Романц*в выслушал внимательно, теперь точно понял.

— К чему спрашиваю, Иван Сергеевич, я лично своей рукой Старост*ну документы на подпись относил, и в них как раз значилась и форма, и мячи, и инвентарь.

С этими словами он пошёл за мячом, а я припомнил, что Оксана Вадимовна мне ещё в первый день говорила, будто какие-то сложности с поставками нарисовались.

— Не спорю, раз вы лично этот вопрос на пульсе держали, то так и было, только у нас до сих пор ни первого, ни второго, ни третьего нет, — сказал я, когда Романц*в вернулся.

— Непорядок. Проверю, как в офисе буду, может какое-то недопонимание произошло, и документ до сих пор в офисе лежит, — задумчиво сказал Олег Иванович.

Я от своего отступать не стал и попытался инициативу продавить. Ну скажет главный, что невозможно ускорить процесс, ждать надо, так подождем. Но что если получится? Чем черт не шутит.

— Может есть вариант пока документы по кабинетам ходят как-то ребятам по-другому помочь? — спросил я, прямо намекая главному, что не прочь пораньше получить причитающееся от футбольного клуба.

— Подумаем, что можно сделать, хотя обещать ничего не обещаю, — ответил главный, и прищурился — посмотрел за пределы баскетбольной площадки. — А это не ваши ребятки там бегут?

Я обернулся и действительно увидел своих парней, которые бежали по территории базы Тарасовки. Вернее ползли — трусцой, еле ногами передвигая после тяжелой нагрузки. Еще бы, целых тринадцать километров осталось позади. Тут хочешь не хочешь, а язык на плечо повесишь. Но Ануфриев пер вперед, как локомотив, доводя свой «состав» до конечной станции.

— Мои ребятки, — подтвердил я.

— Если я правильно понял, вы пацанов из «Колоска» сюда на пробежку послали? — Олег Иванович бровь приподнял.

Я смутился, не зная как отвечать. Пока думал, Романц*в сам прокомментировал.

— Классно придумали! И как вы заставили их бегать? Я то видел, когда они на турнире между интернатами играли, что дисциплины у этих ребят никакой.

— Работаем, — сказал я, но видя, что главный ожидает подробный ответ, развернул. — А заставлять я никого не заставлял, сами согласились бежать, когда узнали, что в Тарасовке они получат новые мячи и форму.

— Откуда у вас такая уверенность возникла? Сами же сказали, что не выходит ничего? — удивился Олег Иванович.

— Оттуда, что мы прежде с Семеном на склад звонили, где нам подтвердили, что мячи, как и форма от старого спонсора у них в наличии. Выдавать правда отказались без подписи руководства.

— Ильич?

Я подтвердил. Говоря эти слова, поймал себя на мысли, что прав таки Ильич оказался, когда говорил, что Иванов главному побежит жаловаться. Вот стою… жалуюсь. Но если по-другому нельзя?

— Ясно, — ответил Романц*в. — Что же, вы ребят встретьте, а чтобы они не попусту бегали, предлагаю их в столовой накормить и напоить. Они завтракали?

— Не завтракали, — сказал я.

— Вот и отлично, пойду наших милых женщин в столовой предупрежу, что гости будут. Вы через минут двадцать подходите.

Я Олега Ивановича поблагодарил икренне, но всё-таки решил переспросить.

— С мячами и формой, как поступать будем?

— Разберёмся как поступать, если сказали что «Спартак» отгрузит, значит отгрузит, — заверил он. — Ладно, в столовую приходите, я с ребятами познакомлюсь.

Разговор с главным тренером сложился крайне продуктивно. У меня сформировалось впечатление, что Олег Иванович проблему «Колоска» стороной обходить не станет.

Подошли парни, как я и предполагал — уставшие в усмерть, но в полном составе, никто из них не отвалился. Первую пару минут дышали, упершись ладонями в колени. Несколько человек вовсе присели на землю, хватая открытыми ртами кислород.

— Ну как ребят, тяжело было?

— Да какой там тяжело я даже задышать толком не успел, — нетрудно догадаться, что говорил это Баграмян.

Сам зараза еле дышал.

— Ну, смотри, Миш, я же могу в виде исключения тебе нагрузки побольше дать. Хочешь мы с парнями обратно поедем на автобусе, а ты в обратную сторону снова побежишь?

— Иван Сергеевич, я бы с радостью, но только не сегодня. В следующий раз.

— Чего в следующий? — улыбаясь, спросил я.

— От коллектива не хочу отбиваться! — пояснил Миша.

Я продолжать разговор не стал, а то гляди и пацан действительно согласиться бежать. Он то у нас гордец, мало ли расценит, что я его на слабо взять пытаюсь.