Как же так? Муайто ж сам видел, сколь несуразно троки приказы колдуна выполняли! Не иначе, успел-таки проклятый пакостник, пока не сдох, магию свою злую в ход пустить, умения троков улучшив!

Ну да некогда гадать — соседка толстяка, зеленокожая кобла, напав на орка слева, чуть не отсекла ему голову самому. Насилу увернуться сумел, не ожидая подобной прыти от умертвия. Тут же ещё и уходить пришлось от тычка копьём одного из троков-орчат, что к охотнику справа подобраться смог.

Шагнул чуть в сторону, прогибаясь назад и пропуская перед самым носом рассекающий воздух меч толстяка.

Парировал мечом ещё один выпад орчонка и сразу же метнулся влево, отбивая удар коблы и оказываясь у мёртвой воительницы за спиной. Заодно спрятался за ней от других нападавших. Пока кобла не успела развернуться, подцепил её наконечником копья под колено и резко рванул вбок, опрокидывая. Ускорил падение, мечом рубанув с оттягом мертвячке по горлу. Одновременно наклоняясь и пропуская над плечом колющий выпад толстяка.

Резким взмахом копья, даже не глядя, как голова коблы катится прочь, врезал по вытянутой перед ним руке человека, перерубая в локте.

Орчонку, высунувшемуся из-за спины обезоруженного толстяка, ткнул мечом в лицо. В сердце что-то гадко скрежетнуло, когда, выбивая зубы, острие клинка вонзилось в пасть мертвяку.

— Прости, — выдохнул Муайто, проворачивая меч в глотке трока.

На ногах остался лишь толстяк, жадно тянувший к Муайто вторую, уцелевшую пока руку. Два последних трока так и топали за пятящимися от них коблиттами-охранниками. Идти добивать орчат Муайто не хотелось. Не нападают на него, и ладно. Пусть лучше с коротышками разбираются. Глядишь, и прибьют кого.

Размахнувшись копьём, подсёк ноги толстяку, заставляя его повалиться навзничь. Добил падающее тело точным ударом меча, перерубающим шею.

Можно уходить.

Пнул тело колдуна и уколол копьём. Никакой реакции. Вроде мёртв. Но полной уверенности не было. Кто их знает, этих новых коблиттских магов, на что они способны?

На всякий случай, не поленился, отсёк голову и ему. Чтобы уж точно не ожил.

Оглянулся на по-прежнему бредущих за коротышками и всё больше удаляющихся от него троков. Тяжело вздохнул, с сомнением качая головой. Нет, не дело оставлять здесь подобное непотребство. Не должны мёртвые орки, злой магией поднятые, по миру бродить, ещё и чужой воле подчиняясь.

Бросился, стараясь ступать бесшумно, к трокам, почти уже вытеснившим коротышек из зала. В несколько ударов сердца оказался за спинами мертвяков. Словно топором, замахнулся обломком своего копья, намереваясь одним махом разрубить ближайшего из орчат.

Но тот в последний момент, то ли опасность почуяв, то ли просто услышав Муайто, обернулся, выставляя перед собой меч.

Вот только охотник столько силы вложил в удар, что смог перерубить и клинок, и грудь трока, разворотив её наискосок от плеча до пояса.

Ударил бы со спины, разнёс бы позвоночник вдребезги, в миг прикончив умертвие. Но не повезло. Полезшие сквозь рассечённые рёбра внутренности ничуть не помешали устоявшему на ногах мертвяку шагнуть вперёд и попытаться проткнуть орка коротким обломком меча. Вывалившиеся наружу изрядно продранные чёрные кишки только смрада добавили и заставили досадливо сморщившегося Муайто поспешить со следующим ударом.

Тем более и второй трок, позабыв про коротышек, тоже стал к охотнику оборачиваться.

Коблитты же, похоже, только этого и ждали. Резко развернулись, совсем не интересуясь исходом схватки, и, явно не желая больше сражаться ни с мертвяками, ни с орком, драпанули куда-то в темноту пещер. Ну да и трогл с ними. Непонятно только, чего раньше не сбежали.

В несколько взмахов Муайто разделался с троками, торопясь поскорее их обезглавить.

Помолил Создателя дать шанс всем добитым умертвиям в Пределы попасть, развернулся и кинулся через весь зал к противоположному выходу. Заскочил в чернеющий зев прохода, даже не прихватив закреплённый на стене пылающий факел.

Как-то муторно и гадко было на сердце, хотя вроде и понимал разумом, что вовсе не орков юных жизни только что лишил, а бездушных троков упокоил, возможно даже, нормальное послесмертие ребятам вернув.

Бежал какое-то время в полной темноте, чудом не натыкаясь на стены. Казалось, даже различать что-то во мраке стал, словно привык уже и сроднился с этими бесконечными серыми пещерами. Несколько раз даже замечал ответвления в коридоре, но сворачивать не стал, каким-то образом чувствуя, что по главному проходу двигается и в нужном направлении.