— Предоставь это мне… — в считанные секунды Илья освободился от своей одежды.

Тихий стон вырвался у меня, когда он прилег рядом. Острое желание заставило меня вновь прижаться всем телом к нему. Надеюсь, эта сладкая пытка будет длилась вечно! Я поцеловала его в шею, там, где билась и пульсировала жилка, потом прижалась головой к его плечу, вдыхая замечательный мужской запах.

Его руки не знали покоя, они гладили, ласкали, вызывая у меня дрожь.

Бережно коснувшись ладонями моей груди, Илья приподнял округлые холмики и, наклонившись, провел языком сначала по одному соску, потом — по-другому.

Медведь рассматривал меня так откровенно и беззастенчиво, что мне невольно захотелось прикрыться, спрятаться от его властного всепроникающего взгляда.

Я не сводила глаз с его крепкого мужского орудия, которое меня словно гипнотизировало. Признаться, я немного боялась, так как в первый раз он причинил мне боль. Но мне не терпелось узнать, как это во второй раз, испытаю ли я обещанный Медведем кайф.

Илья продолжал пытку поцелуями, спускаясь все ниже и ниже, по подбородку и шее к нежной коже возле уха.

— Ах!

Мое тело натянулось струной и уже не подчинялось разуму. Его властные губы сомкнулись вокруг соска, и я, сама того не замечая, запустила пальцы в жесткие смоляные волосы.

 Я закрыла глаза и глубоко вдохнула…

Волна неописуемого наслаждения захлестнула, словно вода, и увлекла в любимое озеро. Мысли окончательно спутались, а пальцы вцепились с силой в простыню. Я привлекла его себе, показывая, что готова слиться воедино.

Медведь проник в мое влажное упругое лоно без препятствий. Громкий стон удовольствия вырвался из моей груди и эхом прокатился в разгоряченной тишине комнаты. В первое мгновение немного жгло, но когда он продвинулся дальше и оказался глубоко, я уже с трудом дышала от удовольствия. Он обнял меня, прижал к груди и начал медленно двигаться, набирая соблазнительно страстный ритм.

Я почувствовала, как на его спине напряглись мышцы. С каждым движением ритм становился все более настойчивым и стремительным. Наши вздохи становились все громче, отдаваясь эхом в плотном, напоенном страстью воздухе.

Илья взял мои ноги и закинул себе на спину.

Внезапно я почувствовала, что навсегда стала частью этого большого, сильного, надежного мужчины. Казалось, что именно в этот момент на нем свет сошелся клином!

Напряжение внутри меня стремительно росло и скоро достигло точки кипения, требуя немедленного освобождения. Дыхание давалось с трудом, и я уступила, замерла в надежде на еще неизведанное открытие. Я почувствовала свой первый оргазм вместе с ним!

Не в состоянии себя контролировать, я кричала, пока не почувствовала ощущение блаженного освобождения. Струна в моем теле расслабилась! Я уткнулась лицом в изгиб его шеи — умиротворенная и опустошенная, начисто лишенная сил.

Илья неподвижно лежал сверху, тяжело дыша мне в волосы. Лишь спустя вечность он осторожно пошевелился, приподнялся и освободил меня от тяжести своего тела. Медведь сжал меня в объятиях, как будто боялся потерять, погладил меня по волосам, а потом поцеловал в губы.

— Ты принадлежишь только мне! — хрипло прошептал он мне в лицо. — Я чувствую, что мы созданы друг для друга, и верю, что вместе мы одолеем все трудности!

Я улыбнулась ему в ответ, наверное, светясь от счастья, как светлячок. Думаю, ему этого было достаточно, так как он тоже ответил улыбкой. Илья привстал и, нагнувшись, достал из-под подушки маленькую бархатную шкатулку.

Взяв оттуда какой-то браслет, он как можно незаметнее застегнул их на моем тонком запястье.

— O, что это такое красивое? — я увидела браслет из красного золота с выгравированной птицей с распахнутыми крыльями, которые были усыпаны мелкими бриллиантами. Я прижала красивую штучку к груди.

— Ты должна была носить его после свадьбы… — Илья поцеловал меня и потянулся за штанами.

— Благодарю, мой сладкий, — я поцеловала его в плечо. — Куда это ты на ночь глядя?

— Яриша, с тобой хорошо, ты вынуждаешь меня позабыть о моих обязанностях.

В казино кое-какие дела, мне нужно идти, — тяжело вздохнул Романовский.

Но мне было все равно, я не хотела его отпускать. Мне нравилось то, что мое тело не давало ему сосредоточиться. Счастливая и удовлетворенная, я упала на кровать и стала наблюдать, как мой мужчина рассеянно одевается.

— Отдыхай, обещаю, я скоро вернусь, и мы продолжим! — Романовский бросил мне строгий властный взгляд и вышел из комнаты.

Когда Илья закрыл дверь, то меня охватило чувство радости, восторженной любви к жизни во всех ее проявлениях, и где-то внутри разрасталось ощущение тепла и яркого света.

Я почувствовала внезапно, что теперь Романовский принадлежал мне. Но надолго ли? Мне осталось лишь убедить его представить меня перед всем племенем, что я его жена. Я знаю лишь один способ, как это сделать!