Вторжение в мою попу было внезапным, но приятным. Антон оставил мою киску в покое, и занялся анусом, растягивая пальцами его. Низ живота стянуло от возбуждения до боли, я чувствовала, что простынь подо мной в районе бедер уже мокрее меня самой. Ощущения в попе были странными, но приятными. Впрочем, от неопытности для меня все ощущения были странными.

Антон вынул из меня пальцы и теперь водил меду булочек членом. Я чувствовала, как легко скользит его твердая головка, а затем давление на вход. Я истнктивно сжалась.

– Нет-нет, Настюша, – раздался голос Антона. – Не зажимайся! Расслабь попочку и глубоко вдохни.

Антон шлепнул меня по ягодице членом и снова приставил его к анусу. Он ждал. Терпеливо ждал моего расслабления. Между тем, его пальцы снова немного поиграли с моей киской.

Как только мои легкие шумно наполнились воздухом, Огнев наполнил мою задницу своим членом. Сразу до упора, так что яйца впечтались в ягодицы. Никаких "на полшишечки" или пробничков. Он сделал это уверенно и четко.

– Черт! – вырвалось у меня.

– Больно? – спросил мужчина.

Я не ответила, прислушиваясь к ощущениям. Туго, непривычно, некомфортно, но, нет, не больно. Не дождавшись от меня ничего вразумительного, Антон начал двигаться во мне. Снова ничего не добился.

– Отлично! Становись на колени! – приказал он. Подхватив меня под животом, помог принять мне желаемую позу. – Прогни спину!

Антон нажал мне на поясницу, заставляя выпятить попку. Я была сейчас как безвольная кукла в его руках, которую он сгибал, двигал, ставя так, как ему нужно. С членом в заднице инициативу особо не проявишь, так что оставалось довериться ему.

– Ноги шире! – последовала от него очередная команда. – Заебись!

Одной рукой Огнев взял меня за шею, придавив намертво к кровати, а вторую просунул под мой живот, чтобы ласкать складки. Я застонала, чувствуя движения сразу в двух своих дырочках. Возбуждение во мне ширилось и росло. Я зажмурилась от напряжения, поймав себя на том, что сама подаюсь мужчине навстречу. Антон двигался медленно и осторожно, нежно, как и обещал, но я уже жаждала большего.

– Антон, пожалуйста, – всхлипнула я. – Еще, боже!

Он только усмехнулся в ответ, и начал долбить меня жеще и яростнее.

Я кончила, едва устояв на ногах, до боли комкая простынь в руках. Антон подхватил меня за бедра, не давая упасть на постель. Шлепок по ягодицам, а затем еще один, привели меня в чувство. Мужчина приподнял мою попу в исходное положение, вцепился пальцами в ягодицы и толкнувшись в меня еще несколько раз, тоже кончил, рыча и матерясь, как будто конец света наступил.

Он освободил меня от своей плоти и разжал руки. Меня повело, и начала заваливаться на бок.

– Тише-тише! – поймал меня мужчина, осторожно укладывая на постель.

Я наконец-то открыла глаза и посмотрела на Антона. Он тоже смотрел на меня. В его взгляде было столько нежности и радости, что мне снова поплохело. Я уже решила, что завтра ухожу от него. Нечего на меня так смотреть! Он убрал с моего лица прилипшие мокрые пряди и провел по щеке рукой.

– Как ты, мелкая извращенка? Пить хочешь? – с улыбкой спросил он.

Говорить я не могла, только кивать. Антон налил мне остатки шампанского и протянул бокал. Я осушила его залпом, жажда была дикая. Мужчина сделал то же самое и со своим бокалом.

– Спасибо! – выдохнула я, и Антон иронично изогнул бровь. – Ты обещал, что я скажу спасибо. Вот... А говорил, что массаж не умеешь делать?

– Клянусь, делал в первый раз! – побожился Огнев, прикладывая руку к груди для убедительности. – Пойдем-ка я тебя вымою, грязная девчонка!

Антон с легкостью подхватил меня на руки, а ведь я никакая не маленькая, как он меня называет. Я нормально питаюсь, на диетах не сижу, в отличие от него.

– Я не хочу мыться! Я хочу полежать! – запротестовала я.

– Помоешься, поешь, а потом лежи, сколько влезет! – настоял Антон, продолжая тащить меня в ванную. – Надо покушать, Настя, ты мне сильная нужна!

– Антон, давай, теперь ты сверху! – потребовала Настя, еле ворочая языком от усталости.

Не пьяная, а язык заплетается! Еще бы, столько им сегодня пришлось поработать!

Девка приголубила две бутылки шампанского в одно лицо, и хоть бы что. Настя пьет, как конь, и трахается, как конь! Уже ноги ее не держат, но она продолжает цепляться за мой член. Вот, где жадоба!Какой бес в нее вселился? Говорю же, Сатана!