— Проклятье, они ведь не поверят, что её здесь нет. А вдруг…

На какое-то мгновение я подумал, что Мая могла не выдать настоящие расположение подруги, но она вроде не из тех, кто станет врать просто так. Однако откуда в платке столько болтовни, если три сожительницы ушли?

— Может, ещё кто к ним заглянул, — я досадно почесал за ушком. — Ну хорошо, и где это "куда-то"?

Я двинулся в сторону туалетной зоны. Надеюсь пересечься с Милли по пути, раз иного выбора нет. Так будет даже лучше, чем в толпе одноклассниц.

Приходилось огибать колючие кусты, спотыкаться о коряги и обходить толстущее сосны, попутно отмахиваясь от назойливых насекомых и удивляясь разнице летних температур ночью и днём. Старался поглубже зарыться подбородком в воротник куртки и прижимать руки как можно плотней к телу, кутая ладошки в мягкой полости карманов. Редкие порывы ветра по-прежнему заставляли вздрагивать даже жителя Эльдрсартена. Да, на севере страны зимы длятся почти по девять месяцев, но это не значит, что мне нужно было привыкать к постоянному холоду!

Внезапно я осознал, что совершенно один иду ночью по лесу, и посмотрел вверх. Звездное небо слабо просвечивало сквозь пелену сосновых веток, но достаточно, чтобы различить диск луны и пару известных созвездий.

"Всё-таки люди часто бывают оригинальны, когда дело доходит до отдыха" — вместе с мыслью в голову пришли воспоминания прошедших пары дней на природе: соревнования по разведению костра, постановке палаток, война шишками, прятки в лесу (за что учителя чуть не прибили), волейбол, благодаря остроумно натянутой меж двух деревьев сетке, и, конечно, купание в близлежащей речке.

— И я так думаю…

— Кто…

— Ты права… та ещё напасть…

Обрывки фраз, дотронувшиеся до моих ушей, побудили двинуться на звук. Кажется, я слышал Миллиан. Что ж, пора собраться и…

Неожиданно налетел порыв ледяного ветра! Он поднял в воздух мелкий мусор, землю и уже осыпавшиеся иголки. Полы куртки плотно сжали дрожащее тело, чьи кости сейчас промерзли до основания.

— От-ткуд-да т-та-а-акой х-холод?! — стуча зубами, поинтересовался я у леса, удивляясь обилию вывалившего изо рта туманна.

Не раздумывая, поворачиваюсь назад. К демонам это всё! Не хочу потом валяться оставшиеся дни лета с ангиной!

Второй порыв ветра не заставил себя ждать, и я бы уже сейчас припустил галопом до палатки, собирая лицом ветки с острой хвоей, если бы не…

— Нер… си… аль… — едва слышно прошептал ветер, отделяя каждый слог.

— Нерсиаль? — вторил я, почувствовав несвойственный интерес к слову.

Сознание заполнила пустота, а мир вокруг, закрутившись мириадами стволов и звёзд, исчез под властью захлопнувшихся век.

Пространство вокруг, изгибаясь и разжимаясь, понесло вверх. Проступили смутные очертания деревьев. Мир вернулся туда, где и стоял.

— Что произошло? — призадумавшись, я невольно почесался, хоть потребности в этом и не было. — Ай, что за?!..

Ну вот, хотел потереть ушко, а врезал себе какой-то, по ощущению, железкой.

— Боли нет, хм.

Я обратил внимание на «предавшую» меня конечность. Обычная рука с немного бледной даже после лета кожей. Если бы не меч.

— А?

Я замахал рукой, и металл с приятным звуком вонзился в податливую почву. Теперь я смог обратить внимание на само оружие.

Достаточно длинный клинок выглядел плавным и острым, но с налипшей на поверхность грязью и немного — ржавчиной. Тем не менее, в нём чувствовалась рука профессионала.

Чтобы найти несуществующий ответ, я достаточно изучил прошлое. Рассматривая рыцарей и их принципы, приходилось затрагивать и тему вооружения, так что знаю, о чём говорю. Эфес же, буквально просящийся в руку, продолжался грубоватой крестообразной гардой с инкрустированным мутно белыми камнем, похожий вставлен и в навершии. На доле, насколько верно знаю название «серединки» клинка, мелко мерцали черным витиеватые символы. Именно, что мерцали. Казалось, поверни немного поверхность клинка, и картинка пропадёт.

— «Нерсиаль», — прочитал я. — Это что? Название меча? Или, может, мастера? Как отличительная символика, только в словес…

В груди проснулось странное волнительное чувство, оно потянуло к холодной стали, и я сам не уследил за ловким движением рук. Эфес мягко лег в ладонь, словно был создан для неё. Я сделал пару пробных взмахов, давшихся не тяжело и не легко, можно сказать, идеальный вес, что удивительно для непривычно большого куска металла. Где-то под коркой, налипшей за годы коррозии на сердце, дал росток маленький цветочек, будто встретил давно потерянного друга или…