— А? — протягивает подруга, не понимая, что она сейчас сказала и какой подтекст можно в этом увидеть. Но в этом вся Мира. Она не от мира сего.

— Ничего, — улыбаюсь и качаю головой, но ей в принципе дофени.

В тишине квартиры под шум дождя за окном слышу звуки входящих сообщений на телефоне Миры. Моя подруга весь вечер с кем-то переписывается, хотя могу догадаться с кем, и надо признать, но я ещё никогда не видела на её лице такого мечтательного и даже счастливого выражения.

— Мира… — сама от себя не ожидая, зову подругу.

— М… — не отрываясь от телефона, протягивает она.

— Он тебе понравился? — хоть я и так понимаю, что да, но всё же мне интересно узнать, чем так приглянулся ей этот парень.

Что в нём особенного? Ведь Мира никогда ни с кем не встречалась. Переписывалась, несколько раз ходила на свидания, но на этом всё. По большей части ей становилось неинтересно с парнями, потому что они не могли поддержать разговор на темы, которые были интересны ей. Или же парни исчезали сами, потому что считали Мирку странной и недалёкой. Но они просто даже не пытались её узнать.

— Кто? — спрашивает она.

— Тот парень.

— А…?

— Парень, с которым ты мило общалась на вечеринке и по-видимому, сейчас продолжаешь, — с улыбкой говорю я, умиляясь тому, как моя подруга порой не сразу понимает о чём идёт речь, витая в облаках, выдавая при этом несуразные вещи.

— А, думаю да. Он интересный.

— Интересный?

— Ага, и добрый.

— Как ты это поняла? — вот мне интересно, правда.

Я по белому завидую Мирке и тому, как она уверенно всегда говорит о том, кто добрый, а кто нет. Мне бы такую способность.

— От него энергетика какая-то идёт. Он как будто не от мира сего.

— Ахахахаха, Мира, — тяну я сквозь смех. — Кто у нас не от мира сего, так это ты.

— Ну, просто я так чувствую. А ещё он легенды всякие знает… — но Мира не договаривает, потому что ей снова пришло сообщение, и она уставилась в телефон.

Из этого простого и, казалось бы, малоинформативного разговора, я поняла, что Мира просто доверяет своим чувствам, интуиции или как это ещё называется. Порой я ей завидую, её способности доверять людям и миру вокруг. Сама я похвастаться такой способностью не могу. Мы с подругой диаметрально разные. Она чувственная, открытая, доверчивая, не стесняется просить о помощи и с радостью её принимает. Я же… сгусток недоверия и подозрительности наравне с язвительностью. Со мной тяжело. Свободно я себя чувствую только в компании друзей или на работе, потому что там я погружаюсь в другой мир. Но даже там никто не узнает меня настоящую, потому что я никого не подпускаю. Все думают, что я такая вся успешная, классная, что у меня нет проблем в жизни или я легко с ними расправляюсь, но им даже невдомёк, что на самом деле творится у меня на душе.

Дождь громко хлещет, барабанит, ударяясь о стекло тугими каплями. Но этот звук доносится как будто сквозь невидимую пелену. Сижу за барной стойкой в баре, уставившись в одну точку. Из головы не выходит встреча с этой девчушкой. Шутки шутками, но я не планировал встретиться с Парой вот так. Первая волна эйфории прошла, и её место занимает осознание произошедшего. Хоть и понимаю, что это могло случиться в любой момент и запланировать тут не получится. И вот случилось…

Судьба та ещё стерва, не дала возможности узнать хотя бы имя этой снежной королевы, и теперь придётся как-то её искать. Чёрт!

— Найдём её, не злись, — говорит Диман, потягивая виски.

Заметил, что я начинаю злиться. А что? Достаточно подметить такие мелкие детали, как отсутствующий взгляд, сжавшие несчастный стакан пальцы с побелевшими костяшками… Так, надо остывать. И тут меня пробирает на смех, только он с горчинкой какой-то, с примесью досады и может даже печали.

— Знаешь, — говорю я, — на моём месте должен был быть ты.

— Чтобы убиваться от того, что девчонка слиняла быстрее, чем я узнал её имя и стрельнул номерок? — саркастично с издёвкой так, заметил Дима. — Спасибо, нет.

— Я к тому, — не обращаю внимание на его тон, — что Пару встретить должен был ты. А судьба словно насмехается над нами.

— Слушай, — начал мой друг. — Это конечно здорово, что ты переживаешь и так печёшься о моей личной жизни, — я скашиваю на него тяжёлый взгляд. — Но это последнее о чём ты должен думать. У нас есть дела поважнее, чем моя личная жизнь, — Диман делает ещё глоток и откидывается на спинку барного стула. — Попробуй хоть раз побыть эгоистом и подумать в первую очередь о себе. Ты и так делаешь больше, чем достаточно, дружище, — и хлопает меня по спине.

Мне, конечно, приятно, что мой друг относится ко всему философски, но всё же.

— Ну, и может судьбинушка готовит мне сюрприз, — проиграв бровями, засмеялся дружище.

На что я лишь фыркнул, но не удержался от того, чтобы тоже засмеяться.

— А вот с твоей личной жизнью теперь надо что-то делать, — отсмеявшись, уже более серьёзным тоном, сказал Диман.

Я смотрю на него с немым вопросом: «Ты о чём?», на что Диман фыркнул, и сказал:

— Тебе надо наладить с ней отношения до отбытия в поселение.