— Я говорил с ней только по делу, потом приставал, а потом обвинил в эгоизме…

В ответ мне было многозначительное молчание. Вот же я мудак.

— Но я в конце я сказал, что заберу ее.

— Ага, так она и побежала, — фыркнула Ирма, совсем не как императрица, — Теперь тебе придется не просто добиваться ее, а перед этим сделать так, что бы она тебя простила за твои слова и мысли.

Я скривился. Но она ведь действительно изменяет мужу, хоть и со своей истинной парой. За что простила? За то, что сказал, что так поступать нельзя? Вот уйдет от «этого», тогда просто забудем.

Не думал, что это так сильно волнительно. Хоть понимаю, что я один из первых попаду в космос и пересеку его, волнительно мне от предстоящей встречи с Анабель.

Возможно, императрица права и та ночь следствие нашей истинности, но мозгами она выбирает того кто рядом. Возможно, она просто не разобравшаяся в себе девочка, ей ведь всего двадцать пять лет. У нас в этом возрасте только наступает совершеннолетие. Ведь Аня тоже искала способы разрыва связи с истинным, а в итоге жить друг без друга не могут.

Я пропустил почти все наставления императора, он что-то воодушевлено рассказывал, что-то о том, что бы мы не потеряли головы от радости и о том, что он гордится нами. Прям мамочка.

А вот принца я слушал внимательно:

— Кислорода хватит ровно на два часа пятнадцать минут. Пятнадцать минут — это на экстренный случай, считайте, что есть только два часа, — он протянул нам часы, — как только окажетесь в космосе, сразу жмите на верхнюю кнопку, начнется отсчёт одного часа, как только он выйдет — возвращайтесь обратно. Вот этот красный компас указывает куда надо двигаться, что бы найти Аню, там ее кровь, он заколдован на нее. Синий с моей кровью. К сфере старайтесь не прикасаться, на всякий случай. С ней ничего не случилось, когда мы трогали ее на земле, но в космосе не проверяли. Алл, следи за временем и разверни нашего героя-любовника, если что. Эванс, если не получится добраться, вернись, пожалуйста, мы увеличим сферу и вы вновь попытаетесь.

— А сразу сферу увеличить?

— Там много камней, которые летают со скоростью света, они могут быть настолько маленькими, что вы их не заметите. Меньше сфера — меньше вероятность, что они ее продырявят.

— Но даже с такой сферой есть вероятность?

— Есть она есть в любом случае, но может быть они просто отлетят. Нам нужен всего лишь один полет. Эванс, это ты отправишь обратно, когда скажет Алларик, — он передал волку шкатулку, Хольду нужно будет ее просто переместить, а она сама найдет дорогу, — Алл, ты не забыл монетку для связи?

Я покачал головой, она лежала во внутреннем кармане моего парадного камзола.

Да, я тоже приоделся. Вроде все как всегда, но белая рубашка идеально выглажена, сапоги начищены, а на черном камзоле по полам вышиты южные узоры серебряными нитями. Кому я вру? Камзол пылился до вчерашнего вечера в комнате, в академии, рубашки я в жизни не гладил, а сапоги чистил раз в неделю и то не до блеска.

— Погнали, — волк хлопнул меня по спине и пошел к сфере.

— А обниматься? — широко улыбнулся принц.

— Вернусь и обниму, обещаю, — пробормотал Хольд, сосредоточенно разглядывая сферу, — И как в нее забраться?

— Заходи просто, мы ее сейчас укрепим. Алларик, ты останешься?

Я зашёл в прозрачную сферу, что немного уходила в землю. Эванс уже от нетерпения топтался на месте. Вильц младший принес небольшой булыжник, окутанный тьмой и подошёл к сфере, а потом приложил к ней руку. Тихое бормотание заклинания и тьма из булыжника полилась прямо под ладонь принца, а потом стала окутывать сферу. Не сильно, было все видно, приглушённо.

— Удачи, — подмигнул император, а Ирма прижалась к нему, приложив руку к груди.

Мы с Хольдом посмотреть друг на друга и закинули руки на плечи другого.

Что я чувствую находят в открытом космосе? Мандраж. Руки трясутся, а дыхание перехватывает. Нет, не из-за того, что находится за сферой наша смерть, а от полного осознания, что я скоро увижу ее. Несколько часов, в лучшем случае, и я буду рядом.

Безусловно здесь очень красиво, будь мы оба в другой компании, пришли бы в восторг и трепет перед могуществом космоса, но сейчас у нас только одна цель и это не любоваться видами. Мы перемещаемся к своим женщинам и нам нет дела ни до чего.

Тем более с нашей скоростью все смазывается, но один раз я действительно пугаюсь. Пугаюсь, что так никогда не встречу свою мышку. Но в итоге все в порядке. Огромный булыжник, на который мы налетели, не навредил нашей сфере, нас только тряхнуло и мы продолжили движение.

Спустя час мы приняли решение, что экстренных ситуаций может и не быть, а пятнадцать минут в запасе есть. Конечно, на возвращение часа не хватит, но понадеялись, что задержка дыхания нас спасет. Когда истек запас дополнительного времени мы не сговариваясь продолжили путь, потому что мандраж усилился, а сердце стало громыхать, как не нормально. Эванс уже принюхивался и поскуливал.