— Ой… — она снизу вверх смотрела на меня не выспавшимися большими красными, но все такими же голубыми глазами. — Доброго вам утра, Иван Сергеевич. Я тут совершенно случайным образом оказалась.

Я протянул ей руку, помог встать.

— Как же случайно, мне почему-то кажется, что вы мужские разговоры нагло подслушивали.

— Я если честно думала, что вы отказались от моих ребят и с утра уедете из «Колоска». Так Оксана Вадимовна говорила.

— Я понимал на какую работу соглашался… вас же Елена зовут? — спросил я, формально мы до сих пор не познакомились, вчера девушка не представилась.

— Елена Анатольевна Пупс, — представилась она.

— Приклеилось погоняло? — уточнил я, умехаясь.

— Вообще-то Пупс это моя фамилия, — она залилась густой краской и вперила в меня прознающий взгляд. — Давайте еще вы покривляйтесь и клички мне повыдумывайте!

Ну простите, извините — я не рубль, чтобы всем нравиться. Спрашиваю без двойного дна. Да и от старческого брюзжания в новом теле до сих пор не оправился, нет нет, да порой накатывает.

— Ещё вопросы есть, Пупс? У меня тренировка с молодёжью начинается через 4 минуты. На тренировки опаздывать нельзя, не надо парням пример дурной подавать.

— Для вас я Елена Анатольевна, я же вам уже сказала! Я — руководитель группы, приставленный райкомом комсомола, — искренне возмутилась она.

— Ага, пройти дайте, руководитель комсомола, — я двинулся прямо на неё, заставляя отойти к стене.

Ну как заставляя, тупо к стенке Елену Анатольевну слегка отпихнул. Надоела жужелица, честное слово. Вчера истерила весь вечер, сегодня тоже начинает стоило глаза продрать.

Пятясь, она прилипла к двери комнаты, и выдала, уже мне в спину с обидой в голосе.

— Вы бы лучше подумали, как ребятам помочь! Я все слышала! Угрожать несчастным детям армией и тюрьмой много ума не надо! С Евгением Петросяном — тоже не смешно, хотя лично я считаю его настоящим народным артистом!

Судя по тому, что писклявый голос продолжал звенеть над ухом, Пупс догнала меня и не оставила попыток прокомпостировать мозги.

— Нет бы заинтересовать молодежь, провести ребятам экскурсию на стадион и показать, чего они сами себя лишают своей ленью, чего при должном подходе могут достичь! — жужжала она, едва слюнной не захлебываясь.

— Отстаньте от меня, — я предпринимал вялые попытки отделаться от этой мадам, что зудела хуже ночного комара. — А ещё лучше — проспитесь. От вас боярышником несет.

— Забота и есть настоящие воспитательные методы, а судя по вашим методам, вам на детей и их судьбу плевать, — продолжила заводиться Елена.

Я остановился и резко повернулся, чего воспитательница, шагавшая сзади, не ожидала и на всем ходу влетела в меня. Пришлось брать ее за хрупкие плечи и смотреть в переруганные глаза.

— Ваши методы зато работают исправно, Елена Анатольевна? — сухо спросил я. — Вы путаете тёплое с мягким. Я не Антон Макаренко, а футболист и никакой педагогики, кроме пахоты на футбольном поле не знаю и знать не хочу.

— Я буду жаловаться на вас, Иван Сергеевич! — выдохнула она, высвобождаясь от хватки.

Да хоть обжалуйся, подумал я и пошёл дальше, к себе в номер — сумку спортивную взять на тренировку. Оттуда спустился на первый этаж и вышел на футбольное поле.

Вот этими вот своими сюсюканьями доводят бабы молодежь, расслабляют, а потом удивляются — ой, а как же так. Терпеть ненавижу такой подход. Поэтому и тренерам в юбке в футболе не место. Женские команды, и те мужики тренируют.

Через пару минут из административного корпуса начали выбегать горе ученички. Пошатываясь, спотыкаясь, с измученными лицами и толком не протрезвевши после вчерашнего. Все пятнадцать человек. Причем наперегонки. Никто не хотел становиться Петросяном!

Я с удовлетворением заметил, что Ануфриев тащит с собой целлофановый пакет, набитый бычками. Прибирались таки, прислушались. Хотя после их вчерашних посиделок там только генеральная уборка положение дел спасет.

Понятно, что о полноценной тренировке, когда молодежь в таких удручающих физических кондициях, не могло идти речи, если я не хотел, чтобы живчики футбольное поле загадили. Но закрепить успех и провести первое полноценное знакомство с будущей командой — это всегда пожалуйста.