— Нет.

— Давай вместе пообедаем. Видел, что ты одна всюду ходишь. Я всё тебе объясню, расскажу. Как на это смотришь?

— Хорошо, — автоматом соглашаюсь.

Тут звонит мой телефон. Сглатываю и беру трубку.

— Вика, — голос Раенского скручивает всё внутри, — сделай мне кофе.

Небольшая пауза.

— Двойной эспрессо с одной ложкой сахара. И не задерживайся, без утреннего кофе я очень злой и страшный.

Затем гудки. Скриплю зубами и вздыхаю.

— Виталик, — вспоминаю имя айтишника, — где у вас здесь кофемашина?

Спустя минут десять я, держа в одной руке поднос, на высоченных каблуках вползаю в кабинет Раенского. Он сидит, читает какие-то бумажки. Поднимает взгляд, пристально смотрит на меня.

— Долго, Вика. Иди сюда.

Почему в его присутствии я так нервничаю? Подхожу, дрожащими руками ставлю поднос на стол начальника. Затем пытаюсь поскорее убраться, но вновь стальной голос босса пригвождает меня к полу.

— Задержись.

— Мне нужно войти в курс дела касательно корпоратива, — лепечу, пытаясь набраться смелости, — осталось немного времени и…

Я реагирую на близость Раенского совершенно не так, как должна. Внутри всё пылает, одежда кажется отлитой из стали. Босс берет чашку и делает глоток. Расправляю смятую юбку, машинально натягивая ее пониже. И тут Игорь выдает совершенно неожиданную фразу…

Вика

— Отличный кофе. Можешь идти, — затем вновь утыкается в свои бумажки.

Вылетаю прочь, чувствуя себя до офонарения странно. По-моему, я возбудилась. Ох! И чего я от него ждала? Предложения задержаться? Щеки вспыхивают.

Весь оставшийся день я пытаюсь избегать начальника. Перед каждым поворотом выглядываю из-за угла, чтобы не дай Бог, не нарваться на Фонового. Эти мужчины что-то во мне будят. Сама не знаю, почему так реагирую. Нужно быть осторожнее.

С будущим корпоративом и правда всё в порядке. Постепенно я успокаиваюсь. Уже начинает казаться, что столь пристальное внимание Раенского лишь надумала. Просто давненько у меня мужчины не было. Одной мастурбацией я уже не могу заглушить потребности своего тела. Стыдно, но правда. Мне нужен кто-то надежный. Влюбляться желания нет, а вот получить качественный оргазм я бы очень хотела.

На обед иду с Виталиком. Он веселый парнишка, но мысли постоянно крутятся вокруг парочки властных боссов. Каждый из них наверняка очень опытен в постели. А что, если… Так, нет! Не на работе, Рябова! В универе с этим проще.

— Может, телефонами обменяемся? — спрашивает айтишник, когда мы поднимаемся в лифте на наш этаж.

— Давай, — соглашаюсь, затем диктую свой номер.

— Ты, кстати, на корпоратив придешь? — мнется Виталик.

Я внимательно его осматриваю. Высокий, приятный внешне, с взъерошенными русыми волосами, довольно крепкий для компьютерщика. Но внутри на него ничего не отзывается.

— Наверное. Если найду подходящее платье.

— Приходи! Будет весело, — как только мы выходим из лифта, из-за угла выходят оба моих босса.

Чувствую, как холод ползет вдоль позвоночника. Фоновой улыбается, а Раенский внимательно осматривает моего спутника.

— Добрый день, Вика, — говорит генеральный.

— Добрый, — бурчу себе под нос, резко краснея.

— Ты сделала, что я просил? — раздраженно спрашивает Игорь.

Он хмурится. Явно очень злится. Но с чего вдруг? Сглатываю.

— Еще не успела, — лепечу, не зная, куда себя деть.

— Чтобы через полчаса документы по новеньким были на моём столе! — рычит Раенский.

— Да, Игорь Олегович, — не смотрю в смеющиеся темные глаза Фонового и лечу на своё место.

— Сурово он с тобой, — удивляется Виталик, — странно. Предыдущую помощницу он обожал. Ее Кира звали.

— Почему уволилась? — начинаю метаться на рабочем месте, чтобы найти пресловутые контракты по новичкам.

— Тебе официально или реально? — он опирается руками на мой стол, заговорщически подмигивая.

— Правду, пожалуйста, — чувствую, эта информация меня не обрадует.

— Девушки из секретариата те еще болтушки. Они шепнули нашим, что Кира была любовницей Фонового.

Замираю. Любовницей?

— Он ее на работу возил, покупал всякие побрякушки. Но потом, говорят, надоела. Наш генеральный член в штанах вообще не держит. Потому и разводится.

Так он еще и разводится? Мамочки! Нет, с ним точно нельзя связываться!

— Интересно, — пытаюсь скрыть волнение за равнодушием, — спасибо за информацию.