— Пятая кнопка. — подсказала Таня.

Телевизор нагрелся и мы увидели заставку местного новостийного канала. Сами новости уже закончились. Я в отчаянии повернулась к Юре и услышала как он быстро говорит в трубку.

— Да, на пятой кнопке. Только что закончились новости и там был сюжет про избитого депутата и про больницу. Наш человек увидел в кадре девочку, которую мы как раз разыскиваем. Хорошо, жду.

Юрик положил трубку и взглянул на нас.

— Сейчас будут выяснять. Тань, расскажи подробней, что ты там увидела?

— Сначала показали, как какого-то мужика везут на каталке, потом сказали, что это местный депутат и побили его, очевидно, по политическим мотивам. А напоследок камера медленно обвела комнату и я увидела Альку.

— Слушайте, а может быть здесь есть еще один местный канал. — осенило меня и я начала щелкать кнопками, но все было безрезультатно.

Танька снова ушла в свой номер, сказав, что пока будет просматривать все каналы. Юрик тоже устроился перед телевизором, придвинув поближе телефон, а я отправилась в ванную поплакать. Напряжение последних часов давало себя знать, а при своем любимом не хотелось демонстрировать женские слабости. Немного разрядившись, я умылась, причесалась и вернулась в комнату. На мой немой вопрос Юрик отрицательно покачал головой, мол, не звонили. Позвонили только через полчаса. Юра выслушал информацию, положил трубку и встал из кресла.

— Зови Таню, мы едем на телевидение просматривать сюжет. Надо убедиться, что это действительно Алина.

Немного поплутав по незнакомому городу, Саша все-таки вывез нас к зданию телецентра, утыканному всевозможными антеннами. Нужную студию оказалось найти еще сложнее в немыслимом количестве коридоров и переходов. Наконец очень молоденькая, но очень серьезная девушка запустила для нас нужный сюжет и мы, почти не дыша, уставились на один из многочисленных экранов.

Сначала показали вход в приемный покой, потом сам приемный покой, где на носилках лежал довольно крупный мужчина, отвернув лицо от назойливой камеры оператора. Комментарий я почти не слушала, потому что с жадностью ловила взглядом каждого нового человека, попавшего в кадр.

— Вот, сейчас будет! — вскрикнула Таня, а я замерла.

Камера двигалась слева направо и на короткое время остановилась на фигурке молодой девушки. Это была Алька! Она с любопытством смотрела в объектив и на губах у нее играла легкая улыбка. У меня отлегло от сердца, потому что всего несколько часов назад моя девочка была жива и здорова.

— Стойте! — вдруг скомандовал Юра. — Можно отмотать немного назад?

Серьезная девушка нажала несколько кнопок и на экране замелькали кадры в обратном порядке.

— Вот, здесь. — сказал Юрик и мы все снова уставились на экран.

Камера шла по кругу, улыбалась Алька — вроде бы все ясно.

— Стоп! Вот она. — и Юра показал на женщину, которую видно было только со спины. — Ваша любвеобильная тетушка.

Я присмотрелась и тихонько ахнула. Это была Евгения Сергеевна без всякого сомнения, мне даже не нужно было видеть ее лицо. В этот момент от двери прозвучал голос.

— Девушка, будьте добры, скопируйте нам эту часть сюжета.

Мы были так увлечены, что даже не услышали, как в комнату кто-то вошел.

— Капитан Сербылев. — представился всем сразу высокий молодой мужчина в гражданской одежде. Потом он протянул руку Юре. — Это со мной вы говорили по телефону.

Мужчины обменялись рукопожатиями и капитан продолжил.

— Я отправил своих ребят к Потаповой Евгении Сергеевне, но ее к этому моменту уже не было дома. А сейчас, как я понимаю, мы поедем в больницу. — и он кивнул на экран телевизора.

— Да, спасибо, мы готовы. — сказал Юра, а строгая девушка в это время уже протягивала капитану видеокассету с записью.

Юра было открыл рот, чтобы что-то спросить, но капитан опередил его.

— Я уже выяснил что это за больница, так что не будем терять время.

Мы поблагодарили девушку, на что она неожиданно тепло пожелала нам удачи, и отправились к машинам. Милицейский «жигуленок» показывал дорогу нашему «джипу» и через двадцать минут мы въехали в больничный двор, а я сразу узнала двери приемного покоя, которые хорошо были видны на видеопленке.

— Марьяна, Таня! — повернулся к нам Юра. — Вы остаетесь в машине.

— Но как же? — возмутилась я.

— Это не обсуждается. — строго сказал Юрик.

— Ладно. — буркнула я, и добавила. — Только я долго не выдержу.

Любимый одарил меня красноречивым взглядом и вышел из машины. Потянулось томительное ожидание. Танька ерзала, но молчала, понимая, что нервы у меня взвинчены до предела. Я же шарила глазами по освещенным окнам больничных палат и сквозь наползающие сумерки пыталась рассмотреть лица людей, проходящих мимо машины. На крыльце появился Юра, быстрым шагом подошел к «джипу» и распахнул дверь с моей стороны.