– Вот поэтому и не ставит, – усмехнулся Гелий. – Построже надо было с ней.

– Да как построже? – возмутился Станислав. – Девчонка без родителей осталась. До того ли ей было!

Гелий усмехнулся. Он не думал, что Станислав так размякнет с возрастом.

– Ты знаешь, я тут даже подумал, – Станислав чуть приблизился к собеседнику, будто собирался поведать тайну. – Выдать ее замуж за кого посолиднее, и проблема решена. Пусть муж и усмиряет ее крутой нрав. А что? Она красивая, с квартирой. Я думаю, хоть завтра тут очередь выстроится.

– Значит самому надавить на строптивую племяшку у тебя рука не поднимается, – Гелий издал смешок и откинулся на спинку мягкого кресла. – А вот подложить ее под первого встречного и пусть хоть лупит ее – это пожалуйста.

– Ну это ты загнул, – насупился Станислав. – Я же нормального ей выберу. Чтоб в кулаке держал, но не бил, конечно.

– А хочешь я ей займусь? – как можно равнодушнее спросил Гелий. – Шелковая станет. Меня ты знаешь хорошо, да и женить нас не придется.

– Ты? – недоверчиво поинтересовался Станислав. – Зачем тебе лишний гемор?

– Ну так, – уклончиво отвечал Гелий. – Просто предложил.

– Мысль хорошая, – задумчиво продолжал Станислав. – Если у тебя получится, проси за нее что хочешь.

Гелий рассмеялся:

– Договорились, – а затем добавил. – Только не говори ей пока ничего. Я тут решу, как это дело получше обставить и дам знать.

– Как дела в общем? – продолжил расспросы Гелий, с наслаждением планируя свою затею.

После обеда, когда у всех курсантов начался блок самообразования, меня вдруг приехал навестить дядя. Он редко приезжал в академию, чтобы лишний раз не светить званием, и другие курсанты не считали, что я выезжаю за его счёт.

Я догадывалась зачем он приехал, поэтому заранее приготовилась к войне. Ещё в самом начале обучения, я выбрала для себя профессию криминалиста. Я была усидчивая, внимательна к мелким деталям, меня не смущал вид покалеченных жертв, трупов, и меня совсем не трогали слезы родственников погибших. Во мне вопило лишь чувство несправедливости и хотелось иной раз лично разорвать зубами безжалостных убийц. Пользуясь во всю званием дяди, я требовала, чтобы меня допускали на осмотры мест преступлений и в анатомички. И каждый раз потом выслушивал от него. Но мне было плевать. Я же не на развлечение прошусь! Благодаря такому незначительному обману, я гораздо быстрее обучалась любимому делу, а значит скоро и сама могла спасти чьи-то жизни.

Но тут около года назад начали происходить странные самоубийства. Все жертвы – молодые красивые девушки кончали собой разными способами. Самоубийства выглядели максимально натурально. Родители каждой жертвы сообщали, что девушки долгое время находились в депрессии, их мучили кошмары, и в целом их поведение с каждым днем становилось странным. Они словно боялись какого-то преследования, но ни одна из них не рассказывала причину такого страха.

Две из четырех девушек оставили предсмертные записки, и все было вроде очевидно. Однако на третей жертве начала прослеживаться связь. Все девушки были одного типа: голубоглазые блондинки с бледной кожей. В остальном никаких совпадений.

Тогда и выдвинули версию о непонятном маньяке, серийном убийце или секте, которая задуривает девчонкам мозги и вынуждает покончить с собой.

Никаких других зацепок не было. Девушки не пропадали из дома, наоборот: продолжали свою привычную жизнь. Но при этом угасали с каждым днём.

И вот совсем недавно обнаружили четвертую жертву, и я попросилась на практику к криминалистам как раз по этому делу. Мне жутко нравились такие психологические загадки. И у меня даже созрел план. Если дядя грубо откажет мне, то я перекрашусь в блондинку, и сама устрою охоту на маньяка. А что? С психикой у меня все отлично. С самообороной – ну, пойдет. Не слишком подготовленного мужчину я точно завалю. А вот если я сама поймаю маньяка, то даже отличусь на курсе и получу звание.

Потому сейчас я готовилась к очередному отказу дяди, после которого я наверняка воплощу свой план в действие.

– Кармочка, – просиял дядя, когда увидел меня. У него всегда таяло сердце, когда он видел меня без макияжа и в форме. – Ну как дела?

– Нормально, – сдержанно отвечала я. Если он такой ласковый, то сто процентов приготовил плохую новость. – Что случилось?

– Кармочка, ты не передумала насчёт практики? – он с надеждой посмотрел на меня.

– Нет, – уверенно и холодно ответила я.

Он тяжело вздохнул, а затем произнес:

– Хорошо.

– Что «хорошо»? – насторожилась я.

– Один человек закрепил тебя за этим делом, – дядя виновато опустил глаза.

– Что за человек? – мне было непонятно его поведение. Дядя всегда был мягок со мной, и я в наглую этим пользовалась. Но сегодня с ним явно что-то не так.

– Один мой хороший знакомый, – тут дядя наконец собрался с силами и озвучил то, от чего вскоре я приду в ужас. – Только во всем его слушайся! Если этого не будет, то ты не вернёшься к расследованию.