Звонкая пощёчина заставила Иннокентия замолчать. Некоторое время он постоял, прерванный на полуслове, потом резко повернулся и зашагал прочь.

— Ну и проваливай! — закричала вслед ему Лея. — Проваливай, иди, пожалуйста! Я ради тебя столько вытерпела и вынесла! Я не заслужила ни одного страшного упрёка. Иди! Иди и сдохни!

Иннокентий резко изменил маршрут, направившись теперь быстрыми шагами к девушке. Дойдя до неё, он схватил Лею за волосы и подтянул её лицо на уровень своего.

— Ни одного, слышишь, ни одного твоего поганого упрёка я не заслужила, — прошипела ему в лицо Лея.

Иннокентий обхватил её сильно-сильно, обеими руками, и поцеловал. Вся злость девушки, вся непокорность мигом исчезли, будто никогда и не было обидных слов. Она прижалась к нему всем телом.

— Я никогда! — прошептала Лея. — Ни на словах, ни делом, ни в мыслях…

— Прости, — так же шёпотом ответил Иннокентий.

И они, взявшись за руки, направились к выходу из дворца, подальше от всей этой тяжёлой возни, от этих предательств и странных людей.

— Погодите же, а как же Край? — догнал их флейтист.

— А что с ним станется? — усмехнулся Иннокентий. — Лея, давай отведём их к Миролюбу, пусть коронуют друг друга до упада.

Лея кивнула.

— Пойдем, чернявенький, — весело предложила она.

— Я не могу в подвалы, — флейтист пятился от них. — Мне нельзя в подвалы!

— Ну жди здесь, значит, пришлём к тебе твоего короля, — рассмеялся Иннокентий.

— Ну, что ж, Миролюб так Миролюб, — развёл руками флейтист. — Я буду ждать!

Иннокентий и Лея двинулись в сторону строгих подвалов. После дворца с его унылыми серыми, розовыми и голубыми стенами, покрытыми плесенью статуями и бюстами, на улице казалось необычайно свежо и зелено. Всюду стояли большим и малые деревца, трава заполнила всю площадь перед дворцом и стелилась, кажется, до самого горизонта.

— Давно мы на свободе не были, — засмеялась Лея. — Я, кажется, и забыла уже, каково на просторах уличных.

— Да и я не припомню такой живой растительности здесь, когда мы сюда пришли в первый раз, — поддержал ее Иннокентий. — Как-то странно это, всё-таки дворцовая площадь, садовник должен быть и уход…

Лея споткнулась и расцарапала коленку.

— Ты чего? — удивленно глядя на неё, спросил Иннокентий.

— Да сама не поняла, на ровном месте. Больно, — пожала плечами девушка.

Они прошли ещё немного, и Лея остановилась:

— Я дальше не пойду. Как вот хочешь, так и думай. Но, честное слово, эти корни хватают меня за ноги!

— Сильно упала? Ты вроде бы коленкой, а не головой же приложилась? — пошутил Иннокентий.

— Вроде бы. Но они правда меня хватают за ноги. И… и шипят. Вот так: шаммм, шаммм. Кажется, они меня специально уронить хотят, чтобы я упала и разбилась, и чтобы у меня появилась куча шрамов везде?

— Не выдумывай, тебе кажется, — попытался успокоить её Иннокентий.

— Я тебе точно говорю! — вспыхнула Лея. — Это что-то ненормальное!

— Стой здесь, давай ключи, я отопру Миролюба… Да и нам, по-хорошему, потолковать бы не помешало между собой, по-мужски…

— Ты меня здесь оставить хочешь? — испуганно спросила Лея. — Они ж меня убьют тут.

— Кто?

— Корни эти, травы! — не унималась девушка. — Пойдём отсюда, у меня дурное предчувствие. Это зло какое-то, нам не нужно к Миролюбу, мне кажется, они поэтому и нападают на меня, чтобы мы туда не ходили…

— Что ж теперь? Пойдём, не попрощавшись?

— А что толку с ним прощаться, он король уже почти… Мы ему теперь не ровня… Ему наши прощания и прощения нужны как собаке брови, — рассмеялась Лея. — Хотел бы с тобой прощаться, всё бы тебе рассказал, а он, видишь, тишком всё.

— Да, всё так, мне только одно не даёт покоя, — ответил Иннокентий. — Он, когда влетел в комнату, меня в чём-то обвинял… Вроде бы и нет мне дела до этого, а всё равно где-то гложет вопрос: а за что? Вот, знаешь, всё думаю, а что я мог такого сделать. А ответ не нахожу. Пойду всё же, надо.

— А я? — капризно хныкнула Лея.

Иннокентий присел перед девушкой спиной к ней, и она живо забралась на него, обвив руками шею:

— Ну, так я согласна, — рассмеялась Лея.

Они зашли в сырость тюремного подвала, немного постояли, привыкнув к темноте.

— А куда дальше? — тихо спросил Иннокентий.

— Спусти меня, — так же тихо ответила Лея. — Давай руку.

И они двинулись к тому месту, где был заключен за буйство их бывший приятель.