— Меня зовут… матерью всех детективов!

Насмешливый ответ заставил кристалл засиять красным, а Зойда — прыснуть. Прочистив горло, ёрк прикрыл рот кулаком и продолжил смотреть.

— На ложь он реагирует, во всяком случае. Тогда приступим.

— Мне обязательно держать этот камень? — усталый голос Шайль выдает все нежелание находиться на «допросе».

— Да. Первый вопрос, — боблин бросил взгляд на бумажку. — Вы идете по улице и понимаете, что кто-то кричит из переулка, умоляя помочь. Ваши действия?

— Пойду и помогу, — пожимает плечами Шайль, и кристалл в ее пальцах загорается зеленым. — Это все-таки психологический тест. У меня такое уже спрашивали.

— Будь это психологическим тестом, вы бы ответили правильно, — улыбается Дриль, делая первую пометку. — Но это тест на качество работы детектива. Так что ответ неверный. В рабочее время вы занимаетесь исключительно вашей работой. То есть, расследованием преступлений, а не пресечением новых. Вне рабочего времени вы отдыхаете и держитесь подальше от неприятностей.

Бровь Шайль поднялась так высоко, что заболел лоб. Девушка перевела взгляд на Зойда, но тот лишь показал большой палец, сделав это незаметно для Дриля.

— Что за херьня? — прямолинейно спрашивает девушка, нервно затянувшись сигаретой. — Детектив помогает поддерживать порядок.

— Нет. Порядок поддерживают полицейские. Вы же помогаете полицейским в том, в чем они сами не компетентны, — Дриль причмокивает губами, переводит взгляд на бумагу. — Давайте не задерживаться и двигаться дальше по вопросам.

— Какого хрена вы спрашиваете меня? В отделении полно молокососов, спрашивайте их! — закипает Шайль, с возмущением переводя взгляд то на начальника, то на наглого коротышку. — Я два года работаю детективом и мне виднее, что и когда делать.

— Дело в том, что молокососов я опросил, пока вы пытались не опоздать на работу. После этого я ждал вас еще некоторое время, пока вы настраивались на рабочий ритм, — Дриль сверлит взглядом девушку, не выражая ни единой эмоции, кроме брезгливости. — Продолжим, детектив. В свой выходной день вы приходите в заведение, чтобы поужинать. Внезапно сфера освещения лопается, и в помещении наступает мрак. Ваши действия?

— Тьфу. Я встану и помогу работникам организовать освещение и разобраться в случившемся, — без запинки отвечает Шайль, игнорируя загоревшийся зеленым кристалл.

— Ответ неверный, — спокойно качает головой боблин.

— Ты издеваешься?!..

— Нет. Объясню: если вы вмешаетесь и попытаетесь помочь работникам заведения, вы можете помешать им. Если же взрыв магсферы связан с нападением преступников, вы скомпрометируете себя и это приведет к обострению конфликта.

— Каким образом я себя скомпрометирую? — возражает Шайль. — Это мой выходной, значит, я не ношу оружие и удостоверение при себе. Поэтому преступники не смогут меня опознать как полицейского…

Кристалл сочится ярко-красным. Дриль улыбается.

— Не буду спрашивать, зачем в свой выходной день вы носите оружие и удостоверение, продолжим тест. Ситуация следующая: вы пытаетесь задержать подозреваемого волколюда, и тот начинает убегать. Каким образом вы испортите эту ситуацию, детектив Шайль?

— «Испорчу»? Я тебе не девка сопливая, — огрызается девушка. — Достану пушку и прострелю ублюдку колено, пока он не удрал слишком далеко. После этого скручу и доставлю в отделение. Если он убегает, значит, виновен.

Нужно ли сообщать, что кристалл загорелся зеленым? Вряд ли Шайль может быть против таких радикальных мер…

— Ох… Смотрю, ваш лучший детектив умеет принимать наихудшие решения, — бормочет Дриль, даже не глядя на улыбающегося ёрка. — Во-первых, сначала вы должны произвести предупредительный выстрел в воздух. То есть, вверх. Только после этого можно стрелять. Во-вторых, стрелять по волколюду опасно. Болевой шок может привести к случайному обращению, после которого неизменно возникнут жертвы. В-третьих, вы детектив, а не полицейский. Ваша работа — расследование. Вы не ведете работу в одиночку. Определили главного подозреваемого и тут же доложили коллегам из соответствующего отдела. На этом ваша работа завершена, если только допрос не докажет невиновность подозреваемого. В-четвертых, побег не всегда свидетельство вины. Нервы все еще могут сыграть дурную шутку с каждым. Все ясно?

Шайль качает головой. Бросает окурок в почти пустую чашку кофе. Вздыхает. И начинает говорить. Медленно, с расстановкой:

— Прикройте глаза, потому что сейчас эта стеклянная хрень будет светиться зеленым так ярко, как никогда не светилась, — предупреждает девушка. — А теперь объясню тебе, карапуз несмышленый, как устроен реальный мир. Пока мои «коллеги из соответствующего отдела» будут искать подозреваемого, тот успеет смыться в любой из шести свободных миров. И погранцы ваши нихрена с этим не сделают. А по поводу волколюдов ты мне можешь ничего не затирать, я и сама себе вполне…