Когда в поле зрения появился отряд нежити, эльф напрягся, сосредоточился, каждая мышца в его теле натянулась тугой струной. Он остановился, сосредоточился, сплетая собственную волю с силами ментального транса. Выждал, пока расстояние будет достаточным, мысленно, впервые в жизни, вознес молитву богине магии и шагнул.

Мир вокруг завертелся, вздрогнул, растворился во вспышке, бесконечное ничто поглотило поляну и деревья, нежить и эльфов. А потом все внезапно вернулось, только теперь он ступил на землю в двух шагах перед отрядом нежити. Полуторные клинки, словно сами выпорхнули из ножен в руки и воин начал свою бешеную пляску. Он наконец-то смог спасти детей и обуревающая его душу ярость вмиг уступила место спокойствию и уверенности в своих силах. Размеренно уничтожая противников, одинокий воин медленно продвигался вперед. На лицах подоспевших эльфов читалось неподдельное изумление и искренний восторг, а дети пока что оказалось в безопасности за спинами троицы.

— Прикройте меня. — Бросил Таэль союзникам, когда вслед за очередным поверженным зомби, перед ним предстал тот самый орк.

По опыту множества прошлых попыток, эльф знал, что это не простой воин. Наполовину разложившийся орк огромной горой возвышался над всеми. Его глаза не были пусты, как у других скелетов и зомби, их наполняла ненависть ко всему живому. Под сухой, потрескавшейся зеленой кожей, перекатывались, скрученные тугими канатами, мышцы. Правая рука сжимала мертвой хваткой огромный топор с двумя лезвиями, а левая, от запястья до плеча, представляла из себя кошмарное сочетание торчащих костей, гниющей плоти и лоскутами сползающей шкуры.

Тварь была больше других, сильнее их и быстрее, а что самое опасное, она была умнее. Этот настоящий, прошедший ад, воин, в отличие от остальных, не растерял своих навыков во время превращения. Так что, эльф атаковал стремительно и не сводя с него глаз.

Молниеносные отработанные днями тренировок удары изогнутых клинков исполосовали тело монстра, но тот, словно и не замечая ничего, отмахнулся, как от назойливой мухи своим топором. Новый взмах. Вертикальный удар вонзил лезвие глубоко в землю. Соратники мечами и щитами уже расчистили от скелетов и зомби пространство вокруг и теперь добивали остатки отряда. А вот у него самого дела обстояли не так хорошо. Приходилось юлой вертеться, уходя от ударов, все набирающего скорость, орка. Горизонтальный взмах топором эльф пропустил над головой. Нежить развернулась, не замедляя полет стали и кошмарной силы диагональный удар, едва не стал последним в этом бою. Увернуться удалось лишь чудом. Однако, пока противник вытаскивал, вновь погрузившийся в землю, топор, серия едва уловимых для глаза атак, окончательно лишила его левой руки.

Оглушительно взревев, монстр одним движением выдернул оружие и рванулся в сторону обидчика…

Гур'зал совершенно не мог вспомнить, как он тут оказался, даже с трудом вспоминал, кто он такой. После прошлого боя, где он получил смертельную рану, орк вообще мало что помнил. У него остались лишь его навыки свирепого воина, слепая ненависть к эльфам и новое, неизвестное раньше в жизни чувство, подчиняться своему хозяину. Он понимал, что случилось страшное и что он уже не ест, не дышит и сердце в груди не стучит. А левая рука ужаснула даже такого бывалого вояку. Но сделать ничего не получалось. Его сознание дремало глубоко внутри, лишь поглядывая на все со стороны, А все мысли занимало лишь подчинение приказам.

Сейчас хозяин хотел уничтожить поселение эльфов. Ублажить господина и при это насладиться убийством древних врагов, что может быть лучше?

Когда непреодолимая белая стена рухнула, поток нежити хлынул через пролом. Его отряд отделился от основной массы. Инстинкты вели орка чуть в сторону от остальных. И он повел туда своих бойцов. Когда затихло чутье, проснулись животные инстинкты. Он почувствовал тонкий запах добычи. Словно охотник, орк вел своих воинов к добыче. А выйдя на очередную поляну, довольно зарычал. Прямо им в руки бежали двое маленьких остроухих. Дальше находились еще трое, но они могут и подождать. Гур'зал даже сглотнул бы слюну, если бы еще помнил, как это делается.

Несколько мгновений и малышня будет в его руках. Убивать эльфов, одно удовольствие. А беззащитные, они еще более приятны. Внезапно, один из дальних странно мигнул и появился прямо на пути его скелетов, круша своими двумя мечами всех, кто пытался атаковать. «Ну вот, наконец, стоящий противник» — мелькнула в голове его собственная мысль.

Сначала воин попробовал достать паразита сильными, размашистыми ударами топора, но тот оказался слишком быстр. А кроме того, когда оружие второй раз вонзилось в землю, мелкая тварь умудрилась молниеносно отсечь ему левую руку.

Ожидаемая боль не пронзила разум раскаленными иглами. Но возмущенный таким поворотом, Гур'зал рассвирепел. Волна раздражения и ярости смешалась с ненавистью и наполнила его холодное тело еще большей силой. Взревев, однорукий боец рванул оружие, одним движением освобождая его и бросился вперед.

Длинноухая тварь снова увернулась, отскочив влево. Но он был бывалым воином. Резко останавливаясь, он развернулся через правую сторону, наотмашь рубанув воздух. Эльф оказался слишком быстр. Пришлось призвать все свои силы, чтобы провести серию ударов на пределе скорости. Взмах сверху не достал, доворот и диагональный удар сверху вниз и снова ничего. Подшаг и короткий, резкий удар слева, опять мимо. Обуреваемый клокочущей яростью, орк ускорился до невозможного. Удар, взмах, подшаг и снова удар, разворот и новый взмах, снова подшаг и мощнейший пинок наконец отправил ушастого в полет. Тот извернулся, словно дикая кошка, оставшись после падения на ногах. Однако секундного замешательства, для опытного бойца оказалось вполне достаточно. Сократив разделившее их расстояние, орк снова взмахнул топором, потом еще и еще.

Очередной удар, наконец оказался слишком резким и неожиданным даже для шустрой букашки. Тому пришлось блокировать его своими мечами. Сила была столь велика, что его вновь отбросило на несколько шагов и ненавистная тварь, наконец кубарем прокатилась по земле. Гур'зал хотел было броситься следом, но внезапно почувствовал, как холодный металл погружается глубоко в его бок, с мерзким скрежетом о ребра. Слева стоял один из двух других эльфов, прикрываясь щитом. А его клинок по самую рукоять вошел в тело орка. Он хотел зарубить тварь, но второй противник так же вогнал в него свой меч.