— Да!

— Хорошо, садись в машину.

Она замолчала, перестала рыдать. По лицу Ямача было понятно, что он принял какое-то решение.

— Прошу, сядь в машину. Ты знаешь, я всегда держу слово. Хочешь свободы, я отпущу. Садись!

Она послушно побрела к двери машины. Ямач помог ей сесть. В машине они долго ехали молча. Пока, наконец, Алиса тихо не спросила:

— Куда мы едем?

— До свободы пару часов. Поспи.

— Ты можешь просто ответить на мой вопрос?

— Я ответил. Алиса поспи.

И Алиса сдалась. Тяжёлый день, нервы, истерика… И она просто обессилела и отключилась. Ямач аккуратно опустил сидение и вытер салфеткой дорожки от слез на ее лице. Он с грустью смотрел на нее. Любить женщину настолько, чтоб отпустить ее? Ямач сам не верил в то, что способен на такое. Пока Алиса спала, он сделал пару звонков, чтоб все организовать. Под утро Алиса открыла глаза.

— Где мы?

Ямач молчал. Вдруг один из дорожных знаков указал направление к аэропорту.

— Ты везёшь меня в аэропорт?

— Да!

— Но я не готова сейчас улететь!

— Почему? Что мешает? Здесь я не смогу тебя отпустить! Хочешь свободы — улетай. Расстояние разлучит нас. И в Москве я не дотянусь до тебя.

— Но мне надо закрыть вопросы на работе, собрать вещи. Мне надо собраться! Мне нужно пару дней!

— Я все решу за тебя, вещи соберу и отправлю. Уезжай! Я не уверен, что буду согласен на это даже через пару часов, а не то, что через пару дней!

Через полчаса Ямач остановил машину прямо возле дверей терминала. Они одновременно вышли из машины. Ямач обошел машину, подошел к Алисе.

— Я на viber отправил тебе билет и посадочный, тебя зарегистрировали на рейс, ты можешь идти сразу на паспортный контроль. Вот твой паспорт, в нем деньги на дорогу.

— Спасибо, — Алиса до сих пор не могла поверить в то, что происходит. Она внимательно смотрела на него, пытаясь заглянуть в глаза. Но стекла солнцезащитных очков бликовали и все что видела Алиса — это лишь свое отражение в них.

— Все! Прощай, — с этими словами он резко повернулся и пошел к двери машины. Ямач вдавил педаль газа в пол, и машина, сорвавшись с места, умчалась.

Алиса продолжала стоять у терминала. «Он даже не обнял меня, не посмотрел на меня. Боялся что передумает?», — это все о чем она могла думать. Казалось бы, произошло то, о чем она не так давно мечтала. Но радости не было. Не было чувства освобождения. Не было ничего, пустота. Чувство тоски наполняло ее. На негнущихся ногах она повернулась и направилась в терминал. Проходя через большой холл, Алиса решила первым делом позвонить Косте, сообщить о том, что она прилетает.

— Кость, привет!

— Привет! Голос какой-то грустный.

— Кость, если б ты любил, а ей было бы плохо с тобой, ты б смог ее отпустить?

— Не понял. Это ты о ком сейчас?

— Кость, не спрашивай, я потом все объясню. Ответь, мне важно.

— Ну…помнишь, в фильме «Знакомьтесь, Джо Блэк»* есть хорошее объяснение того, что такое любовь: «…жить ради любимой». И если б я любил…. Только, наверное, очень сильно, по-настоящему, то, наверное, смог бы. По крайней мере, понимал бы, что должен это сделать. Но, — и он замолчал, обдумывая что-то.

— Что но?

— Но, если б она по-настоящему любила, то она бы не ушла.

— А если для нее это вопрос жизни и смерти? Что если он уничтожает ее?

— Алиса, что у тебя происходит? Кто кого уничтожает? Он что принимает наркотики? И подсадил ее — тебя на иглу?

— Нет, Костя! Что если он меняет ее полностью? Меняет ее характер? Меняет ее образ жизни? Хотя она тоже его меняет…

— Ну это как-то не тянет на «уничтожение»! Может просто они становятся единым целым, и перенимают черты друг друга? Ты когда-нибудь видела пожилые пары, прожившие вместе всю жизнь? Они же похожи друг на друга поведением и даже внешне!

— Но то, как он ее меняет для меня неприемлемо!

— Алиса, кто он?

— Костя, потом.

— Алиса, я не могу тебе помочь, если ты от меня все скрываешь! Как он тебя меняет?

— Я стала совершать такие поступки, которые раньше никогда бы не совершила.

— Может ты ищешь себе оправдания? Мы совершаем только те поступки, на которые способны мы сами. Только, конечно, если тебя силой не принуждают. А то, что ты раньше такого не делала, объясняется просто: мы всю жизнь себя познаем и, мы сейчас и несколько лет назад — это разные люди. У нас меняются ценности, интересы, образ жизни и обстоятельства, которые на нас влияют. Черт, меня бесит, что мы говорим абстрактно! Что ты натворила, Лисенок?