Линда толкнула тяжелую дверь общежития. Пол и Элисон уже ждали на улице. Такой компанией мы обычно и собирались. Как-то так получилось, что с первого курса мы подружились таким составом. Мы с Линдой были соседками по комнате, а потом познакомились с Полом и Эли.

– Если ты собралась сразить наповал весь бар, то у тебя получится. – шепнул Пол, видимо думая, что мы не услышим. Я, как обычно, не обращала внимания на прилив нежности, смущения и проявление эмоций. Элисон, одетая в белые брюки и пиджак на голое тело дружелюбно улыбнулась мне, потянувшись, чтобы обнять.

– Привет, как ты? – я обняла Элисон, дожидаясь пока Линда чмокнет Пола в губы.

– Все как обычно, зачеты, учебники, редкие вылазки на улицу. – Эли, как мы часто ее называли, заправила прядь белых волос за ухо. Голубые глаза пробежались по приклеенным друг к другу Полу и Линде. Ревность? Хотя, вряд ли. Скорее, боязнь, что близкий человек оставит тебя из-за кого-то другого.

Было странно видеть такую уязвимость на лице Элисон. Все то время, что мы знакомы, она обычно была невероятно стойкой, никогда не показывала своих эмоций, всегда собрана, сдержана, но в меру яркая и умеющая привлекать внимание. Как, например, сейчас – из выреза пиджака кокетливо выглядывала грудь, белые брюки сидели на бедрах в обтяг, демонстрируя аккуратные формы. Яркий, но не броский макияж, темная помада на губах и светлые тени. Было даже странно, что за столько лет рядом Пол не обратил на нее внимание. Конечно, я была рада за них с Линдой, все-таки она была моей близкой подругой, но такие треугольники еще ни до чего хорошего не доводили.

– Ты ее сейчас сожрешь, Пол! Сколько нам еще ждать? – недовольно воскликнула я, беря под руку Элисон. Кажется, вот и определилась моя компания на вечер. По крайней мере, до тех пор, пока она не познакомится с симпатичным парнем и не упорхнет в сторону туалетов.

Пол недовольно цокнул, отрываясь от девушки. Линда густо покраснела, будто это был их первый поцелуй.

– Тебе не помешало бы найти парня, Мадлен. Глядишь, перестала бы быть такой невыносимой стервой.

– Не в этой жизни, сладкий. Мальчики меня не интересуют, а мужчин почти не осталось. – отбила я, развернувшись к выходу с кампуса. – Вперед мои дорогие, нас ждет вечер танцев и коктейлей!

Логово порока и разврата – клуб в паре кварталов от студенческих общежитий и корпуса университета. Полностью студенческий район города. Тех самых отличников, которые по ночам устраивали танцы на столе, обмазывались взбитыми сливками и раздевались у всех на виду в клубах, наутро делая вид, что ничего не помнят. А остальные прикидывались, что ничего и не происходило. Так было проще поддерживать репутацию. Хотя у некоторых она была беспощадно испорчена слухами, фотками и назойливыми шепотками за спиной. Как правило, некоторые не выдерживали и отчислялись, а те, кто не успел – просто терпели. Именно поэтому я так боялась того, что о моей деятельности вне стен университета кто-то узнает. Я не могла потерять это место и шанс на свое будущее. Не могла подвести маму. И в себя, в конце концов.

Элисон танцевала посреди зала рядом с каким-то высоким парнем. Линда и Пол обжимались в углу столика. Я же сидела за барной стойкой, лениво потягивая коктейли. Это был уже третий по счету бокал, а расслабиться у меня так и не получилось. Какое-то напряжение сидело прямо на плечах, сжимая шею и голову. Точнее предчувствие чего-то странного. И я не могла понять, было ли это просто тревожностью после встречей с мамой и страхом или чем-то реальным.

Я соскользнула с высокого стула, алкоголь немного ударил в голову, из-за чего тело немного покачивалось, а ноги едва заметно подрагивали. Вокруг толпились накаченные всем, чем угодно молодые парни и девушки. Ритмичная музыка заставляла их тела двигаться в такт ей. Громкое техно долбило по барабанным перепонкам. Постоянно мигающий свет раздражал глаза, из-за чего приходилось время от времени зажмуриваться и часто моргать. Хорошо, что я пользовалась водостойкой тушью, и мне не приходилось сейчас переживать из-за того, что макияж размажется. Этого не замечаешь, пока сидишь на одном месте, но стоит оказаться на танцполе вокруг всех этих активных людей, накрывает с головой.

Я протиснулась сквозь толпу, наконец, оказываясь на улице. Свежий воздух, как и ожидалось, мгновенно отрезвил, выбросив ненужные мысли из головы. Спасительная и отвлекающая сигарета, как и всегда, вытянула на берег. Никотин обжег горло, затем добрался до легких, вместе с выдохом забирая все переживания. Вот это, я понимаю, отдых. Еще бы парочку коктейлей и в кроватку отсыпаться.

Телефон пискнул, оповещая о новом сообщение. Здесь, в ночной тишине улицы, этот звук казался чрезмерно громким. Будто бы нарушал возникший покой. Я вытянула телефон из сумочки, прищурившись от яркого света. Короткое оповещение с сайта мигало, как красный сигнал светофора, одновременно и раздражая, и интригуя. Съедаемая любопытством, я нажала на уведомление, зная, что старые клиенты обычно писали мне напрямую, а это значило, что ко мне просился кто-то новый.

Принять. Отказаться. Принять? Нет. Отказаться? Да блин.

Монотонный голос преподавателя звучал где-то совсем далеко, не долетая даже до моих ушей. Утро понедельника выдалось… странным. После сонного воскресенья и легкого ужина с Линдой в кафе возле кампуса не хотелось думать о новой клиентской заявке. Долгое молчание, конечно, можно было оправдать выходными, но с наступлением понедельника нужно было дать ответ. Либо принять, либо отказаться. По правилам сайта я не имела права задерживать ответ дольше, чем на трое суток.

Принять? Отказаться?

С одной стороны это увеличило бы мой капитал, а с другой больше занятости, непонятно какой клиент – ни фото, ни толкового описания в графе «о себе». Да и после той ситуации с Лиамом как-то не по себе что ли. Не страх, скорее разумное предостережение.

Принять? Отказаться?

Если взять этого клиента, то станет проще. Препараты мамы можно будет поменять. Или снять нам квартиру на двоих.

– Мисс Эттвуд, у вас какое-то срочное дело? Не хотите поделиться, что в вашем телефоне может быть интереснее анатомии человека? – профессор – мужчина лет шестидесяти спустил очки на кончик носа, глядя на меня поверх квадратной оправы. Я заблокировала телефон, накрыв его блокнотом для записей. – Если у вас есть какой-то вопрос или вам нужно уйти, я никого не держу в аудитории насильно. – саркастично заявил мужчина, оглядывая аудиторию. Вот ведь! Этот клиент нравился мне все меньше и меньше. Из-за него возможно дед, как его называли в узких кругах, усложнит мне жизнь. Для него анатомия сродни конституции – неоспорима и священна.