— Точно.

— Это мы в ее комнату, что ли, забрались?

Торрен огляделся кругом, покачал головой.

— Нет, это совсем не ее комната. Слишком богато.

Мист прошлась вдоль стен, изучая шкафы.

– “Сравнительная анатомия”. “Основы хозяйствования”. “Фундаментальное строительство”. “Эльфийская радуга”. Однако! У кого это такой спектр интересов?

— И что здесь делала служанка Элианны, — добавил Торрен. — Она явно не убирается в других покоях, кроме комнат своей хозяйки. Она личная прислужница.

— Тем не менее, либо она тут копошилась, либо что, в комнате кавардак. Либо тут убирались, либо спешно собирались, чтобы смотать удочки.

— Дамочку надо допросить, — решил Торрен. — Только как? Зелье тут на ходу не сваришь.

— Надо было впрок наварить.

— Так оно портится, — с непередаваемой скорбью в голосе сказал парень. — Да и не умею я, рецепт только Виль знал, а от меня проку-то.

— Кончай прибедняться, нормально ты варил все, и Серый Мир, и Силу в ванной, и все на свете.

— Потому что по записям, — вздохнул Торрен, похлопывая бесчувственную девицу по щекам. — Эй, ты, глазоньки открывай, ты ж уже подслушиваешь, коза эдакая.

Девушка, поизображав бесчувствие еще немного, нехотя приоткрыла глаза, и Мист тут же втолкнула под ее взгляд Вейлариса, но Сейла даже не дрогнула, чем выдала себя с головой.

— Ага, — нехорошо обрадовалась Мист. — Значит, ты прекрасно знаешь, что по городу рассекал именно ваш Вейларис. И что он тоже сдыхоть — знаешь. Так, что ли, как там тебя? Сейла?

— А ничего я вам не скажу, — ответила девушка. — Хоть пытайти.

— А зелья нет, — грустно вставил Торрен. — Может, правда того? Попытать?

— Погоди, — Мист потерла запястье. — Тебе запретили говорить, угрожали?

— Ничего я вам не скажу, хоть режьти, хоть мучайти, а я молчать буду!

— Нет, конечно, иногда лучше помолчать, чем так издеваться над речью, — согласилась Мист. — Но не по приказу, а по веленью души. Тебя этот, еретик Раджехог запугал что ли? Так учти, я проклинать получше умею, чем он.

— Да и проклинайти, а я ничегошеньки не скажу, — пискнула служанка, и тут в дверь замолотили.

— Раджехог! Открывай, падаль!

— Да что с ним мелочиться, господин? Ломаем!

— Э, — Мист встрепенулась. — Это этот, Сорс, что ли? Как-то не вовремя.

— Или очень вовремя. Рах, подержи ее, — Торрен дождался, пока Эррах не слишком умело перехватит его жертву в свои объятия, и пошел к дверям, отряхиваясь и, видимо, готовясь к бою, если что.

— Тор!

— А если мы не откроем, будет хуже.

— Может, сбежим?

— А эта пеплова дрянь все по своему расскажет, и будет еще хуже.

— А так мы ее с собой.

— А потом куда?

— …Ломайте!

— Пепел в душу, — Торрен выругался, обрывая аргумент, и метнулся к дверям. — Стойте, стойте! Открываю.

— Это еще кто там? — переспросили за дверями, но Торрен уже поднимал засов. — Опять ты, молокосос, — с некоторым изумлением опознал его Сорс. — Ты-то откуда здесь? — он шагнул внутрь, отстраняя парня, и застыл, вглядываясь в лицо неживого Виля. — Вейларис, — он сделал несколько шагов вперед, забываясь, и остановился прямо перед племянником, который смотрел словно бы сквозь него. — Вейларис, — повторил он, протягивая руку и касаясь кончиками пальцев его плеча. — Значит, все правда. Умер, погиб, и проклятый Раджехог с со своим еретиком-подземцем его подняли из могилы послушной куклой, чтобы управлять моим братом.

— А откуда вы знаете про подземца? И вообще, — оживилась Мист.

— А откуда вы здесь взялись?

— Они ворвались! Это они подняли господина из могилы, все они, злыдни! — заверещала Сейла.

— А тебя, девка, постоянно у Раджехога видели, — зло бросил Сорс, оборачиваясь к ней. — Предала мою племянницу, злодею прислуживала и доносила — мне про тебя много напели.

— Неправда, они ложь, оговор! Я заради госпожи за коварцем следила, ей рассказывала!

— Коли б следила, то знала б, и донесла, с кем Раджехог — проходимец якшается.

— Давайте мы сейчас все успокоимся и обсудим по порядку, что кому известно, если вы, лэр, не считаете нас виноватыми.

— Вы тут несколько дней, а яд течет месяцами, — сморщил аристократический нос Сорс. — Но я все надеялся, что повезет, и Вейларис жив, и его просто прячут. Но, — он бросил взгляд на неподвижного воина.

— Но повезло не очень, — автоматически пробормотал Торрен.

— Он — как, просто стоит тут?

— Он их, их слушается, они его привели! — снова заверещала Сейла, пытаясь вырваться из рук Эрраха — почти успешно.