Демьян беззаботно улыбнулся.

– Не парься, Макс. Наш уговор в силе.

После этих слов настал черёд Максима прятать глаза и мучительно подбирать слова. Я так и не поняла, что за уговор и почему племянник так смутился. Но выяснить у меня это так и не получилось. Демьян потащил меня дальше по коридору. На стенах мелькали морские пейзажи, а через распахнутые окна врывался солёный воздух.

– Спускайся вниз, встретимся там. – уже через спину бросил мой жених?

Боже, как это странно звучит! Неужели Демьян и вправду сделал мне предложение руки и сердца? А я согласилась? Каким образом эта игра зашла так далеко? Не понимаю.

На коже осела соль и мне безумно хотелось её смыть. А ещё я была безумно голодна. В моих мыслях крутились рецепты салатов, и мяса, а за чашку кофе я бы сейчас вообще убила.

Демьян затащил нас в душ и прижал меня к каменной стене. Шершавый камень немного царапал кожу, но это ощущение скорее будоражило, чем раздражало. Мягкие губы коснулись моей ключицы и спустились ниже. Мокрый купальник неприятно холодил кожу. Я потянулась к завязкам, чтобы сбросить его. Лукин рвано выдохнул, упёрся ладонями в камень и прошептал.

– Ты так прекрасна, что мне иногда больно на тебя смотреть.

Стянув с себя купальник, я игриво отбросила его и обвила торс любимого ногой.

– Не смотри.

– Не могу.

Его горячая кожа обжигала мою кожу, мне было безумно жарко. И я не нашла ничего лучше, чем нащупать вентиль крана и крутануть его. Мощный поток холодной воды обрушился на наши головы. Я захлебнулась криком от неожиданности, а Демьян лишь простонал сквозь зубы.

– Чёрт побери, женщина! Что ты делаешь?

Ни о чём интимном речи уже не шло. Соль с нашей кожи утекла вместе с возбуждением. Постояв пару минут под холодным душем, мы выскочили из него. Демьян замотал меня в пушистое полотенце и отправил собираться на обед. Я бросила виноватый взгляд на него и пошла сушить волосы. Блин, нехорошо получилось.

В нашем номере имелась просторная терраса и я вышла на неё, одевшись и промакивая волосы полотенцем на ходу. Солнце висело прямо у меня над головой. Птицы скрылись из виду. А вода отражала яркие лучи полуденного солнца и слепила глаза. Небо было таким чистым и прозрачным, что мне хотелось упасть в него с криком счастья. Неужели можно быть такой счастливой?

Мысль неприятным калейдоскопом крутанулась в сознании, и я вспомнила всё, что произошло после того, как я думала эту мысль в последний раз. Мои ноги подкосились и, если бы я не схватилась за перила, точно рухнула бы. И не факт, что по эту сторону перил. Сердце сжала невидимая рука и я непонимающе прижала руку к груди. Что это со мной? Воздух со свистом наполнял лёгкие, но был до того пустым, что я никак не могла вдохнуть достаточно.

Мои плечи обхватили сильные руки и оттащили от края. Я и не заметила, как опасно низко наклонилась над перилами.

– Маш, что с тобой?! Маша!

Взволнованный голос Демьяна немного привёл меня в чувство. Но мне никак не удавалось унять бешено стучащее сердце. Только минут через пять получилось сдавленно ответить.

– Не знаю. Уже всё в порядке, нормально.

Лукин явно не поверил мне и повёл в комнату. Усадил на кровать и достал мобильник. Я не знаю, кому он звонил и о чём разговаривал. Хоть Демьян и не вышел из комнаты, но говорил очень тихо. На застывшем лице выделялись его испуганные глаза. Мне ещё не доводилось видеть его таким. Я вообще не думала, что Демон умеет переживать. Оглушенная и растерянная, я сидела на кровати. Что происходит?

В дверь постучали и в комнату скользнули люди в белых халатах. Один из них сразу подошёл ко мне и луч жёлтого света ударил в глаза. Я отмахнулась от фонарика, больно резанувшего глаза. Найдя глазами Демьяна, я непонимающе нахмурилась. В голове варилась каша, по ощущению овсянка. Такая же липкая и скользкая.

– Мария, вы меня слышите? – деловито спросил один из бригады.

– Да. – осторожно ответила я.

– Как вы себя чувствуете?

– Странно. – я покатала свои ощущения внутри – Дышать тяжело.

Задававший вопрос парень важно покивал и отметил что-то в планшете. Он бережно прижимал планшет к груди, когда разговаривал со мной. А получив ответ быстро-быстро записывал. Наверняка у него был мелкий, бисерный почерк. Ручка словно стояла на одном месте, совсем не двигаясь. Господи, о чём я думаю?

Доктор, осматривавший меня, будто я породистая собачонка, уже прикладывал к моей груди статоскоп. Я посмотрела на его руку, державшую блестящий кругляшек.

– Да что происходит?! – я оттолкнула руку от своей груди и вскочила с кровати.