– Я… Я не совсем понимаю, о чём вы говорите. Вы можете рассказать, что произошло и почему я тут? И кто вы?

– Хорошо, крошка, я освежу тебе память. Три дня назад ты выскочила на дорогу и тебя сбила машина. Вот скажи мне, ты от рождения такая тупая, что не знаешь в каких местах нужно переходить улицу? Или ты состоишь в клубе самоубийц?

Ошеломлённая неожиданной новостью, я нахожу в себе силы, чтобы сесть, и озлобленно смотрю на мужчину. Урод! С языка так и рвались ответные слова, но озвучивать их я не спешила. Заметив на своих руках несколько синяков и царапин, я морщу носик. Теперь понятно, почему всё тело так болит. Неожиданно, словно по щелчку, воспоминания начинают врезаться в сознание. Я вспомнила, как сбежала из приюта, как убила охранника. Как меня сбила машина и меня подбросило в воздух… Но, чёрт возьми, я точно помню, что переходила дорогу в положенном месте.

– Это какая-то ошибка! – возразилая, вновь смотря на мужчину, – Это вы сбили меня! Я была на пешеходном переходе, когда Вы на дикой скорости выехали из-за поворота и сбили меня.

Внезапно, мужчина залился громким хохотом, отчего мне стало не по себе. Что не так с этим парнем? Он ненормальный? Откинувшись на спинку кресла, он смеялся в голос. Да что, чёрт возьми, происходит?

– О нет, крошка, если бы я сбил тебя, то оставил бы подыхать там, на дороге. Меня, кстати, зовут Райли. Но тебе повезло, хотя я бы так не сказал. Тебя сбил наш лидер, и, поверь мне, если бы не твоё симпатичное лицо, тебя бы сейчас здесь не было. Итак, ситуация такова: ты переходила дорогу в неположенном месте, и, к несчастью, тебя сбила машина. Которая скрылась с места преступления, – ответил он, кидая мне на кровать папку с какими-тобумагами, – Официально ты признана мёртвой. Вчера были похороны.

– Что? – шепчу я, дрожа от страха. О чём он говорит? Мертва? Его слова, как и поведение, казались для меня чем-то непонятным. Словно он говорит на иностранном языке. В голове образовалась вязкая субстанция, мешающая ясно думать. Я буквально потерялась в пространстве. Сквозь шум в ушах до меня доносится его голос, разъясняющий детали аварии, и подробности моих смертельных увечий. Причём таким безразличным голосом, будто он видит подобное каждый день. И это чертовски пугает меня! Сжав руками шёлковую ткань, чувствую, как внутри меня зарождается паника.

– Ну, как-то так. На самом деле ты была так изувечена только на бумаге, чтобы дело побыстрее закрыли. А в реальности ты отделалась парочкой ушибов. А теперь, самое интересное. Всё намного хуже. Не спеши расслабляться. То, что официально тебя признали мёртвой, означает, что своей жизнью и судьбой ты больше не владеешь. Теперь твоя жизнь зависит только от Молота. Ты очень сильно понравилась лидеру клана, и он решил сделать тебя своей нижней. Теперь ты его собственность, подстилка, шлюха. Можешь называть это, как хочешь.

О, чёрт! Нет! Нет, нет, нет. Только не это! Неужели меня сбил какой-то рабовладелец? В приюте, я не однократно слышала разговоры о сексуальном рабстве, но, по словам воспитателей, всё находилось на востоке. А на деле выясняется, что подобное есть и здесь. Но… Но почему я? Во мне нет ничего, чтобы могло привлекать мужчин! Я не могу стать чей-то подстилкой! Страх и паника окутали меня. Его слова о том, что я не владею своей жизнью, въедались в сознание! Об этом ли я мечтала, строя план о побеге? Нет! Я сбежала из приюта ради свободы, и что в итоге? Я вляпалась по уши в дерьмо! И только одному богу известно, как мне надо выбираться из него.

– Послушайте, это просто случайность. Отпустите меня…. Пожалуйста, прошу вас, – шепчу я, смотря на мужчину с немой просьбой. Наивно надеясь на то, что он выполнит её.

Внезапно, Райли подрывается с места. Злобно рыкнув, как дикий зверь, и, сжав руки в кулаки, он подходит ко мне, садится рядом, хватает меня за горло и вдавливает в кровать. Я чувствую адскую боль в теле, жадно глотаю ртом воздух. Слёзы скатываются вниз по щекам, а паника заставляет сопротивляться ему. Он ловко обездвиживает меня, лишая всякой свободы. Его пальцы сдавливают моё горло, перекрывая доступ воздуха, и я хватаю его руку своей, надеясь ослабить давление. Но всё без толку. Перед глазами темнеет, но даже сквозь мрак я вижу безумные чёрные глаза напротив.

– Слушай сюда, мразь, – рычит он, сдавливая мои щёки рукой, – Слушай и запоминай. Отныне и впредь, здесь ты не имеешь никаких прав, ясно? Ты всего лишь шлюха. Твоя обязанность раздвигать ноги, когда попросят. Брать в рот, трахаться до потери сознания. Ты – ничто. Ты – подстилка. В Дуйстрэне ценится лишь твоё тело, так что оставь всякую хрень о человечности и чувствах в прошлом. И даже не вздумай тешить себя мыслями о свободе и побеге. Пока Молот отсутствует, ты находишься под моим покровительством. А это значит, что твоя жалкая жизнь в моих руках. Я не терплю неповиновения! Запомни, я с лёгкостью могу отдать тебя парням, чтобы те хорошенько «поиграли» с тобой, но Молот запретил тебя трогать. Скажи ему спасибо. Если ты попытаешься сбежать, то я переломаю тебе конечности. Уясни, что отныне ты подчиняешься правилам. За их нарушение тебя ждёт наказание. Отныне ты не человек. Ты – собственность хозяина. Его питомец, шлюха. Ясно?!

– Д-д-д… да, – хриплю я, схватив его за руку, пытаясь сбросить её. Он отпускает меня и, окинув презрительным взглядом, забирает брошенную им ранее папку с бумагами. Я давлюсь стремительным потоком воздуха, и отползаю к левому краю кровати. Рабыня? Хозяин? Слёзы скатываются вниз по щекам, виски пульсируют, в груди сильно давит, а тело судорожно дрожит. Страх стал единым целым со мной. Он въелся в кровь, сознание. Не сказав ни слова, Райли встаёт с кровати, явно довольный эффектом своих слов. Я испуганно смотрю на спину мужчины. Паника зарождается внутри, смешиваясь со страхом. Они беспощадно бьют по мне, не оставляя шансов для защиты.