Благодаря выпитому коньяку, Лилия действительно спала крепко всю ночь: как рухнула на кровать, так и провалилась в спасительный сон почти мгновенно, оставив в тот момент все тревоги позади.

И хорошо отдохнула.

Проснувшись утром, чувствовала себя гораздо лучше. Тягостные мысли уже не столь навязчиво надоедали и одолевали, а ситуация с Эдиком не казалась такой безвыходной, по крайней мере у него теперь не получится впутать её в свои проблемы. Скоро она уедет и забудет о нём навсегда.

Но при этом в голове у неё была какая-то «каша» или затуманенность, как после наркоза, когда приходишь в сознание и, растерявшись от незнакомой обстановки, не сразу понимаешь, где находишься и что происходит вокруг. Нет, девушку ничего не беспокоило в глобальном смысле, хотя эмоциональная и физическая опустошённость всё же присутствовали – вчерашний день очень вымотал, высосав немало сил.

Подумав об этом, конечно, имея в виду отношения с мужчинами, Лиля дала себе установку впредь быть осторожнее и внимательнее. Не везёт ей с ними, попадаются одни ничтожества: первый изменил с подругой, второй – оказался женат, третий – хамелеоном, умело подстраивающимся под обстоятельства. Поэтому, поездку в Абхазию она воспринимала и как работу, и как возможность отвлечься – привести душевное состояние в норму, а осенью хочет вернуться к родителям в деревню.

– Да. Отличный план, – улыбнулась девушка, потянувшись до приятных ощущений в мышцах.

Затем откинула тонкое одеяло в сторону, села и лишь потом заметила – на ней только топик и трусики. А вот как раздевалась? – не помнит. Точнее, помнит другое, как хозяин дома помог ей дойти до кровати и как легла в постель прямо в одежде.

Что случилось дальше?

Лиля нахмурилась, мысленно прокручивая все события, но как ни напрягала мозги, память словно отшибло и образовался провал... либо… Тогда это означает одно: она не могла самостоятельно раздеться.

«Неужели Хаджарат Муратович позволил себе трогать меня? Или того хуже… Воспользовался моим беспомощным состоянием? Фу… а я, уставшая, спала как убитая… Интересно, и как далеко он зашёл?» – Лиле противно стало, когда представила всю картину в действии. Поведение мужчины и так вызывает подозрения с опасениями – переходит всякие границы допустимого и рамок приличий. Достаточно вспомнить, как он обнимал её и усыплял бдительность сладкими речами: «ни о чём не волнуйся… никто и никогда не причинит тебе вреда…».

– Если Хаджарат Муратович на что-то рассчитывает и надеется, то надо поставить его на место, или пусть ищет новую медсестру, со мной ничего не получится, – пробубнила она под нос, а ещё полна решимости выяснитьвсё… Единственное, что ей нужно от него – временное пристанище, хотя если он продолжит в том же духе, то лучше отказаться от работы, даже не приступая к своим обязанностям.

Услышав шорохи, раздающиеся где-то возле двери, девушка вздрогнула, резко обернулась назад и машинально прикрылась руками, испугавшись, что сюда сейчас войдут и, соответственно, застанут в полуголом виде. Но ничего не произошло, никто не нарушил её уединение. Лиля огляделась в поисках вещей – блузка и брюки, в которых была вчера, аккуратно сложены на прикроватной банкетке. Рядом стоит сумка с «самым необходимым», наспех собранная перед отъездом из квартиры.

Она встала с кровати, предварительно завернувшись в одеяло. Достала из своих припасов трусики, футболку, домашние штанишки и средства личной гигиены. После чего направилась в смежное помещение, решив, что там душ. И угадала. Отдельная просторная ванная комната – просто мечта. Это удобство девушка оценила в первую очередь, не пришлось ни к кому обращаться за помощью.

Приведя себя в порядок, Лиля вышла из спальни и сразу наткнулась женщину – судя по униформе, горничная. Бывая в этом доме, она часто видела разный персонал, хотя никого в лицо не запомнила и не обращала на них внимания – обычно такие люди остаются неприметными, как будто тень, вроде они есть, а вроде и нет.

Зато домработница узнала её:

– Доброе утро. Надеюсь, это не я разбудила вас? Старалась потише убирать.

– Здравствуйте. Нет, я раньше проснулась.

«Так вот, кто тут шумел…» – девушка облегчённо выдохнула, а то всякого уже нафантазировала. Буйно-развитое воображение разыгралось, подкидывая варианты…

Например, как Хаджарат Муратович ошивается поблизости. На фоне этого даже пролетела запоздалая мысль: может, не он снял с неё одежду, а с выводами поторопилась? Лиля вдруг засомневалась, стоит ли вообще поднимать эту тему – ещё оскорбит беспочвенными обвинениями. Опять же слышать подробности, окажись всё правдой, ей не очень-то хочется. В конце концов, не совсем голая была.

– А где…

– Хозяин завтракает, – женщина опередила её, не дожидаясь, когда прозвучит вся фраза. – Проводить к нему?

– Если вам нетрудно, – согласилась девушка.

– Пойдёмте. Погода сегодня хорошая, солнечная и безветренная, Хаджарат Муратович на террасе. Он сказал не беспокоить вас, чтобы вы выспались.

«Надо же, какая забота» – именно это больше всего напрягало Лилю.

– Что ж вы босиком… – горничная посмотрела ей на ноги. – Могу вам тапочки принести, – предложила она.