– В смысле? Еда ненастоящая?

– Еда настоящая. Просто другая.

– Как это?

– Сейчас узнаешь.

Мы стали разминаться оладушками. Я испытал небольшой шок. Вкус постоянно варьировался. То был вкус обычных оладушек. То вкус свежего банана. То вдруг они походили на персик и чесночные гренки. Под конец, они стали вкуса шоколада и доедал я уже, что-то вроде несладкой репы. Скорее всего, это была редиска или редька. Я не понял. Потому что, запив всё это дело кофе, пришёл в некоторое странное состояние, будто мне дали попить кленового сиропа, присыпанного густо солью. Я чуть не подавился.

– Ну как местная кухня?

– Брутально, – откашлялся я. – А здесь ничего нет попить, помягче? Лимонад, например.

– А ты предстать, что у тебя вода, оно и станет вкуса воды. Я вот кофе пью и вкус у него соответствующий, между прочим. Арабика стопроцентная.

Я приник к белой чашке в форме слона, где хобот был ручкой и отпил вновь. Вместе загаданной воды, вкус был как у хорошего кофе. Я ещё раз попытался представить обычную воду, но выходили только какао и зелёный чай.

– Теперь ты подкрепился амиго? – спросил Пиф, собираясь уходить.

– Более чем ковбой. Я теперь надолго запомню этот странный завтрак и самые странные сутки за последние лет тридцать. А теперь ты можешь вернуться меня обратно? Здесь я себя чувствую не очень комфортно.

– Что, домой захотелось?

– Честно говоря, да.

– Без проблем, – Пиф поковырял зубочисткой во рту, положил её на стол, одел шляпу и встал. – Ну, пошли. Вернём тебя домой, амиго.

Мы вышли на своих кенгуру, когда начался сильный солнцепёк. Моему кенгуру было заметно легче и проще идти, с весом одного ездока и он шёл легко и непринуждённо, словно меня на нём не было вовсе. Наши вчерашние следы успело замести песком, но мы без труда двигались вдоль тёмным скал, а когда они закончились, ориентировались на тоже направление, но уже примерно и по солнцу.

Сквозь знойное марево, впереди стали различимы серовато зелёные цвета. Виднелся город, в котором я живу. Та его часть, из которой мы и пришли. Это было очень странно, возвращаться в него из этого места. Пиф молчал всю дорогу, пребывая на прямых участках в лёгкой дрёме. Наверно когда идёшь так верхом весь день, волей неволей вырабатывается привычка спать, не только в метро, самолёте и поезде, но и вот так, как совершенно естественное явление, на медленном ходу.

Одна жара неспешно сменилась другой. Более душной и отравленной городом. Небо стало тусклее. Шум машин, после суток проведённых в пустыне под открытым небом, оглушал. Я приметил магазин, из которого вышел, дорогу, где прошёл Пиф, тротуар, где он предложил отправиться мне с ним. Оглянулся. Та же самая зыбкая граница, но никто в упор не хочет её замечать.

– Ну как тебе возвращение?

– Признаться Пиф, не очень.

– Так пошли со мной дальше амиго. Раз тебе выпал такой шанс. К тому же, – Пиф посмотрел на красивых девушек прошедших мимо и зазывно им подмигнул, те засмеялись, но скорее одобряя его, чем смеясь над его внешним видом, верхом на кенгуру, в компании с таким же странным попутчиком, как я по местным меркам.

– К тому же что?

– К тому же здесь всё ненастоящее.

– Это чего именно на твой взгляд здесь не настоящее?

– Ну, я не говорю, что прям всё-всё. Я говорю, большая часть вещей тут обман.

– Ты гонишь?

– Да взять хотя бы твою подругу.

– А моя подруга-то здесь причём?

– Вот она, самое первое ненастоящее в твоей жизни событие. Только ты этого пока не осознаёшь. Потому что она тебе с одной стороны безразлична, а с другой, ты предпочитаешь иногда одиночеству, время проведения с ней.

– Ерунда. Наличие того мира, показал я назад, на его марево, ещё не говорит о том, что моя подруга фэйк.

– Убедись сам, – с серьёзным лицом, сложил руки на груди Пиф.

– Да не собираюсь я ничего тебе доказывать, если знаю сам.

– Знаешь что? – перебил меня Пиф и делал паузу. – Просто позвони ей. У тебя ведь есть телефон?

– Дома оставил.

– Из кафе позвони. Дома у тебя, кстати, тоже нет, – я улыбнулся на его высказывание, но ноги мои уже шли в направлении кафе, тогда как Пиф, остался присматривать за моим кенгуру.

Я набрал её номер по памяти, он был довольно простой, чтобы я его забыл. В ответ, мне пошли длинные гудки. Тогда я попросил у персонала сотовый, ссылаясь на возможные злоключения в семье и свою дырявую голову, раз не взял с собой телефон.

– Набранного вами номера, не существует, – ответил мне бот женским голосом.

Повторение звонка, не принесло результатов. В груди у меня закрались подозрения на счёт правдивости слов Пифа. Но кто он такой, чтобы знать это наверняка. Я твёрдо решил ехать домой. Выйдя, я чуть не поймал такси, вовремя опомнившись, что меня ждёт мой верный кенгуру.