— Что? Да ладно!

— Ты разве не слышал? Ной Бимер умер.

— Что, правда? Нет, — пожал плечами мужчина. — Не слышал. Что случилось?

— Случился ты.

Мужчина непонимающе смотрел на него.

— Я, эм-м, ничего не сделал Ною. Я здесь, и у меня нет таких связей. Что? Это было заказное убийство? Думаешь, я мог бы…

— Не играй со мной, Дрю, — усмехнулся Хантер. — Ной прикрывал твою спину, когда мы сидели все вместе, а ты сдал его и подставил. Из-за тебя к его приговору добавили еще несколько лет, а тебя перевели в тюрьму получше. Но потом ты облажался и был отправлен сюда. Из-за тебя, из-за тех нескольких лишних лет, которые Ной провел за решеткой, он заболел, и, как обычно, никому там не было до этого дела и ему не разрешили обратиться за помощью врача. Его болезнь не была обнаружена вовремя, и он умер медленной, мучительной, жуткой смертью.

Дрю вскинул руки и ухмыльнулся.

— Чувак, ты не можешь винить в этом меня, — он покачал головой. — У Ноя были деньги. Многие там пытались откусить от него кусок. Я здесь ни при чем.

— Никто не знал, что у Ноя были припрятаны гребаные деньги, кроме людей, которым он доверял, а таких было немного. Ты был его сокамерником и хорошо с ним ладил. Он помогал тебе, и вот так ты его отблагодарил, — Дрю встал. — О, — Хантер усмехнулся. — Хочешь уйти, да? Посмотри же мне теперь в глаза как мужик, когда знаешь, что произошло, ублюдок!

Дрю, сглотнув, высоко поднял голову.

Хантер запылал. Он стал огненным шаром, когда огибал стол, словно гребаный ястреб. Налетев на Дрю, он ударил этого ублюдка со всей силы в челюсть. Ярость, охватившая его, была темно-красной и серой, липкой и кровоточащей, каким становился человек под его гневными кулаками. Крики ублюдка звучали как пронзительные визги, укрепляя решимость Хантера уничтожить его.

— Я не вижу, чтобы ты сейчас улыбался! Где твоя улыбка, ублюдок?! — Хантер, подпрыгнув, опустился ногами на грудь этого ублюдка, словно тот был человеческим батутом. Боль и грусть изливались из него, словно горячая лава. Все горе, которое он испытывал по поводу смерти Ноя, наконец-то нашло дорогу наружу. Он никогда не мог справиться с ним, не верил, что когда-нибудь сможет, но происходящее сейчас помогало, черт подери.

— Ахххххх!

Мужчина стонал и катался по полу от мучительной боли. Его лицо было едва узнаваемо, когда Хантер сделал пару шагов назад. Тяжело дыша, он посмотрел на сукина сына. Нагнувшись, он схватил ублюдка за волосы и потянул назад, заставив его шею согнуться под острым углом. Он хотел сломать ее этому мудаку. Крики, вырывавшиеся изо рта Дрю, теперь звучали не громче шепота. Внезапно дверь открылась и быстро закрылась. Не говоря ни слова, несколько мужчин схватили Хантера.

— Я не закончил! Мое время еще не вышло!

— Мистер Митчелл! У нас был договор! — раздался голос мистера Томаса. — Я же говорил вам, что вы не можете убить его! Достаточно! На этом все!

Хантер плюнул на окровавленное тело мудака, в то время как в комнату вошли еще двое мужчин, одетые в медицинскую форму, подняли тело Дрю с пола и молча вынесли его. Мужчины, державшие Хантера, отпустили его и тоже молча вышли. Он остался наедине с мистером Томасом.

Томас выглядел обеспокоенным этой сценой. Возможно, даже напуганным. Откинувшись на спинку стула, он покачал головой.

— Вы не могли удержаться? Будет чудом, если он не умрет после того, что вы с ним сделали.

— Хорошо. Я надеюсь, что это произойдет. Жизнь за жизнь. Я не буду плохо спать из-за этого. Кроме того, мой лимит времени не истек.

Внезапно на часах Хантера сработал таймер, и он, улыбнувшись, выключил его. Двое мужчин смотрели друг на друга, затем мистер Томас выпрямился и скрестил руки на груди.

— Вау… на какого же монстра я сейчас смотрю, — Хантер равнодушно пожал плечами. — Рики сказал, что вы — зверь. Он сказал, что вы бездушен, хитер и опасен. Сказал, что вы боксируете, как никто. И у вас есть выносливость старшего поколения мужчин, а не этой новой породы кисок и слабаков. Мой брат считает вас ходячим оружием. Он думает, что вы особенный.

— Так и есть, ублюдок.

— Да, так и есть, — глаза мужчины сузились. — То, что я только что увидел на камере из своего кабинета, было грубо. Одна из самых жестоких, гротескных атак, которые я видел за долгое время. Это заняло четыре минуты, никакого оружия, только кулаки и иногда ноги. Я не восхищаюсь вами, но благоговею перед вами, мистер Митчелл. Дрю выглядит так, будто его обработали бейсбольными битами. Несмотря ни на что, наши обязательства друг перед другом выполнены. Никто не услышит ни слова об этом. Согласно нашему договору, это останется между нами.

— И кому, черт подери, я бы сказал об этом? И что еще более важно, зачем? Я не собираюсь снова оказываться в каком-нибудь чудесном месте вроде этого, — ответил Хантер, стиснув зубы.

— Хорошо. Позвольте мне дать вам время, чтобы привести себя в порядок, а затем я провожу вас. Мистер Митчелл, могу я задать вам вопрос?

— Да.

— Почему вы чувствовали себя настолько обязанным сделать это? Вы свободны. Вы даже не на испытательном сроке. Насколько я могу судить, у вас впереди многообещающая боксерская карьера и совершенно новая жизнь. К чему было все это? Я слышал, что вы упомянули о своем друге, я понимаю, но… должно быть что-то еще, кроме этого. Вы прошли долгий путь, эмоционально и физически.