По закону меня должны были отдать в приют и, если получится, найти приёмных родителей. Но верховный магистр Ордена сказал, что оставляет девочку и воспитает её сам. Так я и стала первой наёмницей за всю историю Ордена. Но, надеюсь, не последней…

– Женщина-воин, дочь Огня. Похоже, предсказание сбывается. – Эйр кивнул своим мыслям.

– Объясни, что происходит, пожалуйста, – попросила я. – Ничего не понимаю.

– Это будет долгая история, – сказал Эйратион и опустился на шкуру, застилавшую каменный пол пещеры. – И началась она пятьсот двадцать три года назад.

Из рассказа я узнала, что Альтерра – так местные жители называли планету Льда – пятьсот лет назад вовсе не была покрыта ледяной коркой. На ней, как и на большинстве планет, пригодных для жизни гуманоидов, холод обитал только на северном полюсе, наиболее удалённом от Альты и Терраны – двух солнц, восходящих и заходящих над Альтеррой. Климат на остальной поверхности планеты менялся от умеренно-холодного до жаркого.

И жили альтерцы в гармонии с планетой. Технологии их представляли собой смесь биотехнологий и какого-то непонятного волшебства, которое Эйр называл “силой”. Этой вот “силой” обладали только восемнадцать древнейших родов – девять Огненных и девять Ледяных. А черпали они свою силу из – та-да-да-дам! – каменного сердца Альтерры. Известного нам, как альгиум.

Эйратион показал мне один из таких кристаллов. Он был полупрозрачным и тускло светился, в основном фиолетовым и сиреневым. Альтерец объяснил, что из-за постоянной работы с кристаллами у одарённых родов глаза стали разных оттенков фиолетового и сиреневого, что передаётся по наследству. У остальных альтерцев цвет глаз мог быть каким угодно. Вот так я узнала ответ о своём происхождении.

Если бы на этом сюрпризы закончились…

Эйр рассказал, что каждый древний род обладал своим месторождением кристаллов – буду и дальше называть их альгиумом, так проще и привычней. У кого-то альгиума было больше, у кого-то меньше. Чем сильнее род, тем большим запасом кристаллов он обладал. По-моему, логично. Но, несмотря ни на что, общий запас волшебных камушков у Огненных и Ледяных родов оставался одинаковым.

Месторождения охраняли серьёзнее, чем главу Альянса и по совместительству президента Ферранты весь звёздный флот. Как выяснилось, скрыть места роста и размножения кристаллов – а они ещё и обладают разумом, то есть условно живые, – невозможно. Над каждым висит то самое разноцветное сияние, до которого я так упорно пыталась дойти.

Всё шло хорошо и гладко много тысячелетий, пока не нашёлся то ли слишком умный, то ли, наоборот, последний придурок, который соблазнил дочь главы рода Огненных и получил доступ к месторождению альгиума. Умелец, кстати, был из того же Ледяного рода, что и Эйратион. Так вот, этот “особо одарённый” попал в святая святых и украл треть кристаллов. Больше, наверное, унести не смог. А ещё убил доверившуюся ему девушку, которая почувствовала неладное и застала вора с поличным. И пришла на Альтерру беда.

Равновесие, поддерживаемое на протяжении тысячелетий, дало трещину. Из сложных объяснений Эйратиона я поняла только самую суть: ослабление одного из Огненных родов стало началом конца. Силы девяти древних родов перестало хватать, чтобы сдерживать мощь льдов. Баланс сместился, и с северного полюса начал двигаться холод. Первые три столетия медленно, год за годом льды наползали на тёплую поверхность Альтерры, превращая её в мёртвую землю.

Ничего не помогало победить или хотя бы заставить остановиться надвигающийся холод. Тогда древнейшие роды бросили все силы на поиск пригодных для жизни планет и эвакуацию населения. Около двухсот стандартных лет назад они создали первые живые корабли и отыскали в своей галактике четыре подходящие для колонизации планеты. Альтерцы стали их обустраивать и переселяться.

Примерно в это же время от одной из провидиц они получили пророчество:

Когда Альтерра заснёт, укрытая белоснежным одеялом, остаться на ней должны только старшие сыновья Ледяных родов. Девять мужей должны ждать и достойно встретить истинную дочь Огня, пришедшую с далёких звёзд. Будет она великой воительницей и только тот, кто сможет одолеть дочь Огня в бою, завоюет и её сердце. От союза двух сильнейших родится дитя, что сможет пробудить Альтерру ото сна.

– Так, стоп! – прервала я рассказ. – Понятно, что ничего не понятно. Почему только Ледяные роды? Вас что, всего девять на всей планете?! И почему ты решил, что я и есть та самая “дочь Огня”? Эйр, я не собираюсь ни с кем драться! Я домой хочу! – знаю, что прозвучало по-детски, но это правда!

– Прости, я понимаю, что для тебя это звучит дико. – Эйратион легко сжал мою ладонь. Прикосновение тёплых, слегка шершавых пальцев неожиданно принесло облегчение. Тиски, сдавившие грудь, постепенно расслаблялись. – Но мы всё ещё хотим вернуть жизнь на Альтерру… Что касается твоих вопросов, отвечу по порядку. Это давняя традиция – выдавать девушек Огненных родов за юношей Ледяных и наоборот. Так всегда поддерживалось равновесие. Пока один из нас не пошёл на предательство и убийство. – Эйр убрал руку с моей ладони и сжал кулаки. Сразу стало неуютно. – И да, ты права, нас всего девять, обречённых погибнуть вместе с Альтеррой, когда её сердце совершит последний удар. А теперь самое трудное: почему именно о тебе шла речь в пророчестве.

Эйратион рассказал, что альтерцы покинули планету около ста стандартных лет, оставив здесь девять представителей Ледяных родов. Через год старейшины родов приступили к исполнению “пророчества”. Они учили Огненных девушек боевым искусствам и начали каждый год отправлять на Альтерру одну девушку.

Как я поняла, обучали их не так чтобы хорошо. Побеждали девчонок быстро, потом делали детей. Но, увы и ах, за восемьдесят стандартных лет не родился ни один одарённый малыш. Более того, сила осталась только на Альтерре, все, кто переселился на колонии, потерял особые умения. И дети на других планетах рождаются обычными. Как рассказал Эйр, фиолетовые глаза теперь пережиток прошлого.