов на фронтир так называемый «золотой укол» является разрешенной мерой в чрезвычайной ситуации, которую компьютерная система сочтет безвыходной.

— Так ты… Все что было раньше… Ты просто хотела, чтобы я умер в поддельном мире? — упавшим голосом спросил Карл.

— Мне очень жаль, Карл, — совсем по-настоящему вздохнула Вайолет. — Гиперсон вызывает амнезию и повышенную внушаемость. Вкупе с энергетически дешевым ускорением сознания, гиперсон должен был дать тебе десятки субъективных лет счастливой жизни. Ты не должен был заподозрить подделки.

— Но я заподозрил! Твоя хренова иллюзия расползалась по швам! — неизвестно на кого злился Карл.

— К сожалению, в одном проценте случаев процедура гиперсна дает сбои, — объяснила помощница. — Такое может случиться как в результате повреждения мозга, так и из-за индивидуальных биохимических особенностей пациента.

— Значит, выбор у меня не богатый: или куковать здесь с тобой, или жить в сладких грезах? — без эмоций перечислил варианты Карл.

— Мне очень жаль, Карл, — в который раз извинилась Вайолет. — Но у тебя вовсе нет выбора: я погружала тебя в гиперсон сотни раз. Ты всегда отвергал его.