— У меня давно не было секса, но когда он был, я сдавала анализы каждые полгода или около того… Я чиста.

Скользнув обратно на кровать, он притянул ее к себе за лодыжки, закинув ее ноги себе на плечи. Когда он нырнул, чтобы поцеловать улыбку между ее бедер, она, извиваясь, попыталась уклониться.

— Эм-м, Хантер… — слегка нахмурившись, она покачала головой. — Я не люблю, когда меня едят.

Обхватив ее задницу, он посмотрел на нее прищуренными глазами.

— Просто твою киску никогда раньше не ел я…

— Это не имеет значения. Я пробовала несколько раз с разными мужчинами. Все время одно и то же… Мне это просто не нравится.

— Ты еще не знаешь, что тебе это нравится, потому что этого с тобой не делал я. Говорю тебе, на этот раз все будет по-другому.

— Сомневаюсь. Однажды… неважно. Давай просто не будем этого делать.

Он встал на колени и посмотрел на нее.

— Но мне нравится это. Я знаю, что делаю. Мне это нужно, Нита… Я хочу попробовать тебя, — он понял, что у леди был какой-то негативный опыт, который навсегда изменил ее взгляд на это.

Хантер гордился своими навыками поедания киски. Он не только был исключительным в этом, но это так его возбуждало, что секс не казался бы законченным, если бы она не дала ему шанс. — Я тебе вот что скажу: просто позволь мне сделать это минутку и, если тебе не понравится, я остановлюсь.

Она колебалась мгновение, а затем кивнула в знак согласия. Он опустился на живот и поднес к себе ее киску так, как если бы она была на блюде, заставляя Ниту выгнуться. Ее широкие мягкие бедра раскрылись вокруг его головы, словно лепестки.

— Первое, что я хочу, чтобы ты сделала, это смотрела, как я тебя ем. Не отводи от меня глаз, пока я тебе не скажу, — ее мышцы напряглись, когда она посмотрела на него сверху вниз. Встретившись с ней взглядом, он нежно подул на ее киску и, положив ее на кровать, одной рукой взял ее за руку и переплел их пальцы, а двумя пальцами свободной руки раскрыл ее влажные лепестки.

Он дразнил языком ее клитор, прежде чем провести им по ее нежной розовой плоти. Ее лоб наморщился, а брови нахмурились, когда она сжимала простыни в кулаке. Он облизывал ее снова и снова, набирая скорость и задевая ее набухший от желания, выступающий из-под капюшона клитор. Ее киска начала изливаться прямо у него на глазах, превращаясь в мокрый красивый беспорядок. Нита застонала, ее стон был пронзительным и сексуальным.

— Ты чертовски хороша на вкус, детка. Очевидно, кто-то не знал, как правильно есть твою киску, оставив тебе неприятные воспоминания, — он улыбнулся ей блестящими от ее соков губами, его борода насквозь промокла. Крепко схватив ее за бедра, он начал водить языком вверх и вниз по ее киске быстрыми, давящими движениями, заставляя ее оставаться неподвижной, пока вылизывал ее досуха.

— Вот черт! Черт! — она начала раскачиваться и тереться о его лицо, ее бедра вращались. Она явно хотела большего от этих оральных ласк.

— Тебе нравится то, что ты сейчас чувствуешь, не так ли, детка?

— Черт! Да! — она раскачивалась взад и вперед все сильнее, ее тело требовало, чтобы он продолжал. Ее влага стекала вниз между ее ягодицами, оставляя блестящий след.

— Я собираюсь есть эту киску, как гребаное животное. Ты права. Ты не должна была перезванивать мне… Потому что я, нахрен, кусаюсь.

— О-о-о, че-е-ерт! — простонала она.

Впившись пальцами в плоть ее внутренней стороны бедер, он прижал ее ноги вниз, наслаждаясь ее сладостью и стонами удовольствия, занимаясь с ней любовью. Его сердце заколотилось как безумное, когда она, вздрогнув, еще сильнее вцепилась в простыни. Его стоны смешались с ее стонами, потому что он наслаждался всем в этой соблазнительной женщине…

— Ты потрясающая… естественная… женственная… солоноватая… и такая невероятно сладкая… — обхватив ее за талию, он стал жестко втягивать ее клитор в свой рот, а затем отпускать снова и снова. Пальцы на ее ногах поджались, затем в какой-то момент, потянувшись вперед, он сжал ее грудь, а затем снова схватил ее за талию, удерживая на месте, пока пировал. Слюна соединилась с соком киски, и его член задергался в предвкушении, пока он наслаждался ее реакцией. Ему нравилось делать ей приятно…

— М-м-м! О, Боже! Не останавливайся, Хантер… пожалуйста, не останавливайся! — простонала она, извиваясь всем телом. Смочив два пальца, он начал вводить их в нее внутрь и наружу, вызывая хлюпающий звук, продолжая при этом быстро кружить языком по ее клитору. — Черт! Я… О, Боже!

Он не сводил с нее глаз, наслаждаясь тем, как закатываются ее глаза, и она вскрикивает от удовольствия. Он толкался в нее пальцами все сильнее, влажный хлюпающий звук наполнил комнату. Покачивая головой из стороны в сторону, когда сосал ее клитор, Хантер, член которого теперь пульсировал, застонал. Кровать начала ходить ходуном под их извивающимися телами.

Бедра Ниты приподнялись над кроватью, она сильно затряслась и кончила судорожными, спазматическими движениями. Когда ее крики становились все громче, он, продолжая держать пальцы внутри нее, пополз вверх по ее телу и нежно прижал ладонь к ее рту, подавляя ее громкие стоны, которые могли разбудить девочек. Соскользнув с нее в сторону, он обхватил ладонью ее киску, позволяя Ните тереться и давить на нее, выдаивая свой оргазм до остатка. Когда она лежала, тяжело дыша, с раскинутыми ногами и блестящей киской, Хантер потянулся за презервативом и натянул его на свой ноющий член. Легкий пот выступил у нее на лбу, словно диадема из прозрачных драгоценных камней. Закрыв глаза, Нита тяжело дышала и качала головой, словно в бреду. На ее губах играла улыбка, и он тихо рассмеялся, заняв положение между ее мягкими длинными ногами, одну из которых он положил себе на плечо.