– Что привело их всех сюда? – спросила я своего спутника, заметив прямо перед собой тех самых посланцев Энлиля, которых великий бог створил по -быстрому из ветра и грязи под ногтями, не марая рук глиной как христианский творец. Кугарру и калагурру о чем-то горячо спорили, попивая коктейли из пластиковых стаканчиков, прикрытых крышкой и снабженных длинными соломинками. Один из них косил под норвежца или скандинава. Весь такой нордический тип, блондинистый , спортивный и лишь слегка загорелый. Другой же напоминал мне итальянца. Также отчаянно жестикулирующий, смуглый , с кудрявой шапкой волос вокруг лица. Знали бы люди, встречающие их на улицах в своей стране , кто они такие?

– Ну Ты даешь! – возмутился орденоносец. – сегодня же День Его возвращения!

– Так вот почему здесь Великие Плакальщики! Как я могла об этом забыть!

Таммуз поднялся на поверхность земли и принес с собой весну. В последнее время меня занимали мои собственные беды, и я совсем забыла эту старинную легенду. Наш Культ , конечно , проповедует другие идеи и оберегает Темную силу Богини Разврата. Мы почти никогда не празднуем торжество возвращения весны как это делали люди в Древней Месопотамии , но мы все об этом празднике знали. Я же помечала эти дни только в своем сознании – галочкой. День возвращения Таммуза – это праздник Великой Любви. Ведь в эту ночь он воссоединяется со своей супругой Инанной. Мало кто из лилиту всерьез интересовался мифами или историей. Тем более что почти все описанные в человеческой истории сведения содержат лишь часть правды. Но лично я всегда считала важным знать старые легенды. Все же как ни крути , а мы тоже часть всего этого наследия древних.

Легенда о Таммузе повествовала, о том времени, когда Богиня Утренней и Вечерней звезды решила покорить своей красотой Страну без возврата под предлогом смерти первого мужа своей сестры. Как это похоже на Инанну. Она всегда полагала , что ее красота и дарованные богом Энки дары обольщения и красноречия не могут не подействовать на любого. Будь он даже Богом.Да только Эрешкигаль нельзя одурачить так просто. Богиня Мертвых, обладающая смертоносным пронзительным взглядомспособна видеть любые замыслы даже своей сестрицы. Умерщвленное тело Инанны с позором качалось на крестообразной виселице. А между тем на земле и на небе перестало рождаться любое потомство. Беременность стала бесконечной и уже не только слоны ее перехаживали. Сама Эрешкигаль оплакивала своих не рожденных детей. Вот тогда то и создал Энки Великих Плакальщиков выплакавших у Эрешкигаль свободу для Богини Плодородия. Вернувшись, Инанна обнаружила, что супруг ее Таммуз, воспользовавшись отсутствием благоверной, приятно проводит время. Итог как это всегда в таких случаях и бывает, обернулся для бога Пастухаснисхождением в мир неживых, и только самоотверженность сестры его Гештинанны позволяет Таммузу лишь на полгода возвращаться снова на землю. Злить Инанну опасно и даже самым близким с ее капризами не совладать.

– А почему же они все на берегу реки где-то здесь, В России, а не в Ираке, Среди песков и оазисов?
– я спрашивала у орденоносца, хотя прекрасно осознавала , что знать обо всем он может не больше меня. Он подтвердил мои догадки, пожав плечами:

– Это же твой сон – видение!Твое подсознание искажает астральный план вокруг тебя и подбирает тебе подходящие локации.

– Понимаю! Поэтому и ты, человек по происхождению, который здесь вообще и быть то не должен, среди тех на кого охотишься рядом со мной.

– Во первых ! – обиделся он -Мы охотимся не на всех не людей, а только на лилиту. К некоторым из них мы относимся очень даже терпимо. И наш Учитель, кстати..

– Он себбити! – закончила я его фразу. – И, какая разница? Себбити сеют мор и чуму; утукку питается энергией, но только не через секс. А галла вообще забирают сияние души. Чем же они так уж сильно отличаются от нас? Вашему Ордену просто претит сам факт сексуального манипулирования. Но тысячи людей поступают друг с другом также, вытягивая из партнеров деньги, эмоции и много чего еще. Вы на них почему-то не охотитесь. Лилиту питаются сексом – это наша природа – вот и все. Вы просто кучка мужланов и женоненавистников!

Орденоносец открыл было рот, чтобы что-то возразить мне, но я его прервала, подняв руку вверх и раскрыв ее ладонью в его сторону:

– Не спорь со мной. Тем более в моем же сне!

Он покачал головой и О! Чудо! Решил не спорить.

– Итак! Не смотря на то, что это место частично преображает мое воображение – я глубоко вдохнула запах реки, но вместо свежести ощутила ароматы тины, грозящиеся проскользнуть еще и в горло. Да что там, черт побери , у меня в подсознании? – Место это реально в метафизической плоскости. А значит сон-видение - не случаен. Я должна получить « откровение» и напрямую без всяких там символов в духе Дэвида Линча или Дарио Ардженто. (прим 2)

Он усмехнулся , оценив мой намек на его профессию продавца раритетных дисков, ремесло которым он занимался в мире людей.

– Надеюсь! Вот почему ты не любишь мелодрамы как все нормальные женщины?

– Что-то я не понимаю вопроса. – нахмурилась я.

– Не обращай внимания! – отмахнулся он - Это я себя спрашиваю.

Я было вознамерилась уточнить с какого перепуга его вообще касаются мои пристрастия в кинематографии. Но, не придумав подходящего выражения, передумала и промолчала. Пока что. Вместо этого я задала ему логичный, как мне показалось на тот момент ,вопрос. Хотя , что может быть нелогичней того факта, что я не человек задаю вопросы относительно мира к которому принадлежу, человеку. С чего бы ему вообще ориентироваться в нем лучше меня. С другой стороны. Здесь и сейчас. Он тоже сублимация моего внутреннего «я» и фактически, я веду разговор не с ним, а с собственным подсознанием. Впрочем не исключено, что сам орденоносец сейчас тоже спит и видит тот же сон , а его восприятие искажается для него немного иначе. Я порядком запуталась в своих размышлениях. Но все равно адресовала свой последний вопрос именно ему и он прозвучал как утверждение:

– Я так полагаю, что «откровение» мне будет от самой Богини Утренней и вечерней Звезды?

– Ты сама все узнаешь – решил поинтриговать он.

Как это ни удивительно, но прежде чем сделать крутой поворот к тому месту, где река набирала скорость, убегая в неизвестную даль и гул которой настойчиво забивал уши, она притормаживала, падая в неглубокий и тихий затон. Он был щедроукрыт , свисающими к самой воде ивами и больше подходил для уединения , но именно сюда стремилось все веселящееся общество. Берег в этом месте был песчаный, хотя в остальных местах реку обрамляли крутые берега и илистые заводи. Плакучие деревья покрывали мириады светляков. Так я подумала поначалу. Но по мере приближения к ним я разглядела вполне современные паутины электрических гирлянд. Где – то у самой воды хитроумный электрик смог припрятать блокипитания. Но впечатление чуда все равно присутствовало.