Тимонилино, недолго думая, полез в тёмную квадратную дыру и совсем скоро окрикнул нас:

— Принимайте там наверху!

Холмов, опередив меня, склонился над открытым люком, опустил туда руки. А через миг вытянул на белый свет растрёпанную, отчего-то отчаянно брыкающуюся и не перестающую громко мычать, связанную девицу с кляпом во рту.

Я помог инспектору извлечь девушку из люка и усадить на пол.

Ну вот, обмануть нас, похоже, хотел фанатичный обдолбыш Василий. Никуда похищенную Антонину не увезли. Вот она целёхонькая, только малость помятая.

Вылез из погреба Тимонилино. Девушка, зыркнув на него зло, заскребла по полу ногами, пытаясь отодвинуться подальше. Замычала ещё активнее. Она что, орков никогда не встречала?

— Эй! Эй! Успокойся! — я схватил девушку за плечи. Запашок от неё, конечно, тот ещё исходил, ни разу не айс. Вроде даже мочой слегка попахивало. Но повстречай я орка впервые при таких же обстоятельствах, что и девушка, от меня тоже после далеко бы не розами пахло. — Мы тебя спасать пришли. Всё в порядке. Мы из сыска, а орк с нами. Не бойся. Я сейчас кляп вытащу, ты только не кричи.

Не так-то просто оказалось выполнить обещание. Тот, кто связывал девицу, изрядно постарался. Узлов, паразит, поназавязывал, фиг распутаешь. Пришлось брать у орка кинжал, вид которого заставил девушку пугливо выпучить глаза.

— Да не бойся ты, — я разрезал верёвку, фиксирующую кляп. Вытащил туго скрученную тряпку изо рта девушки. — Тебя Антониной ведь зовут Золотовой, верно?

Но та, к моему удивлению, активно замотала головой:

— Нет. Авдотья я Ключникова.

Вот ведь непруха! Спасли, да не ту.

Нет, оно хорошо, что хоть кого-то спасли. Но, получается, что Золотову возможно действительно увезли куда-то для очередного обряда жертвоприношения. А где тот обряд будет проходить, чёрт его знает. Нужно как-то у Василия выпытывать.

Вот орк его вырубил, пусть сам теперь и в чувство приводит, и информацию из него выбивает. Тимон в этом деле ещё тот спец. А сатаниста мне и не жаль вовсе. Конченный он. По таким виселица плачет или каторга пожизненная.

— Ты как здесь очутилась? — поинтересовался инспектор, помогая мне распутывать связывающие девушку верёвки.

— Меня Митрий обманул, — всхлипнула та и уткнулась лицом мне в плечо, обжигая горячим дыханием.

Ага, запас ярости иссяк, пришло время слёз и соплей. Только бы истерику нам тут не закатила.

На всякий случай погладил девушку по голове и легонько успокаивающе похлопал по спине:

— Не плачь, всё же обошлось уже.

— Митрий это Игнатов который? — уточнил Холмов.

— Угу, — кивнула, шмыгнув носом, Авдотья, — он. Сказал, что нашёл силу чудесную, что может любые желания исполнить. Мол, его роду процветание вернуть обещано и богатство неземное. А меня он избранницей видит, и судьба мне особая уготована. Вот и пошла я за ним.

— В принципе, — прикинул я, — не сильно-то он тебя и обманул. Судя по всему, судьба тебя ещё та ждала.

— Мы как сюда заявились, — Авдотья не обратила внимания на мою реплику, — так меня и схватили. И в подпол запихали. А там темно, холодно и мыши. А ещё сказывали, что сидеть мне туточки до той поры, пока Зверю я не понадоблюсь.

Похоже, бедолага решила, что Тимон и есть тот зверь, что должен был за ней явиться. Дискриминация, однако, на лицо. По расовому признаку. Я бы на месте орка обиделся. Хотя его, похоже, подобная хрень не тревожила, он о другом думал и спросил:

— А девица тут была ещё какая иная? Или тебя одну в подполе держали?

Вот это правильный вопрос. Всё же необходимо было понять, сатанисты Золотову похитили или нет. Наврал нам Василий про готовящийся нынче обряд или правду сказал?

— Была, дяденька, была, — Авдотья уже перестала со страхом коситься на Тимонилино, но всё же из опаски старалась держаться от него подальше, всё больше и больше доверчиво прижимаясь ко мне. Даже в руку вцепилась, будто боялась, что мы её тут бросим. Я плечом почувствовал упёршуюся в меня упругую девичью грудь. Ещё немного, и обниматься, не дай бог, полезет.

Нет-нет-нет, у нас с тобой, милая, ничего не будет. У нас других забот полон рот.

Вот ведь зараза! Ну какого чёрта мысли у меня опять совсем не туда съехали? Ведь сама Авдотья наверняка даже и не помышляла ни о чём таком. Просто стрессанула хорошенько, а меня теперь чисто как маяк спокойствия воспринимала. И никакой сексуальной подоплёки.

Тимон, похоже, все мои мысли по выражению лица прочитал. Хмыкнул насмешливо, головой покачал типа с укоризной и к Василию утопал. И правильно, вдруг тот прочухается и сбежать надумает. А меня лечить не нужно. Я и сам в себе разберусь.