— Нет! Но мне очень жарко, — ответила я.

Мне после ночи постоянно было жарко. Даже когда мы гуляли по парку на холодном ветру. Очень хотелось освежить свое тело в прохладной воде.

— А давай поплаваем? — предложила я.

— А ужин? — спросила Мия.

Но я видела, что ей так же не хочется идти к гостям.

— Мы можем сказать, что я плохо себя чувствую. А ты за мной присмотришь. И нам принесут сюда, — сказала я, подмигнув.

Мия ошарашено на меня посмотрела, но я видела, что она уже согласна.

— Хорошо! — весело сказала Мия, — Я сейчас распоряжусь.

Ужин нам принесли через пятнадцать минут, и мы прихватили его с собой.

В бассейне я плавала в прохладной воде, держа руки под водой и желая их хоть немного остудить. Это мне не помогло. Они все также переливались разными всполохами. Видимо, так теперь будет всегда. Плескались мы там почти два часа, а затем, переодевшись в сухое бельё, уселись на постель.

— Мия, а можно мне пойти в библиотеку и посмотреть на манускрипты, что Волонд привёз? — попросила я.

Я не знала, могу ли я свободно перемещаться по дворцу. Хотя сэр Эрион говорил, что теперь это мой дом. Но всегда лучше спросить.

— Конечно, это ты здесь главная Жрица. Никто не посмеет запретить тебе, — ответила Мия.

— Тогда может составишь мне компанию? — в надежде спросила я, не зная, куда мне идти.

— С удовольствием! Пошли. Там должен быть и Волонд, — сказала Мия.

Я, конечно, не ожидала, что придётся опять сегодня с ним столкнуться. И мое сердце предательски застучало.

Мы спустились в библиотеку, которая оказалась рядом с залом, где Орин проводил мне экскурсию. Войдя туда мы и правда обнаружили там Волонда, а рядом с ним сидела Энджи, в своём кричащем зеленом платье.

Энджи была жгучей брюнеткой с черными, как смоль, волосами и смуглой кожей. Она с ненавистью посмотрела на меня своими чёрными глазами, что мне показалось, в них полыхнуло пламя. Хотя, возможно, это отблески от моих горящих иероглифов. Она сидела ровно держа спину и выпятив свою грудь. Конечно красивая, зараза, но вульгарная. На мой взгляд….

Волонд обернулся и, увидев нас, тут же подошёл, поклонился и поцеловал мою руку. Затем спросил:

— Вам уже лучше? Как вы себя чувствуете, Жрица Танния?

Блин! Опять на вы? Или это он при посторонних? Я готова была разреветься. Но лишь склонила немного голову, ответив:

— Да, я немного остудилась в бассейне. Мия мне составила компанию.

— Ооо! Вам, наверное, пора делиться своей силой с Кристаллом? А то она может ненароком вас сжечь? — язвительно отозвалась эта стерва Энджи за спиной у Волонда.

Он на миг посмотрел в мои испуганные глаза и жестко ответил, повернувшись к ней:

— Наша Жрица сама будет решать, когда и что ей делать! А сейчас прошу, Энджи, оставь нас. Нам надо изучить новые свитки, — ответил мой рыцарь, за что я была ему очень благодарна.

Волонд проводил меня к стеллажу, где ровными рядами лежали древние манускрипты, свернутые в свитки. Краем глаза я заметила, как фырча, с высоко поднятой головой, из библиотеки вышла Энджи. Но, так и не посмев перечить Волонду.

— Терпеть ее не могу! — выдала нам Мия, — И зачем мама ее уговорила остаться погостить?

— Не волнуйся, Танния, решаешь всегда только ты! Никто не смеет тебе указывать, когда идти к кристаллу, — сказал мне Волонд, держа меня за руку.

Я уже не помнила, чем была вызвана эта забота. Я плавилась от одного только взгляда. Мия, заметив наши взгляды, тихонечко покашляла. Мы, как нашкодившие школьники, отошли к столу, прихватив пару свитков. Волонд развернул один, сорвал с него печать и прочел вслух:

— «Белым пухом Боги закроют пески,

Белым покроется Храм.

Жрец руками своими коснётся земли,

Прожигая ее пополам.

Из расколов ее потечет огонь,

Что веками в земле дремал.

Красным солнцем поднимется он из земли,

Даруя спасение вам…»

Меня охватило жаром. Я вспомнила свой сон, что приснился мне в пустыне. Как из выжженной земли выходит огненное солнце. Я стояла и, открыв рот, слушала это пророчество. Меня начало колотить мелкой дрожью, хотя в тоже время мне было жарко. Иероглифы на моих руках, казалось, стали гореть красными всполохами.