Но маг и не думал их упрекать.

– Не всегда же горевать? – заявила Анна. – Мы с Антоном вдоволь наревелись, за трёх погибших сыновей. Пришёл наш черёд утешать других. Жизнь закалила.

– Да, – муж обнял жену. – Мы многое пережили в этих пещерах, и теперь наслаждаемся каждым моментом и помогаем другим.

– Отрадно, что вы не унываете, – согласился Мерион. – Славно тут всё устроено. В нынешние времена люди нуждаются в доброте, но, боюсь, война зайдёт слишком далеко. Огромные армии идут на юг, я видел их со смотровых башен по пути сюда. Пещеры останутся глубоко в тылу. Нужно уходить сейчас, пока ещё не поздно.

– Многие собираются идти на юг, но мы не уйдём, – заявила Анна.

– Мы не оставим родные земли, – пояснил Антон. – Пусть даже в тылу врага, в постоянном страхе, нам не привыкать. В Гротах есть всё для жизни общины. Среди гор горячий источник наполняет всегда тёплое озеро, даже в самые лютые морозы. Там мы устроили грядки. Есть место и для скота, а в горах мы собираем питательные и целебные травы. Нам всего хватает. Мы жили тут много лет – выживем и теперь.

Мериону не стал отговаривать, он ещё в юности уяснил – каждый сам хозяин своей жизни и своей смерти.

Мага пригласили к их небольшому костерку, где Мариса укладывала спать малышку Киартану. Мерион попросился устроиться на ночлег поблизости и сбросил сумку на камень неподалёку. Они все вчетвером сели у костра и затеяли долгий разговор.

– Моё полное имя Гильдарион Миртувор Мерион, – представился маг за чашкой терпкого корня. – Я прибыл на север по заданию Ордена, в помощь людям, но… – маг опечаленно опустил глаза, – всё пошло не так, как я ожидал. У них в командирах оказался бродячий маг, и я потерпел поражение.

Мерион не стал вдаваться в подробности, а достал то, что осталось от посоха.

– Я, как и мой посох, оказался сломлен, но когда нашёл малышку, обрёл новые силы и добрался сюда. Мудрейшие наказали назвать её Киартаной – в честь великой воительницы древности.

– Дай-ка взгляну на посох, – попросил Антон. – Я работал в молодости по дереву, да и в последнее время немного этим балуюсь.

Мерион передал свёрток. Антон развернул ткань и осмотрел лохматые осколки белого дерева. Вертел по всякому, прикладывал друг к другу.

– Там нет одного… – предупредил маг.

– Да, не слабо его разнесло, – заключил Антон. – Но восстановить можно. И осколок не нужен. Я сооружу замену. Только придётся использовать штифты и стяжки. Работа займёт зиму.

– Боюсь, его сила будет уже не та.

– Может статься, что мощь даже возрастёт, – с хитрым прищуром ответил Антон. – Если использовать правильные материалы.

Маг не стал спорить. И весь вечер думал. Он сам не знал, как восстановить посох, не встречал никого, кто мог бы это сделать. Его беспокоило, что придётся остаться – Бассы перекроют все пути на юг. Маг захотел обдумать всё в медитации, спросить совета у Мудрейших. Он извинился и прошёл переходами в тёмный зал, где разместился на гладком камне.

Он думал о многом, но мысли путались, не давали сосредоточиться. И Мудрейшие молчали. Размышления привели его к Игонору. «Он сам виноват!» – решил Мерион, и сразу отбросил дурные мысли.

Сквозь Пелену маг ощутил лёгкие шаги неподалёку.

– Извините, что отвлекаю, – испугано заговорила Мариса. Она подошла ближе, когда маг открыл глаза. – Я… я хотела попросить вас… Вы отправите Киартану на юг? Могу я её опекать по пути? Я буду о ней хорошо заботиться, как о собственной дочери…

Нависла неловкая пауза. Мерион ждал, что Мариса расскажет больше, но она молчала.

– Да, конечно, – ответил Мерион, не спуская с неё проницательного взгляда. – Знаешь, я сам хотел просить тебя об этом, только не знал, как.

Оба снова помолчали. Её испуганный взгляд блуждал по сводам пещеры.

– Я хотела остаться, – решилась Мариса. – Кроме них у меня никого нет. Но теперь… Киартане нужна защита, здесь ей не место. Утром беженцы отправятся караваном на юг, и я с ними, но куда мне идти? Кому её отдать?

– Ты можешь опекать её не только в пути. Мариса, девочке нужна забота и любовь. Ты должна её взять себе.

Она расплакалась от счастья и кинулась в объятия Мериону.

– Спасибо вам, дедушка. Я обещаю хорошо о ней заботиться, – она немного успокоилась. – Знаете, я очень давно мечтала о дочке, лет, наверное с шестнадцати, встретила Максима… Бассы его убили, а мою малышку Лизу забрали…

Мерион подумал было, что её придётся утешать, но Мариса неожиданно заговорила о том, что он хотел услышать.

– Может это и не важно, но они увозили всех младенцев. Её ведь не убьют? – слёзы собрались в уголках её глаз. – Я ещё увижу дочь, или она потеряна навсегда?