— Хочу познакомить тебя с одним человеком, — девушка удивленно приподняла брови. — С моим дядей.

— «Ирбис»? — нервно спросила Вася, когда мы подъехали к памятному кафе.

Я не стал отвечать. Вышел из машины и открыл дверь для Василисы.

— Не волнуйся. Я уверен, ты ему понравишься, — поцеловал ее в губы, взял за руку и повел в кафе.

Мой любимый столик был свободен, несмотря на то, что народу было много. К нам сразу подошел официант. Сделав заказ, попросил пригласить к нам Влада.

— К сожалению, Владислав сейчас занят. Я сообщу ему, когда он освободиться.

— Знаешь, мне с первого взгляда понравилось это кафе, — призналась Василиса, когда официант ушел. — Все эти рисунки городов на стенах, создают впечатление, что ты путешествуешь из одной страны в другую.

— Спасибо. Это мой проект. И нереализованная мечта стать архитектором. Когда Влад только планировал открыть кафе, он решил дать название в честь своей собаки, — видя удивление девушки, рассмеялся. — Да, у него была обычная дворняга, которую он еще щенком нашел на улице и притащил в дом. Окрас у него был серый с черными пятнами. И вот мальчик лет десяти, видя эту красоту, решается назвать собаку Ирбис. Это он потом узнал, что ирбис — это дикая кошка. Но самым большим потрясением, оказалось, что черные пятна — это мазута.

— А как тогда получился такой дизайн, если в честь животного назвали? — отсмеявшись, спросила Василиса.

— Так как название уже было узаконено, мы решили выкрутиться и сделать спорт-баром. Но эту идею пришлось убрать, так как рядом уже было открыто подобное заведение.

В этот момент официант принес наш заказ. Блюда пахли божественно, но мне хотелось рассказать ей про одно из моих самых важных достижений.

— Идея этого кафе была придумана случайно… Наутро первого января, — продолжил рассказывать. — Не знаю, чем мы тогда думали, но кафе для путешествий, нам показалось гениальной идеей.

— Вы оказались правы. Такого я нигде не встречала? — уже без шуток сказала Василиса.

— Спасибо. Для эскиза я брал те улицы, которые мне больше всего понравились. Вот видишь в том углу Париж? — указал на нужную стену, и когда Василиса кивнула, я продолжил, — Это улица Риволи. Здания здесь похожи между собой. Все считают, что Париж — город любви. А мне в детстве он казался очень строгим. И вот эта улица ассоциировалась с солдатами, которые выстроились на почетном карауле.

Я сделал небольшую паузу, наблюдая, как Василиса рассматривает стену. А когда она повернулась ко мне указал на соседнюю.

— Это виа Джулия в Риме. Тут меня покорил мост между домами и плющ, который в любое время года придает этой улице особый шарм. А теперь посмотри на стену около бара, — она повернулась в нужном направлении, — Когда я показал эти здания, Влад согласился с тем, что они идеально вписываются в идею. Но ни он, ни дизайнер не угадали, что это за город. Поэтому мы решили на открытие провести конкурс. Кто назовет город на этой стене — получит шампанское Дон Переньен Розе Винтаж Брют две тысячи пятого года.

— Ничего себе! — удивленно выдохнула Вася. Еще бы. Это шампанское стоит примерно тридцать тысяч рублей.

— Ты знаешь, что это за город? Угадай и я исполню любое твое желание.

Глаза Василисы засветились азартом, и она внимательно начала рассматривать длинную улицу. Здания были украшены небольшими балкончиками, колонами и арочными окнами-витринами на первом этаже.

— Я не знаю. Мне кажется, здесь есть что-то из Франции или Италии.

— Сдаешься? — когда Василиса согласно кивнула, я продолжил, — Здесь есть подсказка. И она не в зданиях, а среди толпы. Присмотрись внимательно.

Некоторое время девушка рассматривала людей, а потом удивленно спросила:

— Это что… Моряк?

— Ага. Именно гюйс здесь является подсказкой.

— Привет молодежь! — в этот момент к нам подошел Влад. — Не помешал?

— Нет, мы тебя ждали. Влад познакомься. Это Василиса, моя девушка.

— Влад. Дядя этого охламона, — он взял Васину руку и аристократически поцеловал. Шут недоделанный, блин.

Влад присел к нам за столик и попросил кофе, у мимо пробегающего официанта.

— Я как раз говорил про стену около бара, — решил вернуться к прежней теме. Так хотя бы снизится риск лобызания Васиных рук левыми мужиками. И все равно, что родственник.

— Узнала город? — спросил ее дядя.

— Нет. И даже глядя на подсказку, не могу узнать. Хотя Марк и сказал про какой-то гюйс, — смущенно призналась Василиса.

— Это Севастополь, — не стал мучить девушку неведением. — Улица Большая морская. А гюйс называют матросский воротник. Он, кстати, только у наших матросов есть. И те полосы на нем не просто так нарисованы. Это напоминание о трех знаменательных сражениях: Гангутское, Чесменское и Синопское.