–Конечно, – кивнул Шеф. Он еще раз усмехнулся и сказал: – но скорее всего тебя уволят к чертям собачьим. И сделаю это лично я.

Спустя пять минут я уже стоял на парковке возле входа в отдел. Лето выдалось откровенно говоря хреновое и постоянно меняло только два режима: дождь, туман, дождь, туман. А между всем этим стояла просто духота. Но сейчас после почти 14 часов в одном помещении глоток свежего воздуха был мне просто необходим. Я закрыл глаза и блаженно подставил лицо мелкому моросящему дождику. Где то за спиной дежурный мент (никак не привыкну называть их полицейскими) в будке бубнил что то в стиле «Малыш, ну не получится у меня сегодня. Запрягли, суки». Город гудел сотнями клаксонов, видимо, еще остались идиоты, которые работают до ночи как я.

Но это все не важно. Я подошел к машине, открыл дверь и прежде чем сесть в водительское кресло, повернулся к родному отделу, приложил руку к голове на манер Джека Воробья и проговорил:

–Друзья! Запомните тот день, когда чуть было не ушел в отпуск капитан Джек Воробей! – я отдал приветствие и машинально поправил себя: – или ушел!? Как нужно? Все. Отдохнуть мне нужно, – я рухнул в водительское сиденье, завел двигатель и поехал домой. Все. Хватит. У меня отпуск.

Спустя полчаса

Интересно, почему все женщины за рулем разговаривают? Вроде законы вводят там всякие (их постоянно вводят и отменяют столько, что даже я, юрист, не особенно успеваю весь этот ужас отследить), но все равно основное занятие женщин за рулем – это разговор. К чему это я?

Дело в том, что не прошло и пяти минут моего свободного полета, как я вперся в пробку и теперь занимался тем, чем должен заниматься каждый уважающий себя водитель – рассматривал соседей по несчастью. Ненавязчиво естественно – туда глаза скосил, сюда… ничего особенно интересного в этом нет, но каждый раз, оказавшись зажатым в мириадах красных стоп-сигналов, я невольно начинаю присматриваться к своим соседям. Итак, что там у нас? Слева мужичок средних лет на Логане. Чуть впереди молодой парень в черных очках(!) на шестой Мазде, а прямо передо мной высился здоровенный «крузак», хозяина которого я не видел. Справа сидел какой то оборотистый парняга на побитом жизнью мерине, который жевал сандвич из Сабвея и запивал колой (рулил коленями, похоже), а перед ним и прямо рядом со мной сидели две девушки на какой то крохотной смешной машинке и оживленно болтали. Причем та красотка, что за рулем еще ухитрялась время от времени разговаривать по телефону. А я же, ввиду очевидного безделья предавался размышлениям на тему, почему они вечно разговаривают. Может, чувствуют себя уверенней за рулем или это природное? Я тогда был еще очень маленький, но говорят, раньше мобильный телефон был признаком крутости. В лихие девяностые. Может поэтому? Сейчас-то телефоном не удивишь…

Словно услышав мои мысли, телефон закричал голосом солиста группы «Легион»: Знай, здесь не рай! Здесь ИГРА! Это круче рая!

–Привет, Леха, – пробормотал я.

–Эгей! – заорала трубка. – Ну! Как там наш мент поживает!?

–Честно слово, если бы я не отпахал 14 часов подряд, то собрался бы к тебе в гости и надрал задницу, – буркнул я.

–Не-ет! Пока что я тебе нужен! С кем ты еще бой будешь смотреть то? – заорал тот в трубку. – And now main event of the evening!!!Завтра едем!?

–Летим, – на автомате поправил я.

–А бой?

–Ну как будем на месте, там и посмотрим. Найдем трансляцию где посмотреть, я думаю.

–А нажремся?

–Нажремся, Алекс, нажремся, – проговорил я, на миг закрыв глаза.

–Ладно, давай, до завтра, – прохихикала трубка и отключилась.

Это был Алекс. Мой лучший друг. Как Андрюха… Ладно, у меня два лучших друга. Только с поправкой на то, что Леха полная противоположность Андрея. Мы с ним знакомы давно и я даже не собираюсь рассказывать сколько лет его знаю и как мы познакомились. Леха есть Леха. Смиритесь с ним и все, так будет проще. По-крайней мере, я уже смирился с его существованием. А насчет Андрея…

С момента избиения Чингачгука и его индейцев прошло уже пять лет. Что я могу сказать? Теперь все изменилось – всего пять лет, а Полтавский теперь звезда мирового уровня. Серьезно. ЗВЕЗДА. Из простого парня с кандидатским разрядом и неповторимой техникой защиты, он начал восхождение на мировой олимп мира единоборств. Всего за три года Полтавский покорил мир боев без правил, разбив там всех и вся и теперь перешел в бокс. Теперь новая звезда из России по прозвищу «Белый охотник» бьет всех подряд не в октагоне, а на ринге.

Так уж вышло. Вот случается, что двадцатипятилетний парень из Текстильщиков получает миллионы за то, что он умеет делать лучше всего – бить и не давать бить себя. Это и есть бокс.

Спустя почти два часа я уже был в своей крохотной квартирке на окраине Москвы. Сбросив портфель в угол, я включил свет в прихожей и долго смотрел в собственное изображение. Мне двадцать четыре. Когда я был маленький, я думал, что когда вырасту, то буду выглядеть очень взрослым. Лет в 20. Мне тогда казалось, что лет в 20 я буду очень большим. Даже не сколько взрослым… наверное, взрослая жизнь виделась очень занятой и деловой. Сейчас мне 24. По меркам меня-ребенка я уже четыре года как взрослый. Забавно, что из детства мне запомнилось именно это.

Я закрыл глаза и мысленно сказал себе – «Все, Коля. Завтра самолет-такси-отель. А там, куда я лечу, будет самая прекрасная вещь в мире – море». А вот Андрею в это время будет не до развлечений. Я достал телефон и несколько секунд смотрел на сохраненный в картинках плакат, на котором были запечатлены Полтавский и его будущий противник Александер Валеро. На промо-плакате была только дата – 25.07.2013 и одна единственная надпись – UNDEFEATED.

Непобедимые.