– Прости, но можешь еще раз повторить, как тебя зовут?

– Папа, ты забыл или не смог прочитать документы? Нуу ладно – мое имя Наммия Совасова. Как говорили бабушка и дедушка, ты очень сильно любил мою маму и леденцы. Вот так меня и назвали.

Завершив фразу, симпатичная кучерявая блондинистая девчонка семи лет отроду серьезно посмотрела в тарелку – доедать вкусное мясо или уже можно перейти к сладкому? Приняв взвешенное решение, сделала несколько укусов от куска мяса, решительно отодвинула от себя тарелку и озадачилась следующей проблемой – с чего начать и в каком порядке? На помощь ей неожиданно пришла Ветем, пододвинув тарелку с пирожными и кружку с местным настоем типа чая.

– Начни с этого, но не забывай запивать, а то может разболеться животик.

– Не переживай, тетя Ветем – у меня еще никогда он не болел, сколько бы я не съела… А ты теперь тоже моя мама, раз жена папы?

Маска невозмутимости на лице девушки треснула и из-под нее в мою сторону повеяло лютым холодом, а на девочку, в противоположность, неуверенность вперемешку с нежностью, радостью и заботой. Но от двери только усилились грозовые раскаты. Передернув плечами, судорожно взял в руки бумаги, что «подарок» привез с собой. Ну, не сам. Девочку сопровождали представители опеки и юристы, которые и донесли до встречающих информацию – это Наммия Совасова, дочь Акира Совасова, что указано в документах и все официально. Как на зло в тот момент из старших дома была только мама Вааль. От немедленного моего захвата и пыток спасло наличие «гостей» и мое пребывание в школе. Одновременно были вызваны я с женой, юристы рода и голос рода. Удостоверившись, что происходящее не шутка, ускорили мое прибытие под конвоем «мамы» Терре, сменившей свою доброту на непреклонность и некоторую грубость при выполнении приказа старшей - вырубила меня и в бессознательном сосотоянии доставила по месту назначения. Вот теперь сижу под конвоем и пытаюсь разобраться в очередной каверзе родителей, чтоб им пусто было.

Так. Официальное заключение о родстве и полном здоровье девочки все же восьми лет. Которая не совсем девочка – по тому, что тут написано, она элдари во втором поколении, то есть я в двенадцать лет умудрился охмурить одну из Хомо Супер и заделать ей ребенка. Фантастика… что там еще?.. Ага, письмо для меня, которое написали предки на своем/нашем языке. До сегодняшнего дня как-то не задумывался о нем и его распространённости – как уверенно заявила мама Равах, такой язык и способ письма в освоенной части галактики не встречается, хотя сильно напоминает иероглифы из Азиатской Империи. Правда тут в основном сочетание различных кружков, а там палочек, но принцип начертания похож… И что там мне пишут эти чертовы шутники?.. Ага, раз я уже настолько взрослый, что завел семью, то могу самостоятельно позаботится о своей дочери – единственном напоминании о безмерной любви между мной и их старой подруги, пропавшей в какой-то глуши в ходе научной экспедиции. Она просила моих предков в случае пропажи вырастить девочку и ничего не говорить мне, опасаясь моего гнева, но родители посчитали правильным, что отец ребенка должен знать правду и принять активное участие в жизни своей дочки и… Да что за бред?! Кто поверит, что парень в двенадцать лет смог влюбиться во взрослую женщину, влюбить ее в себя и соблазнить, заделав ребенка?! И ничего про это не помня?!

Не заметил, как от меня пошла волна биополя и сильные эмоции раздражения, вызвавшие беспокойство у остальных. А, нет. Только у жены и тещи – девочке хоть бы хны. Как кушала очередное пирожное, болтая о чем-то с Ветем, так и продолжает. Девушка, не отвлекаясь от развлечения Наммии, покосилась на меня с немым вопросом и легкой неуверенностью, считая свои действия источником моего недовольства. Собрался и взял под контроль состояние, как можно ободряюще улыбнулся. От чего уже обе Бех начали хмуриться. Тьма, как все сейчас непросто и нужно быть аккуратнее.

– Наммия, отвлекись на минуточку и ответь на мои вопросы. Мне нужно разобраться в некоторых моментах, а ты можешь помочь.

– Да, папа? Что ты хочешь знать? Про маму? Бабушку и дедушку?.. Или ты хочешь отослать меня в приют?

Если в начале говорила бодро и уверенно, то последнюю фразу произнесла совсем жалким голоском, дрожащим от сдерживаемых слез. От такого грозовые предвестники усилились уже с двух сторон. Девочка, такими темпами ты станешь полноценной сиротой! Конечно, всем потом будет стыдно, но мне это уже не поможет!

– Нет, конечно! Как ты такое могла подумать?!

От таких слов мелкая хитрюга резко успокоилась, опять стала улыбаться и с аппетитом принялась за очередное пирожное. Срочно нужна Лиза – с «этим» без нее мы не справимся! Зачатки манипуляторши в полной красе.

– А что тогда?

– Как давно ты видела бабушку с дедушкой и маму?

– Хмм. Маму не помню и видела ее только на голофото. Ба и дед говорили, что она сразу как я родилась улетела с эспе… эксопо… короче, по работе. Растили меня уже они сами. Только два года назад отправили в тот противный приют и сказали, что оттуда меня заберет папа. Потом меня привезли сюда к тебе… Ты же меня не прогонишь? Мне надоело там жить – постоянно все запрещают и учиться скучно – они там тупые и не дают мне читать то, что интересно!

– Нет конечно! Ты останешься со мн…

– Кхм-кхм!

– С нами! Еще познакомлю тебя с тетей! Она сейчас не дома, но обещала скоро приехать.

– Тогда ладно… мама Ветем, а можно мне еще тех розовых сопливых тягучек? На вид противные, но вкус прикольный.

Все. Она сломала мне жену. От слов мелкой у нее что-то совсем перемкнуло - девушка сбросила маску отрешенности и во всю сюсюкала с девочкой. К ним неожиданно и незаметно, прямо вздрогнул от появления, присоединилась теща. Если Ветем откровенно наслаждалась времяпрепровождением, то Вааль аккуратно, в форме шутливой беседы, пыталась разузнать подробности жизни и про меня. Девочка без умолку болтала, но на женщину бросила быстрый острый взгляд и отвечала ей крайне размыто. Какая сообразительная.

– Извини еще раз. Но бабушка или дедушка ничего не просили мне передать на словах или помимо этих писем есть еще что?

– Они строго сказали, что остальное только наедине.

И выразительно так посмотрела на марсианок – типа, папа, не тупи. Тяжко вздохнув, заверил, что при них можно говорить. Думаю, во всем космосе нет силы, способной сейчас убрать из комнаты «посторонних».

– Ну ладно… Mundu allt!

Последнее прозвучало резко, как выстрел пистолета и совсем недетским голосом. Все это в мгновение пролетело в голове, пока падал на спину. На спину! Какого чер…