Гари кивнул. — Я постараюсь это сделать, но мне кажется, что Марселина и Юна лучше с этим справятся…

— Особенно, если я дам наследство их дочерям. — Добавила Эля. — И сегодня за обедом я это объявлю. Ни Хельга, ни Мойра не виноваты, что их матери такие хитрые особы.

И вдруг Эрик спросил. — Мистер Фокс, а вы уверены, что исчезнувшая жена мистера Эда Мария, не была беременна?

Гари с шумом выдохнул. — Нет, конечно. Вы просто уничтожаете нас своими предположениями, Эрик. Мы об этом даже не подумали.

— Она исчезла из замка более двадцати лет назад и я не нашёл ни единого документа о том, что она признана умершей. — Гари вопросительно приподнял бровь, и Эрик утвердительно кивнул. — Это точно, мистер Фокс. Почему не были оформлены документы? На этот вопрос мог ответить только мистер Торн, но он теперь убит.

— Да, он поплатился за то, что знал тайну Джо, да ещё, как видно, решил его шантажировать. Но ведь эту тайну может знать и Ирен Томсон?

— Не могу сказать, мисс Эля, ни одного документа на эту тему в квартире мисс Томсон я не обнаружил. Конечно, они могут быть в документах мистера Торна на фирме, но они сейчас находятся в распоряжении полиции. Мне нужно ещё время, что бы получить разрешение на ознакомление с ними.

Эля утвердительно кивнула. — А Ирен, конечно, всё будет отрицать.

— Но если Мария Фокс объявится и докажет, что её исчезновение носило криминальный характер, то…

— Тоже может претендовать на наследство?

— Да, мистер Фокс. По крайней мере, будет начато расследование, которое может затянуться на годы и привести к непредсказуемым результатам.

— Так долго?! — Воскликнула Эля. — Так долго мы будем …заточены в этом замке?

Эля тут же заметила боль в глазах Гари, но не успели ничего ему сказать, потому что в комнату постучали, и вошёл домоправитель Сэм.

— Мисс Эля, — взволнованно заговорил он, — случилось что-то непонятное. Полицейский направился в комнату мистера Самюэля Ли, что бы арестовать его.

— Почему?

— Перед этим он покинул комнату мисс Томсон. Я ждал его в коридоре и услышал, как он сказал одному из полицейских, что мистер Ли мог убить мистера Торна. Больше я ничего не понял.

— Этого не может быть. — Удивился Гари. Он хотел покинуть комнату, но Эрик Гофф его остановил.

— Разрешите мне разобраться с этим делом, мистер Фокс. Я знаком и с полицейский и с мистером Ли и не позволю чернить имя моего наставника.

Гари кивнул. — Идите, Эрик, а я чувствую, что мне пора разобраться с Ирен. Что она могла сказать полицейскому о мистере Ли?

Гофф и Сэм вышли из комнаты, и Гари вновь сделал попытку покинуть комнату, но на этот раз его остановила Эля.

— Гари, стой. Не делай этого. Так ты ничего от неё не узнаешь. Я предлагаю другой метод. «Метод хлыста» мы уже использовали и ничего не добились. Остаётся «метод пряника». И пряником для Ирен станешь ты.

Эля стояла в объятиях Гари.

— Хорошо, что ты успокоился. Весь этот спектакль мы должны разыграть, как по нотам. Все должны поверить, что мы с тобой… рассорились. Посмотрим, кто проявит к тебе сочувствие, а может быть и…любовь.

— А вдруг они будут очень настойчивы ко мне со своими чувствами? — Усмехнулся Гари. — Мне разрешено на них ответить?

— Разрешено. — Кивнула Эля, и тут же нахмурилась. — Конечно, в рамках приличия.

— Я раньше никогда не притворялся, Эля, и не знаю, как это у меня получится.

— Получится. Я тебе помогу и …разозлю тебя.

— Каким образом?

— Не скажу, иначе ты не сможешь играть обиженного человека. — Эля вздохнула и улыбнулась. — Хорошо, что недоразумение с мистером Ли разрешилось. Наш новый юрист Эрик Гофф оказался смышлёным человеком. Надеюсь, что мы получим разъяснения за обедом от него…

— И от Ирен. — Гари слегка закинул голову и, закрыв глаза, договорил. — Как же мне хочется вытрясти из неё всё, что она знает, а придётся с ней… любезничать.

— Да так, что бы все удивились и не знали, что им делать. Помни, Гари, женщины падки на льстивые слова от мужчин, в которых они влюблены и становятся доверчивыми.

— Ирен любит только себя, Эля, и положение в обществе, в которое стремится попасть любыми путями.

— Так…укажи ей этот путь, но так, что бы она в это поверила.

Обед заканчивался, и Эля пришла к выводу, что их план с Гари удался. Сначала всех удивило, что они вошли в гостиную не вместе. Дальше, когда Гари сел ни рядом с Элей, а напротив неё в другом торце стола, все долго и молча переглядывались и только Джо произнёс. — Брат, ты постоянно изменяешь сам себе и всех этим интригуешь.

Гари ответил лишь слабой ухмылкой и слегка приподнятой бровью.

Когда все сели за стол, Эля объявила, что все разговоры переносятся на конец обеда, а у неё столько вопросов к некоторым из присутствующих за столом, что лучше задавать их на сытый желудок.