По зарплате. Оклад по тысяче УДЕ в месяц. Для сравнения, во время учебы со всеми доходами мы с сестрой выживали на пятьсот-шестьсот, чего нам хватало на жизнь, учебу и усовершенствования. На Бреттандине, как столице сектора, средняя зарплата восемьсот восемьдесят УДЕ. Понятно, что в других и центральном секторах побольше, но «в среднем по палате» это считалось достойным для нормальной жизни, правда без всяких «ух ты». Но так как нам пока присвоен чин роттен-стажера госслужащего третьего класса, то есть специалист с образованием без подтверждения своей квалификации, от оклада получаем только семьдесят пять процентов без всяких надбавок, но со всеми бонусами типа обмундирования, проживания, кормёжки за счет нанимателя и тому подобное. По результатам выполнения задания руководства и сдачи выпускного испытания в школе практически по критериям квалификационного экзамена на оперативного сотрудника внешнего отдела ССН, фра Иммора присваивает мне и сестре ранги роттен госслужащего третьего класса или просто роттен. Теперь зарплата со всеми надбавками у нас по тысяче восемьдесят два УДЕ, с чем и поздравляет. Как это влияет и на что, ознакомимся самостоятельно. С Ветем сложней – юристы утрясают вопросы адекватной оценкой ее профнавыков и оплаты. Но раз у нее есть подтвержденный сертификат действующего хранителя рода, что соответствует чину роттен-сержанта, шеф предлагает занять аналогичную должность в бюро. Формально она будет числиться в экипаже корабля и как бы придана им для обеспечения безопасности, но по факту подчиняется начальнику бюро. Так как та имеет чин айнфат-капитана, что равно майорскому у армейцев. Еще одна «крутая баба» в нашей/моей жизни. Явно пора линять в другую галактику.

В случае согласия жена по званию и должности в группе будет выше нас с сестрой. Посовещавшись, предложили согласиться – ей подходит. Когда Ветем приняла предложение, то сразу получила соответствующие документы для подписи. Ознакомившись с ними, подписала и практически мгновенно на линк пришли сообщения об изменении статуса, допусков и прочего. В том числе и по оплате – тысяча шестьсот сорок восемь УДЕ. От чего так много? Все наши «командировки» для нее проходят как боевые и с соответствующим коэффициентом за «сложность-напряженность-опасность». При этом на всем готовеньком. Прямо как в сказке. Грустной и страшной может быть эта сказка, где вместо шанса заполучить не принцессу, хотя у меня уже есть одна с Марса, и полкоролевства вполне реален подарочек из увечья или смерти. Вот о чем говорит повышенный тариф, по которому будем разменивать здоровье и возможно жизнь… Так. Что за странные и дерьмовые мысли лезут в голову? Пока еще ничего плохого не случилось и если постараемся, то и не будет.

– Все верно, детишки. Нечего тут разводить серую тоску! Да не читаю я ваши мысли – у вас все на рожах написано! Но! Научу вас правильному, не будь я специалистом по агентурной работе ФСА и мастер-инструктором ближнего боя в городских условиях!

Так закончился очередной день… Ааааа! Это было только утро, а весь день еще впереди, так что нечего расслабляться.

Уже к вечеру вместе со всем своим скарбом группа отправилась дальше. Про имущество – как-то так получилось, что до этого момента никого не удивляло наличие защиты и прочего оборудования специально для нас. На такое заявление удивительная женщина только рассмеялась – за то время, которое нам потребовалось на дорогу, она по информации из наших личных дел сумела определить и заказать доставку все необходимого с учетом индивидуальных характеристик и специфики будущей трудовой деятельности. Это позволило сэкономить кучу времени и сразу же приступить к работе.

Два месяца мотались по разным местам в решении срочных и важных задач. Нам удалось посетить множество планет как центрального сектора, так и довольно глухие, где вся торговая активность сводилась к натуральному бартеру. Но в таких диких регионах во всем своем величии проявилась моя медицинская специализация – фра Иммора смело продавала меня чуть ли не в трудовое рабство, что оплачивалось по дикому курсу натуральной продукцией. Все для решения продовольственной безопасности десятка тысяч голодных разумных, желающих питаться не только питательно, но вкусно и разнообразно. А сам получал практику в нетривиальных условиях, когда от моей способности импровизировать и придумывать неординарное применение знакомых препаратов зависела жизнь людей. Непростая ноша с высокой ответственностью, которую мне, надеюсь, удалось вынести достойно. Хоть про это мы никогда не расскажем никому, но именно в такие моменты начальник превращалась в заботливую наседку, способную на любые безумные поступки для всеобщего благополучия, сочетая это с образом строгого и требовательного руководителя. В ответ платили безграничной самоотдачей и доверием.

В этих своеобразных путешествиях, о которых так мечтала Ветем, мы постоянно останавливались в весьма приличных заведениях для отдыха, тренировались на полигонах и проходили различные учебно-практические занятия, где в роли учителей выступали действующие сотрудники различных федеральных служб. И никогда не делали этого, пользуясь возможностями ССН или СпецКомДальРазведки. Посещение этих организаций происходило только в случае острой необходимости или когда именно от этого зависело выполнение задачи. Своими наблюдениями особо не делились с шефом, но в какой-то момент все же решили прояснить. В ответ получили развернутую и откровенную лекцию по внутренней кухне взаимодействия различных федеральных структур.

Все наши визиты и рабочие контакты осуществлялись напрямую с производителями и поставщиками чтобы получить именно то, в чем нуждаемся, а не те позиции, которые удобнее поставлять снабженцам. Без учета специфики работы нашей МСОИГ. Где-то дороже или дешевле, где-то с другими характеристиками и количеством. Плюс исключая, нет, не коррупцию или откровенное лоббирование. Скорее удобство организации деятельности конкретных специалистов или подразделений в определенные отрезок времени и пространства, которым не нужно знать про стороннюю активность чтобы, эм, с ними не ссориться. Хотя и незаконную деятельность исключать нельзя. По разговорам и намекам даже ребенок догадался, что последнее как раз и является основной нашей задачей. Вообще в федерации откровенный вооруженный бандитизм и организованная преступность встречается чаще всего в отдельных крупных государственных территориальных образованиях или на границе цивилизации и заселения планет. В центральном секторе и большинстве секторов «это» выражено в мошенничестве индивидуальных и юридических лиц, пользующихся сложностью юридического права в общем и в отдельных ситуациях – государственно-территориальные отличия и исключения, о которых большинство просто не знает. На этом моменте, Ветем под моим и сестры ироничными взглядами стеснительно отвела свой в сторону и постаралась сделать самое независимое выражение на лице, хотя в эмоциях сквозило сильное смущение. Знаем мы уже про эти исключения. На личном опыте ознакомились. Вот с такими случаями в основном нам предстоит встречаться, что не исключает случаев вооруженного противодействия. Особенно когда группу мошенников-бандитов невозможно отличить от добропорядочных контрагентов и сил правопорядка с соответствующими удостоверениями сотрудников служб государства или в форме сил территориальной обороны со штатным оружием. Последние вообще воспринимают подконтрольную им территорию своей кормовой базой и личной собственностью с последующим характером отношений ко всем прочим федеральным гражданам и службам.

Во время нередких перерывов или ожиданий встреч с необходимыми людьми/организациями шеф нас учила необходимым знаниям, делилась опытом и плотно натаскивала по индивидуальным и групповым силовым операциям с различными вводными, разведывательно-следственной деятельности и агентурной работе. Все носило стойкий оттенок действий скорее сотрудников ООБовцев и их силового крыла, чем армейцев. В пояснение фра Иммора высказалась в том ключе, что мы в первую очередь должны уметь добыть нужное без всякой видимой сторонним активности – тихо пришли, так же ушли. В случае обнаружения и противодействия, силового и «условно мирного», первоочередная задача оторваться и скрыться, а не вступать в активные боевые действия. Но должны уметь грамотно противостоять и бороться с вооруженными группировками различной степени организованности и опасности. И все это от мелких поселений до крупных городов. Вероятность, что придется драться в чистом поле с крупными формированиями довольно низка – для этого нам должно сильно не повезти или обладать сильной специфической удачей. Хотя такие ситуации так же предстоит подробно изучить.

В какой-то момент шеф заметила, что наши реакции не всегда соответствуют теме и фону разговора. В начале она не задавала вопросов, но все же решила прояснить странное поведение подчиненных. На что практически честно ответили – я и Лиза общаемся благодаря «внутренним рациям». Ветем является сильным эмпатом и смогла с нами установить свою версию групповой «связи». Немного поразмыслив, удивительная женщина предложила сделать тоже самое и с ее «рацией». Прикинув все за и против, не нашли явных причин для отказа. Скорее наоборот – это позволяло в определенных ситуациях иметь неблокируемый и неизвестный сторонним способ общения. А с женой я или сестра выступим «переводчиками-ретрансляторами». В этот момент даже начальница без всякой эмпатической связи заметила несколько необычное поведение марсианки. Та мялась, то пытаясь что-то сказать, то снова замыкалась, не решаясь на конкретные действия. На прямой вопрос честно и с облегчением призналась – у нее тоже есть «внутренняя рация», но она заблокирована и это жутко секретно, так как является тайной рода. Такое оборудование устанавливается исключительно бойцам li? и при их выходе в отставку наглухо блокируется. Ей досталось благодаря маме и по секрету. Поэтому и молчала. Мы с мелкой даже не удивились, так как уже были знакомы с одним марсианским параноиком. Короче, супруга тоже хочет с шефом «говорить» напрямую. Однако, чтобы снять ограничения требуется разрешение, для чего нужно ехать к нам домой. Через несколько минут раздумий фра Иммора посчитала такое решение приемлемым, тем более скоро отправимся на Землю. Вот так сюрприз – думали, что в ближайший год-два проведем в глуши, а тут практически месяц не вылезаем и центрального сектора.