– Номер девяносто один уклоняется от ударов хвоста, пока довольно успешно. Но пока он может только обороняться… Страйдер действует на очень большой скорости, мы никогда не видели такого раньше.

Машина, в которую залили авиационное топливо теперь выезжала назад. Сандра сверила показания весов с данными из накладной и нажала на кнопки, которые открывали ворота и наружный шлагбаум.

– …сообщили, что полковник Хофтейзер, командующий операцией, в данный момент не может давать комментарии, поэтому на многочисленные вопросы о выборе «клинков» ответил тактик Флеминг. Напомним, в прошлом Алексей Флеминг – один из выдающихся «клинков». Вопросы возникли из-за того, что в сражении, которое продолжается с шести сорока вчерашнего дня, не участвовал Гарет Найт, приписанный к базе «Фройнд». Сейчас именно её бойцы ведут бой со страйдером. Но не сержант Найт. Ожидалось, что он выйдет раньше, как бы вне очереди, но даже когда пришёл черёд базы «Фройнд», мы его так и не увидели. Учитывая, что его вообще не видели в последние месяцы, возникают вопросы. Итак, слушаем…

Что-то звонко щёлкнуло, и Сандра услышала изменённый записью, но всё равно знакомый голос Флеминга:

– В настоящий момент сержант Найт, номер восемнадцать, не может принимать участие в сражениях из-за отсутствия «гарды». Как известно, это единственный способ вывести «клинка» из цикла. Если это не будет сделано, боец погибнет. В лучшем случае, получит настолько сильные поражения центральной нервной системы, что окажется в коме, из которой никогда не выйдет.

– Почему это произошло? – послышался женский голос, видимо, журналистки. – Насколько мы знаем, у Гарета Найта была «гарда» все эти годы.

– Теперь её нет. Мы пытались подобрать новую, но совместимость внутри пары – вещь тонкая и сложная. Мы перебрали множество кандидаток, но увы…

– Что произошло с предыдущими «гардами»? Почему не использовать их?

– У сержанта Найта официально установлена совместимость с двумя «гардами». Лора Джейкоби сейчас является парой другого «клинка», который принимал участие в сражении с MD8 неделю назад. Она немного… пострадала во время завершения цикла. Вернее, сильно пострадала и находится в больнице в тяжелом состоянии. Местонахождение другой «гарды», Александрии Риверы, неизвестно.

– Что это значит? – чуть не выкрикнула журналистка.

– Это значит, что нам неизвестно её местонахождение.

Сандра вскочила на ноги. Сердце колотилось об рёбра, словно хотело проломить свою клетку и выбраться наружу.

Она не понимала, откуда такой страх, чего она боится? Даже если управляющий услышал её имя, что он мог сделать? Задержать её? Задержать «клинка»? Ей даже меч не придётся активировать – она и так справится.

Просто ей достаточно было услышать, что она его «гарда». Его. И всё снова начало рушиться. Сандра всем телом чувствовала, как ломается её воля, её гордость...

Но даже если она и не боялась, ей надо было уходить. Неприятности ей ни к чему. Если управляющий сообщит в полицию, за ней могут вполне послать целый отряд – цена «гарды» сейчас высока, как никогда.

Сандра подумала, что правильно сделала, что сбежала. Она тем самым спасла жизнь Гарету Найту. Его бы уже давно отправили против этого кошмарного страйдера, а так, без «гарды» он проживёт гораздо дольше. Но захочет ли он жизни такой ценой? Ценой десятков других жизней…

***

После короткого разговора с журналистами Флеминг откатился от дверей назад вглубь фургона, в темноту, и двери за ним закрылись. Но сразу же отъехали в сторону вторые, за которыми находился командный центр операции. За освещённым столом сидело шестеро, вдоль стен стояли ещё люди. Они словно специально держались подальше и от стола, и от ярко светящихся экранов и скрывались в тени.

Флеминг вернулся на место, где лежал его планшет и стояла его кружка с кофе. Очень крепким, очень горьким и очень паршивым кофе. Он бросил взгляд на экран, куда передавалось видео с трёх вертолётов и от двух наземных наблюдателей. Видно было плохо, потому что лучи прожекторов старались не направлять на «клинка», чтобы не слепить его. Но страйдер сам светился. Казалось, что он – мягкая прозрачная оболочка, наполненная холодной опаловой жидкостью. Можно было подумать, что его только ткни – он лопнет. Обманчивое впечатление.

– Ну что ж, – заговорил командующий Хофтейзер, нервно подёргивая кончик седой бородки. – Стратегия четыре?

Все смотрели на него и молчали. Стратегия четыре была одной из пяти стратегий на случай появлений страйдера, которого невозможно остановить. Она предписывала отказаться от сражений с ним, потому что клинки потребуются для отражения атак других страйдеров, которые обязательно появятся и не обязательно будут столь же опасными. Этого уже задержали на достаточное время, чтобы население по направлению его движения успело эвакуироваться. Теперь «клинки» буду вступать с ним в бой только для того, чтобы не подпустить к критически важным объектам вроде заводов или электростанций.

– По ходу его движения, – заговорил военный с противоположного конца стола, – находится слишком много горо…

– Я знаю! – Хофтейзер стукнул ладонью по столу. – Но мы не можем и дальше терять бойцов. Почти двадцать часов — и ничего.

– Этот новый страйдер не кажется мне таким уж непобедимым, — непривычно тихо проговорил Флеминг. — Ребята несколько раз были буквально на волосок от того, чтобы разделаться с ним. А сейчас, когда у нас куча данных…

– У меня нет боевого опыта, как у вас, Флеминг, – Хофтейзер и ему не дал договорить. – Но я видел сотни боёв. Да, вы правы, именно так: на волосок, но чего-то не хватает. Вы думаете, что скорости или ловкости, но я думаю, что это простая математика. У этого F слишком много щупалец, чтобы человек мог справиться с ними. Это же всё просчитывается для тренажёров, есть модели. Вы знаете предельные индексы. Для типа F это двадцать два. Со страйдером с индексом выше двадцати одного «клинку» справиться физически невозможно. Это математика, статистика…