Оркестр играл ненавязчивый блюз. Быстро посмотрев вправо, откуда доносилась музыка, я отметил белые костюмы музыкантов, вечерние наряды танцующих пар и сбившихся в группки гостей. Что праздновали? А, без разницы. Свадьба, похороны… Людям главное найти повод собраться, поесть, выпить, обменяться сплетнями.

Пригнувшись, я, чуть ли не распластавшись по земле, скользнул к накрытому длинной белой скатертью столу. Официанты в светлых рубашках и красных жилетках сновали средь толпы, разнося напитки, и меня вроде как не замечали.

Проделывать нечто подобное мне было не впервой. Ни страха, ни особого беспокойства не было. Да и бегал я быстро. Ну, это уже на крайний случай.

Умудряясь краем глаза следить за ними, я обнаружил ведёрко со льдом и несколькими бутылками Моэт. Дорогое шампанское. Не то, чтобы оно было вкуснее того же Кристаллс. Впрочем, мы были не в том положении, чтобы выбирать.

Схватив одно, я быстро вернулся к зазору в живой изгороди. Подумал с пару секунд. Снова подкрался к столу и, стянув уже наполненную кем-то тарелку с канапе, продрался сквозь кусты обратно на улицу.

И наткнулся на Риту.

— Что ты тут делаешь? — шыкнул я на неё.

— Пришла на подмогу. Что-то ты долго. Я заволновалась.

— Вот, — я сунул ей в руки тарелку с едой, — как в лучших домах Парижа.

Рита сморщила свой аккуратный носик и с видом знатока закивала.

— Поверь, в Париже такое не едят.

От её недавней робости и уязвимости ни осталось и следа.

Я закатил глаза. Она опять прикалывается что ли?

— В Париже которое село в Челябинской области? — насмешливо переспросил я, вспомнив, что где-то слышал в новостях об этом.

— В Париже, который в Иль-де-Франс.

— В Иль-де-что? — недоверчиво переспросил я.

Девчонка цыкнула:

— Не важно. Пошли.

Мы перебежали на другую сторону улицы, я затолкал бутылку под куртку и одной рукой приобнял Риту за плечи, стараясь прикрыть большую белую тарелку с едой, которую она торжественно несла прямо перед собой.

Острый локоток врезался мне в грудь.

— Эй, ты это… — ахнул я, отскакивая.

— Следи за руками, — буркнула Рита и сдула волосы со лба.

Воздух по-прежнему был плотным, и нам обоим хотелось переместиться поближе к воде, от которой исходила хоть какая-то свежесть. Воды каналов и рек в Питере были ледяными даже в самые жаркие дни года.

— Если у тебя гаптофобия, стоило сразу предупредить.

— Гапто-что? — настал её черёд переспрашивать.

Я довольно заулыбался и пояснил.

— Боязнь прикосновений.

— Нет у меня никакой боязни, — фыркнула она и краешком глаза посмотрела на меня. — Просто ты нарушил моё личное пространство… без разрешения. И… и когда это ты успел нахвататься умных слов?

— Дай подумать… — я дотронулся пальцем до подбородка, делая вид, что размышляю над её вопросом. — Примерно тогда же, когда ты была в Париже, который в Иль-де-хрен-знает-где.

— Я там и правда была, — без тени улыбки возразила Рита.

Не дожидаясь моего ответа, она перелезла через ограждение и спустилась по покатой набережной почти к самой воде, на небольшую пустующую площадку. Может, это задумывалось, как причал для малогабаритных катеров? Впрочем, неважно. Я перемахнул через перила следом.

— Давай, — махнула мне Рита, опускаясь на землю.

— Что?

— Ну, открывай шампанское, пока оно не нагрелось и не превратилось в виноградный компот.

— А, ну, да, — расстегнув молнию на куртке, я выудил пока ещё охлаждённую бутылку.

Через несколько секунд пробка плюхнулась куда-то в воду канала, а я присел рядом с Ритой, передвигающей пока не тронутые канапе по тарелке.

— Извини, я не догадался украсть бока… — не дав мне договорить, она выдернула из моих рук Моэт и отпила прямо из горла.

— Всё равно, — она вытерла губы тыльной стороной ладони и сунула бутылку мне обратно. — Бутербродик? — тарелка с микроскопическими канапе переместилась ближе.

Я взял парочку за шпажки, покрутил перед глазами, пытаясь определить, что находится между тонкими слоями хлеба, но, так и не поняв, забросил их себе в рот и, прожевав, проглотил. Хрень ещё та, но, в целом, неплохо.

Второй глоток шампанского расслабил меня, я сдёрнул куртку, бросая её между мной и Ритой, и подкатал на плечах короткие рукава футболки. Рита откинулась, опираясь спиной на крутой спуск набережной. Её тёмные вьющиеся локоны мягким покрывалом легли ей на плечи. Я последовал её примеру. Она лежала с закрытыми глазами с таким задумчивым выражением лица, будто перенеслась за миллион световых лет от меня.