— Это очень опрометчиво и на тебя не похоже!

— Похоже, ещё как похоже! Просто мне всегда приходилось сдерживаться. А так головы бы летели в разные стороны, если ты понимаешь, о чём я.

— С одной стороны я могу тебя понять. Он поступил как последняя крыса и заслужил такой смерти, но с другой… Тара, мы же взрослые люди и работаем в такой сфере, где лишние эмоции противопоказаны. Ты могла оставить след. Ты не убрала свидетеля!

— Невинная свидетельница. Почему я должна её убивать? Я не дала ей увидеть своё лицо. Не дала увидеть убийство. Если она и рассказала полиции, что Скотта убила женщина, то что с того?

— А то, что круг подозреваемых сужается. Про тебя полиции ничего не известно, тебя нет в их базе. Ты, как человек, в принципе не существуешь! Но если попадётся дотошный следователь и проверит записи с камер наблюдения по прошлому адресу проживания Скотта, то на них будешь ты. И тогда, они будут искать тебя по внешним данным, по старинке, по фотороботу!

— Винс, поверь. Меня не найдут. Я собираюсь исчезнуть навсегда.

— То есть, как это навсегда? — опешил Винс, подняв свои густые брови.

— Ну вот так, я не хочу больше заниматься этим, не хочу больше тут жить. Мне всё надоело, я хочу исчезнуть!

— Если я захочу тебя найти, не получится? — занервничал он.

— Не получится, — ответила Тара, поджав губы, — Но я буду на связи! Не всегда, но буду. И сама тебя найду, если что, — мягко улыбнулась она.

— А почему ты сказала Дженнифер совсем иначе? Ты что-то скрываешь и мне это очень не нравится! Если нужна помощь только скажи! — устремив свой взор прямо в глаза девушки, сказал Винсент.

— Нет помощь не нужна, всё в порядке. Но я действительно не имею права разглашать подробности и место моего пребывания. Прошу тебя, пойми меня! Я очень вас люблю, вы мои лучшие друзья! Но у меня есть право на тайну и личную жизнь. Я буду на связи.

— Мне тяжело это принять, Тара! Налаживай личную жизнь сколько угодно, но зачем такие тайны и переезды?

— Так необходимо, это неизбежно, — тихо ответила она.

— А если там с тобой что-то случится?

— Вернуться всегда можно!

— Я надеюсь… — положив свои теплые руки на плечи Тары, сказал Винсент.

«И я надеюсь», сказала про себя Тара, опустив глаза. Она задумалась на секунду, но быстро взяла себя в руки.

— Винс, ты наверное, уже понимаешь, что мне нужна нормальная тачка? — резко улыбнулась Тара, сменив грустную тему.

— Это точно, могу кое-что предложить тебе, только с возвратом, — вскинул одну бровь Винс.

— Не проблема! Эту мне тоже надо будет вернуть в прокат.

— Ты взяла её в прокате?

— Ага! Мне пришлось! Нужна была неприметная машина, а времени в обрез! Я взяла, что было, — пыталась оправдаться девушка.

— Могла бы позвонить мне.

— Не могла, Винс! Значит не могла, раз не позвонила.

— Ладно, будешь кофе?

— О да! Твой неповторимый, густой и самый крепкий ристретто! Буду с удовольствием!

Винсент заказал себе кофемашину прямиком из Рима. Его корни давали о себе знать, даже чаще, чем хотелось бы ему самому. Он обожал кофе, очень любил мать и её великолепную пасту, совсем не торопился съезжать из родительского дома и создавать свою собственную семью. Несмотря на то, что на Родине он бывал довольно редко, ощущение создавалось, что Винс только недавно переехал и не успел привыкнуть к местному укладу жизни.

В помещение прорвался бодрящий, горьковатый аромат кофе. Он коснулся ноздрей девушки и тут же её взбодрил. Она сделала глубокий вдох. Даже аромат способен был поднять на ноги и пробудить любого, не говоря уже о глотке этого напитка. Только Винсент мог приготовить эту маленькую двадцати миллилитровую прелесть, так профессионально и вкусно! Ни в одной кофейне не делали такого чуда!

Наконец, он вынес из подсобки две милые чашечки с драгоценным напитком и протянул одну из них Таре. Она поднесла чашечку к носу и сделала вдох.

— Это великолепно, Винс! А ты не думал бросить свои жестянки и открыть кофейню? Ты мастерски готовишь кофе!

— Думал. Ты знаешь, наверное через лет так десять, я открою свою кофейню и даже сам, иногда буду выступать в роли баристы, — отпив маленький глоточек кофе ответил Винс.

— Я буду торчать у тебя все свои свободные часы! — произнесла Тара и тут же замолчала. Ведь, скорее всего, она никогда не посетит его кофейню.

Они какое-то время просто сидели, попивая кофе мелкими глотками. Тара осматривала кабинет и находила глазами всякие новые, антикварные штучки на полках: резные шкатулки и причудливые статуэтки, книги в потертых обложках, ручки.