— К черту пространство, — парирую я, не в силах больше сдерживать чувств по поводу этого разговора. — Кому, нахрен, нужно пространство? Мне — точно нет.

— И мне, — добавляет Джастис.

Нокс хранит молчание. Хотя я не уверен, потому ли это, что он нам не верит или не хочет верить.

— Слушай, Нокс. Если рассматриваешь это предложение, потому что действительно хочешь вернуться на поле боя, тогда давай обсудим это, — говорит Джастис. — Но, ни за что на свете, ты не будешь делать этого в одиночку. У нас уговор. Мы всегда держимся вместе.

Он качает головой.

— Я просто размышлял. Если не хотите, чтобы я принимал предложение, тогда я не буду.

— Я не хочу, чтобы ты его принимал, — без колебаний говорю я.

— Хорошо, я его не приму.

— Вот и прекрасно!

Наступает неловкий момент молчания, прежде чем я его нарушаю.

Схватив рукой его сзади за шею, притягиваю ближе.

— Вот что я тебе скажу: больше не говори нам такого дерьма, а я не скажу, что ты проектируешь оружие в пижамке. У тебя нет никаких причин так переживать по этому поводу.

Он игриво толкает меня.

— Отвали от меня нах*й.

Мы с Джастисом посмеиваемся, но, несмотря на легкость момента, нельзя отрицать, насколько тревожным был этот разговор, не говоря уже о том, что брат обдумывал это предложение.

Некоторые аспекты наших отношений, возможно, изменились, но одна вещь остается неизменной, — это наша любовь и верность друг другу. Я никогда не смирюсь с мыслью о его уходе, и Джастис тоже. Мы все еще нуждаемся в нем так же сильно, как он нуждается в нас.

— Эй, вы все, — кричит отец. — Идите за стол. Ужин готов.

Девочки бросают молотки и во главе с моей племянницей направляются к нам.

Я задерживаю свой взгляд на моей женщине, когда она смеется над чем-то, что говорит ей Райан, и беспокойство, испытанное несколько мгновений назад, ослабевает. Послеполуденное солнце усиливает ее красоту, вытворяя всякую хрень с органом в моей груди. Алиса всегда так на меня воздействовала, но с тех пор, как стала моей женой, это чувство только усилилось.

На ее лице появляется застенчивая улыбка, когда она ловит мой трахающий ее взгляд, и от этого у меня тут же встает.

— У тебя проблемы с тем, чтобы пялиться на людей, дядя Брэкс? — кричит Ханна, когда они приближаются, очевидно, тоже замечая мой пристальный взгляд.

Братья смеются.

Я кошусь на Джастиса.

— У твоего ребенка длинный язык.

Он хмыкает.

— Интересно, от кого она этому нахваталась.

Я не могу отрицать этот намек.

Встав, спрыгиваю с террасы, затем наклоняюсь и хватаю Ханну за ногу, подвешивая вниз головой.

Она визжит и неудержимо смеется, когда я встряхиваю ее.

— Да, когда дело касается моей жены. У тебя с этим какие-то проблемы, коротышка?

— Может, да, а может, и нет, — отвечает она, не пасуя передо мной.

Я поднимаю ее еще выше, чтобы перевернутая мордашка оказалась на одном уровне с моим лицом.

— Ты только что заработала себе место в куче лошадиного дерьма, малышка.

Она визжит, когда я направляюсь к сараю.

— Пожалуйста, не надо, — задыхаясь из-за все увеличивающегося живота, умоляет Райан. — Я не в настроении смывать лошадиные какашки со своей дочери.

Я осматриваю племянницу с головы до ног.

— Спасена своей мамочкой.

Перевернув ее обратно, держу в своих объятиях.

— И поцелуем, — добавляет она, чмокая меня в щеку.

Девчонка хороша, надо отдать ей должное.

Спустившись на землю, она бежит, чтобы занять место за столом.

— Я сижу рядом с папой Тэтчером!

Переведя внимание на Алису, протягиваю ей руку.

— Можно мне сесть рядом с тобой, Страна Чудес?

Румянец окрашивает ее щечки.

— А ты будешь хорошо себя вести?

— Не с тобой, — рычу.

— Типичный ответ Крида, — смеется Райан, поднимаясь по лестнице во внутренний дворик.

Алиса кладет свою руку в мою ладонь.

— Я бы никогда не села рядом с кем-то другим, Брэкстен Крид.

Всякий раз, когда она говорит подобную хрень, мне хочется утащить ее задницу домой и зарыться в нее до конца ночи. Решаю так и сделать, как только ужин закончится.

Мы направляемся к столу и занимаем свои места, Алиса с легкость садится рядом с Ноксом, в то время как я устраиваюсь по другую сторону от нее. Брат наполняет ее стакан лимонадом, что уже не редкость.