Крис только взглянул на напряженное лицо Эмиля, вышедшего из ванной вслед за госпожой, его руки, сжатые в кулаки, и понял, что, либо того за что-то серьезно наказывают, либо он сам здесь лишний.

— Я пойду? — вопросительно обратился он к жене, понимая, что лучше уйти самому, это не так унизительно.

— Нет, куда ты, останься, — предвкушающе прищурилась она, — я же сказала, что хочу обоих.

Крис начал о чем-то догадываться, и эти догадки ему не понравились, испугали.

— Послушай, солнышко, я все-таки пойду, обещаю, что точно не буду ревновать, по крайней мере, вы оба об этом не узнаете. Я боюсь что-то тебе сделать, вдруг будет больно! — попытался он объясниться.

— Иди сюда, ничего ты плохого не сделаешь. Я хочу — значит, хочу, если будет плохо, тут же скажу, — ответила Анита. — Я достаточно ценю и уважаю себя и вас, чтобы не делать того, что не нравится. Ты мне только скажи, ты сам хочешь, чтобы мы сейчас втроем..?

— Да, черт возьми, я хочу, я уже не могу терпеть, у меня же выдержка хуже, чем у Эмиля. Детка, только…

— Слышала уже, поняла — никто ни о чем не пожалеет, я в первую очередь. Солнышко, иди сюда, — Анита помнила к себе Эмиля.

Крис посмотрел на нее, окончательно удостоверившись, что та не шутит, и развил бурную деятельность: взял флакончик со смазкой, начал целовать и массировать спину жены, осторожно перемещаясь ниже, пока Анита не поторопила его, провокационно изгибаясь:

— Можно побыстрее, я уже тоже не могу терпеть…

Крис принял это как руководство к действию и начал подготавливать и растягивать ее, молясь про себя, чтобы не быть все-таки слишком торопливым и не причинить боли и не напугать.

— Да-да, можно, — подтолкнула его Анита к решительным действиям.

Она внезапно как будто увидела все это со стороны: наверное, такая ситуация могла бы быть в триллере — женщина и двое мужчин, с которыми она будет заниматься любовью. Наверное, в этом триллере героиня чувствовала бы себя напуганной и использованной, вот только здесь и сейчас все было по-другому: мужчины больше всего боялись как-нибудь оскорбить ее или причинить боль, а Анита чувствовала свою небывалую власть над ними. Власть, любовь, ответственность… оказывается, ей этого очень не хватало. «Нет, не пробуйте повторить такое самостоятельно, это только мне повезло» — самодовольно подумала она. Да, завтра она вспомнит о существовании многих мышц и мест, которые станут очень чувствительными, но и тогда ни о чем не пожалеет.

Анита замерла, пережидая первое непривычное проникновение; Крис сдерживался и был готов отпустить ее в любой момент.

— Все, можно, — шепнула она и, затем, чувствуя Кристиана в себе, кивнула Эмилю.

«Точно ненормальная, такое придумать» — посмеялась она над собой, но неверяще-счастливое выражение лица второго мужа искупало все. Подойдя к ней, он внезапно встал на колени, удивив Аниту своим самостоятельным решением; но, когда он осторожно дотронулся губами до внутренней стороны бедер и прошелся с поцелуями вверх, она перестала оценивать его действия. Было слишком приятно, невероятно возбуждающе и хотелось отключиться. Дальнейшее она воспринимала как в полусне: поцелуи, потом касание языка там же, постепенно поднимающееся выше; щекотное дыхание на коже, а потом язык Эмиля внутри нее, именно так, как хотелось.

Крис подстраивался под ее ощущения, под ее ритм, и Анита прекрасно понимала, что чтобы получить удовольствие самому, наверняка он должен был проникать сильнее, глубже, резче. Впрочем, такое редкое и неожиданное удовольствие вряд ли можно сравнить с обычным сексом, поэтому, возможно, ему тоже хватало незабываемых ощущений. Чувствовать сейчас их троих единым целым — это дорогого стоило!

Эмиль все-таки довел ее до оргазма языком, и теперь стоял, тяжело дыша, ожидая дальнейших решений. А сам… сам все еще возбужден, невероятно, как он столько продержался!

— Солнышко, а теперь я хочу, чтобы ты тоже был со мной и получил удовольствие, — Анита сделала Эмилю знак встать и прижала к себе, чувствуя его напряженный член.

— Сейчас можно по-инопланетному, — шепнула она ему, погладив все выступающие части тела, — я разрешаю.

Эмиль поднял на жену взгляд, по-видимому, не веря услышанному, потом опустил глаза, медленно и неудержимо краснея. Аните пришлось снова притянуть его к себе, обвив руками шею и заставив наклонить к ней голову, чтобы поцеловать полуприкрытые глаза и горящие малиновым румянцем щеки. «А теперь я разрешаю и даже настаиваю, чтобы ты кончил», — шепнула она ему в ухо.

Эмилю так и не удалось в должной мере оценить экзотический и редкий на их планете вид секса, потому что он не смог продержаться долго, кончив практически мгновенно. Крис давно уже просто поддерживал Аниту, наслаждаясь близостью и наплевав на все условности.

— Госпожа, — Эмиль как будто что-то понял, — это ведь не потому, что вы нас завтра усыпите или отдадите кому-то, и хотите, чтобы мы запомнили это необыкновенное… этот праздник?

Крис ошеломленно посмотрел на Аниту. Было понятно, что до этого ему такая мысль в голову не приходила, но вдруг Эмиль озвучил общие страхи.