Кроме того, она начала понемногу откладывать непортящуюся еду. Ей нужен был запас дня на три или лучше четыре: в течение этого времени будет слишком опасно подходить к деревням или городками, потому что там её и будут искать. После обнаружения побега всё в радиусе нескольких десятков километров будет под наблюдением. Придётся идти по лесу; даже в заброшенные деревни и городки заходить будет рискованно.

Побег был распланирован. Сандре казалось, что она просчитала и учла всё, – оставалось только дождаться нужной даты.

С Найтом они стали разговаривать чуть чаще. Несколько раз даже смотрели по телевизору какие-то старые фильмы, сидя на одном диване. Когда показывали «Пережить Рождество», Найт открыл пакетики с сушёным манго из своего особого рациона, и Сандра думала, что никогда в жизни не ела ничего вкуснее. И ещё о том, что ей бы хотелось хотя бы на день попасть в тот мир, мир без каждодневных угроз и открывающихся в небе червоточин, в ту радостную суету и толчею, в то избыточное, показанное пошлым потребительство… Лучше оно, какое угодно пошлое, чем голод и нехватка всего.

Гарет Найт был единственным, о ком она пожалеет, когда сбежит.

Но Флеминг наверняка быстро подсуетится и найдёт ему «гарду». Отнимет у кого-то ещё в конце концов. Он не позволит столь ценному ресурсу простаивать.

Но Сандра думала о Найте с сожалением не только потому, что своим побегом разбивала пару «клинок – гарда». Гарет Найт был одним из немногих, кто отнёсся к ней хорошо. Кто делал больше, чем должен был, ради неё. Оставить его тоже было своего рода предательством.

Записав, когда и какие машины выехали, Сандра засунула листки за подкладку новой сумки. Она прорезала там небольшую дыру, которая так хорошо скрывалась в складках мягкой ткани, что она сама её не сразу находила. Это был лучший тайник, который Сандра смогла выдумать. Обстановка комнаты была настолько аскетичной и простой, что спрятать тут что-то было практически невозможно. Можно было открутить стенную панель – она уже сообразила, как, – но этот способ не годился для листочков, которые ей были нужны каждый день. Слишком долго, слишком много возни и слишком шумно для раннего утра.

Задвинув сумку под кровать, Сандра легла в постель и вскоре уснула – организм со временем привык просыпаться ненадолго в районе пяти утра, а потом снова засыпать.

Когда она проснулась – ещё до сигнала подъёма, – Найт уже был в ванной. Слышался шум воды. Сандра не стала вылезать из постели – всё равно в ванную ей не попасть. Глаза снова стали сами собой закрываться, но потом она услышала тихий стук в дверь. Не в дверь спальни, а в ту, что вела в общий коридор.

Она уже хотела встать, думая, что Найт из-за шума воды не расслышит стука, но вода выключилась, потом щёлкнула дверь, которая вела из ванной в спальню Найта.

Из общей комнаты вскоре послышались голоса: низкий, приглушённый Найта и чёткий, стальной тактика Флеминга.

Сандра вскочила с кровати и подошла к двери.

Сандра вскочила с кровати и подошла к двери.

– То есть, они ее просто нашли, но не арестовали? – спросил Найт.

– Именно так. Арест произведут в течение суток, – ответил Флеминг.

Сандра сильнее прижалась щекой к двери. О ком они говорили? Что ещё за «она»? Пропавшая Лора, предыдущая «гарда» Найта?

– Почему так?

– Их попросили не устраивать скандал. Это место для элиты, с репутацией…

Найт ответил не сразу, словно обдумывал:

– Кто попросил?

– Судя по всему, очень влиятельные люди. Владельцы заведения. Они сказали, что сами пригласят их в такое время, когда военная полиция не побеспокоит гостей.

Найт удивлённо хмыкнул.

– Тебе не интересно узнать, где она была всё это время? – снова заговорил Флеминг.

– Нет, – отрезал Найт. – Она предпочла не возвращаться.

Никто больше ничего не говорил, и Сандра слышала только шуршание колёс инвалидного кресла по полу.

– Ёё нашли в «Жемчужной сфере», – сказал Флеминг, хотя Найт его не спрашивал. – Слышал про такую?

Сандра слышала. Курорт внутри марсельского купола, безумно дорогой и безумно роскошный – по меркам их мира, конечно. Только натуральная еда и развлечения круглые сутки.

– Не самый лучший уровень конечно, всего лишь третий, но всё равно, – продолжал Флеминг. – Она провела с семьёй неделю, а потом уехала в «Сферу» с продавцом из магазина концентратов. Ничего не скажешь? – спросил Флеминг, немного подождав. – Она кинула тебя. Из-за неё тебя прессовала полиц…

– Мне всё равно.

– Тебя прессовала военная полиция, – упрямо продолжил Флеминг, – в то время как она пила коктейли, не вылезая из бассейна.

– Мне всё равно, что он делала. Главное – её нашли, и с меня сняты все обвинения, так?

– Ты поручился за неё, за то, что она через положенный срок вернётся.

– Я ошибся, и что? Меня посадят? – спросил Найт, и Сандра ясно услышала насмешку в его голосе.

– Ты знаешь, что нет. Но могут, например, отменить увольнительные на год.