Виден только изгиб лица, кожа местами посерела, загубник наполовину вытащен.

С колотящимся сердцем Элин увеличивает изображение и видит под мутной маской остекленевшие мертвые глаза.

Капюшон водолазного костюма слегка перекосился и сжимает лицо, но все сомнения Элин развеиваются при виде темной бороды – она знает, кто это.

Сет.

Когда она вспоминает несколько слов, которыми они обменялись, у нее ноет сердце. Они мало разговаривали – похоже, он чувствовал неловкость из-за эмоций, бурлящих после смерти Беа, но производил впечатление человека, полного жизненной энергии. В самом расцвете сил. Почти невозможно представить, что на снимке он.

Один за другим погибли два человека из одной компании. Какова вероятность совпадения?

– Вы тоже его узнали? – бормочет Том.

– Да. Он знакомый… Беа, той женщины, которая упала. Сет – бойфренд ее сестры. – Элин слишком поздно вспоминает про слово «тоже». – Вы помните его со вчерашнего дня?

– Не совсем. Скажу честно, когда мы с вами разговаривали, я знал, что вы будете беседовать с Сетом, но в тот день видел его не в первый раз. Мы уже знакомы. Вообще-то, он несколько раз бывал в нашем центре.

– Постоянный гость?

– Не уверен, что его можно так назвать. Не знаю, в курсе ли вы, но островом владеет отец Сета. – Он делает паузу. – Ронан Дилейни. Об этом знают немногие. Наш курорт сдается в лизинг сети отелей, поэтому Дилейни не принимает участия в текущих делах.

– Я не знала.

Почему об этом не упомянул никто из Леджеров? Наверняка ведь этот факт всплывал в их разговорах.

– Когда Сет бывал на острове, он обычно занимался дайвингом?

– Да, поэтому мне и кажется странным, что он отправился сюда в одиночестве и оказался в такой ситуации, – отвечает Том, и с его волос по щеке стекает струйка воды. – Опытные ныряльщики твердо знают правило: никогда не погружайся в одиночку. Сет это знал и обычно брал с собой инструктора или друга. – Его кадык дергается. – И мне не нравится его поза, на боку. После такого рода происшествий баллон обычно оказывается внизу и утаскивает за собой тело.

Он медлит, как будто ему трудно подобрать слова или он не знает, стоит ли их говорить.

– Вас еще что-то беспокоит? – торопит его Элин.

Том кивает:

– Клапан на баллоне закрыт.

– То есть перекрыт доступ воздуха?

– Да. – Он морщится. – Сет задохнулся.

– Он мог сделать это сам, по случайности? – спрашивает Стид, по-прежнему глядя на фотографию.

– Нет, вряд ли, а даже если и так, то мог бы снова открыть клапан.

Элин вбирает в себя его слова и тон, и в ее груди зарождается ледяная капля понимания. Том не сказал прямо, но она поняла намек.

– А его капюшон… – Том берет телефон, листает и возвращает ей. – Его как будто стянули.

Элин смотрит на снимок. Заломы и складки ткани выглядят неестественно – кто-то или что-то ее удерживало.

– Мне нужно сделать несколько звонков, чтобы прислали группу, но пока не могли бы мы оставить здесь лодку? Чтобы никто сюда не приближался? – быстро говорит Элин.

Важно оставить место происшествия нетронутым, даже под водой. Если это произошло не случайно, а они повредят улики, это затруднит расследование.

– Конечно, – кивает Том, по-прежнему бледный как полотно. – Мы сделаем все возможное.

Стид оглядывается на берег:

– Поблизости от пляжа есть место, которое мы можем занять?

Том размышляет и снова кивает:

– Чуть ниже утеса есть хижина. Не знаю, насколько там чисто, зато никто не помешает.

– Спасибо.

Элин возвращает Тому телефон и достает свой. В тот же миг он звонит.

Номер Фарры.

Фарра сразу переходит к делу, даже без приветствия:

– Есть новости. Пропавший человек объявился. Он плавал с маской у другого берега главного острова. Телефон взял с собой, но выключил. Включил только двадцать минут назад и обнаружил тонну сообщений. Как мне кажется, немного обиделся, что его друг заподозрил самое худшее. Сказал что-то вроде: «Я ее любил, но не настолько же…»

– А беспорядок в комнате?

– Искал водонепроницаемый чехол для телефона.

– Хорошая новость. – Элин колеблется, ей не хочется портить Фарре настроение. – Только боюсь, придется добавить плохую. Та сумка, которую заметили на воде… Неподалеку мы обнаружили тело.

Том оборачивается, и его ноги поднимают облачко пыли.

– Конечно, здесь совсем не так, как в других зданиях курорта, но, может, вам подойдет? Даже не знаю, когда хижину открывали в последний раз.

Стид начинает кашлять и прикрывает рот рукой.

– Наверное, много лет назад, – говорит он, пытаясь не задохнуться.

Элин осматривается. Контраст с сарайчиком на главном пляже разительный. В воздухе висит солоноватый запах сырости, застарелая вонь давно заброшенного пляжного домика усиливается мусором – потрепанными спасательными кругами и жилетами, старым радиоприемником, стоящим на заляпанном переносном холодильнике. Поцарапанные квадратные окна покрыты таким слоем грязи, что лишь через маленький кружок в центре стекла проникают водянистые полоски солнечного света.