— Да это бред, — возразила я.

— Откуда, тогда, по-твоему, у нее все эти шмотки и брюлики? А ты думала это просто бижутерия? — спросил парень на мой удивленный взгляд. — Нет, несколько карат там есть точно.

А ведь Катрин и правда, всегда тратила кучу денег магазине. Я ведь даже значения этому не придавала особо никогда. Причем большинство вещей она заказывала в интернете, и я думала, что это, просто обыкновенный китайский шарпотреп.

— Так уж вышло, что я знаю, с кем спала твоя Кэтти. Поэтому с первым жизненным разочарованием тебя, мышонок.

Я отвернулась к окну. Было как-то обидно, что я и правда почти ничего о ней не знала. И как я могла пропустить, что она так поменялась. Мы ведь с детства вместе. Но где-то я все же не углядела. Я винила и себя в том, что моя подруга стала такой.

Во всей этой задумчивости, я даже не обратила внимания на Хэдера, и резко повернулась, когда его рука легла на мою ногу.

— Не расстраивайся. Твоей вины нет в этом. Она сама выбрала такой путь. Получать легкие деньги тоже искусство, — подбадривающе произнес парень, глядя на меня.

Я перевела взгляд на его руку, спокойно лежащую у меня на ноге. Я чувствовала, что он изучает меня, проверяет мою реакцию. И только через полминуты, Хэдер поднял свою руку, переместив ее на руль. А я положила ногу на ногу, спрятав, таким образом, место, на котором была его ладонь. Как будто там остался какой-то след или отметина. В этом его прикосновении было, что-то очень приятное и в то же время волнующее. Томми тоже частенько обнимал и гладил меня, но сейчас это простое прикосновение было совершенно не на что не похоже.

Мы уже несколько минут ехали по территории какого-то совершенно неизвестного района. Тут, за высокими заборами почти не было видно территории участка и дома. Широкая улица и на приличном расстоянии друг от друга были не тесно расположены ворота. Видимо, за забором скрывалась большая территория. Машина притормозила у одного из участков.

— Тут твой дом? — удивленно спросила я.

Хэдер тем временем достал из кармана куртки брелок и щелкнул им в направлении ворот. Электрические ставни стали неспешно отворяться, являя взору сад и дом, больше похожий на маленький двух этажный особняк 18–19 века.

— Да, но живу я в другом месте.

Я непонимающе глянула на него и снова посмотрела в окно, пытаясь изучить двор. Было тогда не понятно, зачем он меня сюда привез. Говорил ведь, что расскажет что-то о себе.

— Я жил здесь раньше, а сейчас здесь живут парни, — пояснил Хэдер. — Это дом…отца.

Сад был действительно большой. Совсем не сравнится с тем, что в нашем дворе. Правда тут все было очень заброшено и не убрано. Дикорастущие кусты отвоевали себе почти половину земли.

На крыльцо выбежал один из ребят и в явно прекрасном настроении пошел к машине.

— Привеет, брат, — он радостно заключил в короткие объятия Хэдера, только что вылезшего из авто.

Открыв дверцу, я в нерешительности ступила на асфальт. И как я и ожидала, тот на чьем лице минуту назад была улыбка, с неприязнью глянул на меня.

— Ты не один…,- то ли утвердительно, то ли вопросительно произнес парень.

Он посмотрел ошарашено и с опаской на Хэдера и тихо, что-то проговорив, побрел обратно в дом.

— Может, я лучше пойду, — с надеждой я посмотрела, на того, кто невозмутимо стоял и, чуть сузив глаза, наблюдал за мной. — Узнать о тебе конечно интересно, но я не хочу никого тут притеснять.

— Струсила, мышонок?! — не открывая взгляда, спросил Хэдер. — Здесь нет тех, кого бы ты притеснила, так что вперед.

Сделав два шага, я обернулась.

— А Катрин как на это, — я обвела взглядом территорию участка, — отреагировала?

Подойдя ближе, он произнес тем самым стальным голосом, что был у него в первый день нашего знакомства:

— У этого дома есть всего одно правило: здесь не бывает посторонних! — и, обогнув меня, направился к крыльцу.

Я совершенно не понимала причину такого холодного и резкого ответа, но сейчас я была не в том положении, чтобы что-то спрашивать, поэтому просто молча, поспешила за этим грубым и опасным парнем.

Как только я оказалась внутри, то первое, что попалось мне на глаза, были десятки пар кроссовок. Как будто в обувном кто-то перемерил множество пар, и так и оставил их у пуфика, покинув магазин. Хэдер не переобулся, а сразу прошел внутрь дома, поэтому сомнение, проскользнувшее в моей голове, я отбросила и тоже в обуви прошла дальше.

Это было так волнительно оказаться в доме тех, кого я долгое время боялась и опасалась. Я чувствовала, что исход сегодняшнего дня может быть самым непредсказуемым, однако старательно гнала подобные мысли прочь.